Жека - Arladaar

— Славян, надо Никифырыча вызвонить, пусть приедет, посмотрит, — уже выходя, сказал Жека. — Скажи ему — пятихатку заплатим, если вычистит тут всё под ноль. Пусть подпрягёт кого-нибудь. Работы тут немного. Что можно самим увезти, пусть везут на помойку. Если грузовик надо, пусть добазарится на автобазе, где работает.

Пока стояли, перетирали то да сё, в проезде у девятиэтажки появился сахаровский джип. Уже чуть было проехал, но увидев, что у здания ЖЭКа кто-то стоит, вернулся и проехал до пацанов. Из машины вышел сам Сахар в чёрном костюме с белой водолазкой под ним, и двое его амбалов. Сахар подошёл к пацанам, и встал в наглой позе, засунув руки в карманы.

— А чё вы это делаете тут? — недовольно спросил он. — Это вы сожгли?

— Нет, — недоумённо ответил Жека. — Само сгорело.

— А вы чё тут отираетесь?

— Смотрим. Ремонт как лучше сделать.

Сахар приблизился вплотную, снял чёрные очки, и в упор уставился на Жеку.

— А зачем вы будете его делать?

— А потому что эта хибара наша. Здесь будет наш кооператив, — спокойно ответил Жека.

Сахар хотел ещё что-то сказать, но не стал. Лишь махнул своим амбалам рукой, сел в машину, и уехал. Сделать он ничего не мог — сам разрешил тут шантрапе крутить-мутить. А докапываться, что случилось, и как, не его дело. Пусть мусора копают.

Никифырыч приехал вечером на своём Москвиче, почесал, затылок, но согласился. Работа не сказать, что трудная, скорее грязная. Разбирать сгоревшую мебель, половую рейку, плинтуса.

— Я на дачу увезу к себе это всё! — решительно заявил он. — Отдадите? На дрова пойдёт.

— Конечно, — засмеялся Жека. — Снимай всё, кроме труб и батарей. Вот тебе стоху в задаток. Остальное, как сделаешь. Если за неделю управитесь, ещё сто сверху положим.

— Есть! — Никифырыч в шутку откозырял, сел в Москвич, и уехал. На следующий же день работа закипела. Никифырыч подпряг свояка. Не стал нанимать кого-то со стороны. Управились за шесть дней. Почистили полы, убрав половые доски, и даже по стенам кое-где прошлись. Жека, как и договаривались, отслюнявил пятихатку. Четыреста и стоху за срочность. Теперь надо было делать ремонт.

— Знакомые есть кто? — спросил Жека, рассчитываясь. — Чё нам искать левых. Может есть у тебя кто из знакомых строителей, пусть на шабашку идут. Платой не обижу.

— Да я бы и сам, — Никифырыч сдвинул кепку и опять почесал затылок. — Чё тут сложного-то. Раствор мешай да затирай. Тут много штукатурить не придётся — стены почти нормальные. На раз прошёл тонким слоем и всё. У меня инструмент есть, мастерок, затирка, уровни. Стройматериал только давай. Цемент, песок, доску половую, гвозди. Пила есть у меня.

— Так в чём дело? Никифорович? — удивился Жека. — Всё будет. Говори чё надо — всё привезём.

— Так тут в первую очередь окна вставить надо, решётки на них, дверь железную с замком гаражным. А так привезёшь — всё у тебя растащат.

— Правду говоришь — засмеялся Жека, ударив себя по лбу ладонью. — Чё-то я не допёр. Ладно. Езжай пока, я тебе позвоню.

— Чё делать-то будем? — озабоченно спросил Славян. — Придётся опять к тому хмырю идти в управление строительства. Суну ему штукарь, может намутит. У них контора серьёзная, есть всё, что надо. А мелких колпашников нанимать, кооператоров, когда они ещё управятся... Да с ними и дороже получится.

— Давай! — решительно сказал Жека. — Ввязались в эту хрень, отступать уже поздно...

В скором времени окна, двери, половая рейка, цемент и песок, предназначенные для строительства нового жилого микрорайона рядом с речкой, каким-то загадочным образом оказались в здании, принадлежашем кооперативу «Удар». Начальник строительного управления сам руководил погрузкой стройматериалов со склада, а потом выгрузкой у кооператива. В кармане у него лежал конверт с 2 косарями.

Так понемногу за весну восстановили здание. Денег правда ушло как в бездонную бочку... Да и то — снаружи ремонт делать не стали. Внутри свежие покрашенные полы, чисто побеленные стены, новая проводка, розетки, освещение. Новенькие окна с решётками. Железная дверь, покрашенная коричневой краской. Жека ходил по-хозяйски, и осматривал всё, но придраться было не к чему. Конечно, не по-современному. Нет обоев, нет линолиума, нет деревянных панелей, нет алюминиевых потолочных плиток... Но это всё мелочи. Главное — здание их. Осталось только купить, и завести мебель и канаты со стойками для ринга.

— Зачем ринг? — недоумённо спросил Славян. — Спортивный клуб что-ли будет?

— Будем охранной деятельностью заниматься, — усмехнулся Жека. — А на ринге будем своих пацанов проверять.

Когда закончили ремонт, к Жеке подошла инициативная группа местных жителей, как назвали они себя.

— Ой как хорошо, что клуб и библиотека скоро откроются! — расплылась в восторге здоровенная тётка в домашнем халате. — А то мы всё думаем, скоро лето, хоть детям не по улице шататься...

— Тут не будет ни библиотеки, ни клуба. Помещение в аренде у кооператива «Удар» — хмуро сказал Жека.

— Вы что? Совсем уже? — разошлась баба. — Но так нельзя! Кто вообще это разрешил? Безобразие! Единственная библиотека и клуб на весь микрорайон! Куда теперь детям ходить???

— Я не знаю, куда им ходить, — пожал плечами Жека, и пошёл домой, невзирая на рассерженные вопли. — Идите Горбачёву пишите.

На следующей неделе кто-то ночью краской на здании написал «ВОРЫ» и «ПРЕДАТЕЛИ».

Пришлось идти в ЖЭК, и говорить, чтоб закрасили. Жековские стали очень сговорчивыми, узнав, что здание, где они квартируют, продано, и принадлежит соседям. Кроме того, Жека потребовал ключ от подвала с коммуникациями. К концу весны 1990 года здание полностью стало принадлежащим центровой братве. За взятку начальнику телефонной станции в здание провели телефон, подвинув по очереди ветеранов войны, многодетных, и ликвидаторов.

Сахар хоть и похмыкивал скептически, но стал смотреть на Жеку немного другими глазами. Хоть он и не входил в члены правления кооператива «Удар», было ясно и дураку, кто в этой шаражке главный, при этом постоянно оставаясь в тени. Всё свободное время Жека проводил на месте работ, и доглядывая, и сам ковыряясь, и помогая, и решая постоянно возникающие