Солнце в огне - Ксения Хан

в тоне Нагиля не презрение, какое можно было ожидать, а настороженность. Она много слышала о португальцах, которые помогали королю Седжону в эпоху процветания, которые подарили ему ёнглинъ и принесли в Чосон знания о земледелии и математике. Но это было больше века назад. Йонг ни разу не слышала, чтобы португальцы участвовали в событиях нынешнего времени.

– Он знает кораблестроение? – с сомнением спросила она.

– Утверждали, что он лучший в своём деле, – кивнул Дэкван. – Адмиралы говорили, его корабли помогли во время первого нападения японцев.

– Говорят, его держат в тюрьме недалеко от храма Земли, – протянул Чунсок задумчиво. – Но вызволять чужака под сомнительным предлогом будет рискованно, даже для нас. Самоубийственно, я бы сказал.

– Когда это нас останавливало?.. – Нагиль обвёл взглядом карты и повернулся к пуримгарра. – Подумай об этом на днях. Нам надо решить вопрос с флотом в ближайшее время, чтобы иметь чёткий план.

– Если мы сможем отвоевать Ульджин, то базу для кораблей можно будет расположить там, – сказал Дэкван, катая в руке две костяные фишки от какой-то игры, с которой его воины коротали вечера. – Там благоприятное для нас течение, можно будет тренировать новый флот под защитой ветров и непогоды. Японцы к нам не сунутся.

– Все сводится к Ульджину, – добавил Чунсок.

– И к его величеству. – Нагиль устало хлопнул по столу дадонью и махнул другой рукой. – Обсудим всё завтра. Гаин, проследите, чтобы японцы никуда не двинулись от Ульджина вместе с нашим королём. Мы вернём его в ближайшее время. Я отправлюсь туда заранее, потом помогу вам с воздуха.

– Генерал, – отозвался Чжихо, смерив Нагиля серьёзным взглядом, – вы помните, что я говорил вам про Драконов?

– Чжихо, – помрачнел Нагиль, но куаргарра упрямо продолжил:

– Генерал, это небезопасно! Если вы и дальше будете пренебрегать своим здоровьем…

– Хаша.

В голосе Нагиля прорезались звериные ноты, и его сила придавила Чжихо. Он кинул на Йонг очень выразительный взгляд и поклонился им обоим.

– Сэ.

Когти собрали карты и чертежи и вышли, оставляя Йонг с ёнгданте наедине.

Она тут же повернулась к Нагилю.

– О чём это он? – Нагиль сердито повёл плечом, но Йонг схватила его за ворот чогори и потянула к себе, взяла его лицо обеими руками, заставив смотреть на себя. – Что со здоровьем? При чём тут Драконы?

Нагиль вздохнул, выпутался из её объятий и сел на стул. Йонг села рядом.

– Ответь.

– Ходят слухи… – неохотно проговорил он. – Только слухи, минджа. Два Дракона не уживутся в теле человека. Отчасти они правдивы: каждое обращение ослабляет меня. Ты сама видела, мне требуется больше времени, чтобы восстановиться.

– И какие же это слухи? – вспыхнула Йонг. – Они убивают тебя, я не зря боялась их силы?

– Сон Йонг…

– Хватит прятать глаза, Мун Нагиль! – Йонг вскрикнула, тут же прижала руки ко рту, испугавшись, что её голос пересечёт стены казармы и вольётся в уши имперского наместника, живущего неподалёку. Нагиль поджал губы.

– Я работаю над этим, – сказал он твёрдо.

Йонг подумала, что сейчас он будет упрямиться и вспыхнувший спор закончится ссорой, в которой не будет победителей, но Нагиль провёл рукой по шее, скрывая лопнувшую там кожу с проглядывающей чешуёй. Красной, словно огонь.

– Пойдём, я кое-что покажу.

– Если это твои уловки, чтобы уйти от разговора, я…

– Минджа, – простонал он. – Я не собираюсь умирать ещё очень-очень долго. Я обещал одной женщине, что проживу рядом с ней до конца наших дней, который, надеюсь, наступит только через много лет, и смерть застанет нас обоих в тёплой постели, а не на поле битвы.

Он протянул ей руку и помог встать. Йонг смерила его по-настоящему злым взглядом.

– Эта женщина голову тебе откусит, если ты ей соврёшь.

Нагиль усмехнулся.

– Драконы не лгут, моя госпожа. Пойдём, мне нужно познакомить тебя с одним человеком.

Они покинули казармы и вышли на свежий воздух. После проведённого в стенах дома часа или двух Йонг чувствовала себя вымотанной – и беседой с Лапой Дракона, и новыми знаниями о состоянии Нагиля. И малодушно мечтала сейчас о сне, но шла рядом с Нагилем, следуя какими-то новыми путями мимо павильонов южного крыла дворца.

У той части, куда ей велели даже не смотреть, Йонг почуяла неладное.

– Нагиль?

Он обернулся, осторожно взял её за руку.

– Я не хотел, чтобы вы встречались, – заговорил он тихо. Идущие за ними Боым и Сокву, сегодня исполняющие роли провожатых, остановились поодаль. – Я должен был казнить его ещё летом, но он сбежал, а потом я нашёл его в Ульджине. Рэвон заверил меня, что он поможет одолеть драконий недуг.

Упоминание Рэвона, болезни Великого Зверя, какого-то парня, который избежал смерти на виселице, разом придавило Йонг к земле. Она решила не задавать вопросов, пока не удостоверится самолично, что подозрения её не обманывают.

– Он в самом деле помогает, – добавил Нагиль. – И, к сожалению, я не могу убить его своими руками прямо сейчас.

– С какими квисинами ты связался? – спросила Йонг, не требуя ответа. Нагиль мотнул головой, и Сокву вышел вперёд, чтобы отпереть засов на одной из дверей, идущих в ряд. Тут тоже была охрана, кто-то из людей Ким Мунсу, судя по их одеждам, и им, как говорил Чунсок, можно было верить.

Йонг постаралась успокоиться, унять сердцебиение, норовящее раздробить ей грудную клетку.

Сокву вывел к ней и Нагилю человека в коричневой кашае, слишком знакомой Йонг, и она не сдержалась.

– Ты!.. – выдохнула она с такой злобой, что во рту мгновенно прорезались змеиные клыки.

* * *

Бывший патриарх Ордена Сливы, Су Имдон, вмиг побледнел, и Нагиль остался доволен произведённым эффектом. Этот ярый приверженец веры и доверенное лицо Чосона, каким он себя считал, должен был бояться Сон Йонг. Независимо от потерянного статуса патриарха и положения пленника, которое он занимал, он должен был бояться её и избегать.

– Я обещал, что не убью вас, – медленно произнёс Нагиль, – но это не значит, что госпожа, которой вы принесли слишком много бед, будет соблюдать тот же уговор.

Йонг вскинула к нему голову, Нагиль увидел подёрнутые инеем радужки глаз и блеснувшие в свете факелов клыки – и с трудом заставил себя отвести взгляд. Мер’тонъ. На всех имуги в теле его женщины наводил страх. Нагилю он причинял боль одним своим существованием.

– Исчадие Бездны! – проскрежетал Су Имдон, не скрывая страха ни в голосе, ни в теле, он вздрогнул, когда Йонг выдохнула с шипением, и пошатнулся. Наблюдательность Нагиля не подвела: больше всего этот человек, несмотря на философию, которой придерживался, боялся смерти.

– Ты давно должен был гнить в земле. – Йонг дёрнулась, вскинула