Виртуал 2. Проект «Страж» - Алекс Гаф

– Да как они вообще что-то делать умудрялись?

– А ведь еще координация, план, маневры и многое другое.

– Жесть…

– Психи!

– А я думал, что мы неадекватные.

– Все познается в сравнении.

– Так вот, продолжу. Возникает логичный вопрос. А как собственно эти товарищи умудрялись не то, что шагать, а сражаться? Ответ оказался прост. Во-первых, их генетически модифицировали в ускоренном порядке и специально для этой цели. Это позволило мозгу держать повышенную нагрузку. Второе – эти засранцы просто не использовали весь потенциал машины. Более того, тут вышел интересный казус. Находясь условно примерно на уровне 90% по уровню синхронизации, эти кадры управляли машиной, как если бы были в районе 50-ти. Остальные 40 сжирала как раз «многозадачность». Для мозгов пилотов, данную операцию нельзя называть безопасной. Более того, продолжительное нахождение в бою нарушало работу мозга. Рвались синопсисы, отмирали нейроны, нарушалось кровообращение. Уж не знаю, знали ли эти смертники о том, что сами себя убивают, но решимость в них заставляла задуматься, а все ли мы делаем правильно. Их ведь не зомбировали. Они верили в свою правоту, а одержимость, с которой они ненавидели Союз, просто поражает. Я не знаю, где они нашли таких мстителей или как умудрились настолько промыть им мозги, но результат пугает.

– Тебя это задевает? – Кейт пододвинулась ближе и взяла меня за руку.

– Более чем. Они искренне считают Ворон и Овервойдов ответственными за гибель людей в Лазоре, а многие верят в то, что мы специально устраивали некоторые теракты, чтобы очернить «Сынов Империи»?

– Кхе-кхе, – поперхнулся Демон, – а ничего, что они сотню тысяч гражданских, да еще и вместе с Канцлером порешили?

– А вот здесь интересней. Им это либо неизвестно, либо они слышали краем уха от своих. Сами понимаете, в какой интерпретации. Пилоты и вовсе не знают о жертвах. Им сказали, что цель поражена, но большая часть овервоидов спасалась. Вот они и готовились к последнему и решительному. Для них нападение на базу стало огромным сюрпризом. Они ведь нас добивать собирались, а вышло наоборот.

– Ух, – потер лоб Филин, остальные… кто кивнул, кто стакан замахнул.

– Меня задело, что когда им назвали цифры, они опешили, а затем просто не поверили. Уж не знаю, как работает их машина пропаганды, но свою задачу она выполняет исправно и качественно. Заставить людей не просто сражаться, а умирать за идею – это сильно. А ведь все они, в прошлом, представители мирных профессии. Бывшие солдаты, полицейские и разные сотрудники корпоративных СБ в пилоты не попали. Но все равно, – покачал головой, – мне не дает покоя тот факт, что с этими пилотами что-то не так. Один из них, парень по имени Лекс, так и вовсе пяткой в грудь себя бил, доказывая, что его сторонники не могли этого сделать, а после показанного видео закрылся в себе и ни на что не реагировал. Хм…

– Джон, – встрепенулась Ласточка.

– М?

– Мне не нравится твой взгляд. Что ты задумал?

– Скоро отпуск. А пока есть время, хочу переговорить с одним пленником.

– Да оставь ты эту мразь… её… ИК! Все равно к-казнят, – пробормотал изрядно набравшийся Демон.

– Не могу, здесь что-то не так. Лекс искренне ненавидит Овервойдов, но при этом он ужаснулся кадрам удара. Он не маньяк, как остальные, я хочу понять, что происходит на самом деле. Да и не виноват он в том, что его обманули, в конце концов, с ним работали профи.

– Ты обещал свидание, – надула губы Ласточка. Очень притворно надула.

– Помню. В ближайший же отпуск, – усмехнулся, подмигнув ей.

– Тик-так, – кивнула она, постучав ногтем по планшету. Совершенно случайно в дату попала и календарь развернула. Простое совпадение. Ничего более.

Кивнув и посмеиваясь, в отличном настроении, направился в город. Набрав на наручном коммуникаторе команду, почувствовал, как чип в затылке заработал, стимулируя обмен веществ. Какой-то час и от выпитого даже следа не останется. Правда ощущения, да и ладно, переживу.

***

Прибыв на базу, сразу направился в камеру с заключенным. Лекс… что-же тебя гложет. Какого черта ты так сильно отличаешься от своих же сторонников. И почему ты так люто ненавидишь Овервойдов? Быть может ты знаешь что-то, чего не знаем мы? Пока не поздно, нужно разобраться.

От мыслей о пленнике меня отвлек небольшой казус в Цитадели. Когда открылись двери вызванного мною лифта, из него вышла довольно колоритная компания. Сразу два заместителя начальника Службы безопасности Хазера. С ними был мужчина в возрасте, который вычищал… курительную трубку?! Подобными вещами сейчас можно разжиться только на заказ, а пользователей можно и вовсе посчитать по пальцам, курение давно вышло из моды, не говоря уже о старых трубках. А еще с ними оказалась девушка, чей уровень кибернизации превышал все разумные приделы. Сенсорные глаза, словно на схеме расположены дорожки, заметные через кожу, причем, как на лице, так и на руках. Сама кожа была очень бледной, словно человек ни разу не выходил на солнце. Майка-топ, короткий шорты, кроссовки собранные в хвост волосы.

Но самое главное – меня смутило смутно знакомое лицо. Словно уже видел его. Зайдя в лифт, посмотрел в след людям, пытаясь вспомнить эту красотку, но не смог. Однако, прежде чем двери лифта закрылись, я заметил, как она остановилась и, обернувшись, с интересом посмотрела на меня.

– Интересно… – Тихо шепчу, обдумывая встречу. И лишь перед входом в тюремный блок я вернул мысли в прежнее русло.

– Капитан Ларс. – Вытянулся во фрунт боец, вскочив из-за терминала.

– Я хочу поговорить с пленником. Пилот угнанного стража 4.0.5. Лекс.

– Сейчас его приведут. Третья камера для допросов, – кивнув, прошел дальше по коридору и зашел в комнату с красной тройкой на двери. Стол, два стула и… все. Ну да, что еще нужно здесь-то?

Через пару минут четыре дрона ввели Лекса.

– Ты?! – Уставился он на меня, замерев в проходе. Но машина толкнула его в спину, вынуждая переступить порог. Дверь закрылась.

– Присаживайся. Я хочу с тобой поговорить.

– Не о чем нам говорить! С рабами железяк дел не имею.

Тем не менее, несмотря на слова, он сел за стол. Впрочем, выбора у него не было. Дроны не церемонились, а получать прикладом просто из гонора он то ли не хотел, то ли не видел в этом смысла.

– Почему?

– Что?

– Почему ты их так ненавидишь? Я видел твои глаза, когда тебе показали запись с церемонии прощания. Ты искренне сожалел о погибших, но твоя жажда мести все равно толкала и толкает вперед. Ты ведь не маньяк, я это знаю точно.

– Ты ничего обо мне не знаешь.

– Я знаю достаточно, чтобы сделать вывод, здесь что-то не так. Скажи, я хочу знать, почему ты их так ненавидишь?