Путь разведчика - Стив Миллер

— Ага! — со смехом отозвался Клонак. — Странно, что вы спросили…

— Это все из-за той треклятой книги! — огрызнулась Энн. — Большей дури я не слыхивала. Она предназначалась для специалистов! Кого еще интересует мертвое и пыльное прошлое?

Она перешла на диалект своего детства, и Даав принял это как показатель того, насколько она выведена из равновесия. Он пристроился на подлокотнике мягкого кресла и выгнул бровь.

— Совершенно верно, — ответил он спокойно на стандартном земном. — Но что бы ты попросила нас предпринять взамен того, что было сделано?

— Не обращать внимания! — воскликнула Энн, стремительно набрасываясь на него. — Обо всем забыть. Подставить вторую щеку. Показать, что Великому Дому Корвал нет дела до детских игр и что он находит подобные поступки всего лишь… немного… смешными.— А! Интересно — и что бы это дало?

Она гневно нахмурилась, словно подозревая, что он над ней смеется. Он продемонстрировал ей свои пустые ладони с чуть расставленными пальцами.

— Энн, я спрашиваю тебя потому, что не знаю. Ты говоришь, что на нахальство Главы Сайкена можно найти лучший ответ. Покажи мне, какой именно.

— Ты и сам не дурак.

Вот уж поистине вежливая манера говорить со своим Делмом! Даав ухмыльнулся.

— Со мной всякое случается. Как и со всеми нами. Так чего мы достигнем, позволив Клану Сайкен дурно с тобой обходиться?

Она присела на край стула напротив него, крепко стиснув руки.

— Забвения.

Он ждал, склонив голову набок и внимательно глядя на нее.

— Она… отвернулась от меня потому, что хотела показать: моя книга, доказательство общего праязыка, — это ложь. Она хотела устроить шумиху, понимаешь? И схватив ее наживку, ты подкрепил ее аргументы. Ты словно подтвердил, что Корвалу есть за что извиняться. Люди это заметят. Люди будут обсуждать это. И вместо того чтобы все забылось в считанные дни…

Она покачала головой.

— Если бы вы просто плюнули на это дело, люди пожимали бы плечами и говорили, что Сайкен сделала из мухи слона. Она выглядела бы нелепо. И вскоре все уже начали бы обсуждать что-то иное.

— А!

Он закрыл глаза, взвешивая ее слова, пробуя их на вкус, ощущая форму и контуры культуры, в которой подобные действия были бы разумными.

— Понимаю, — проговорил он наконец. — Это действительно могло бы стать правильной реакцией. — Он открыл глаза и посмотрел в осветившееся надеждой лицо Энн. — В каком-то другом месте.

Надежда погасла.

— Даав…

Он поднял руку.

— В обществе, основанном на совместных действиях не связанных союзами личностей, каждая из которых сотрудничает с другими исключительно ради личной выгоды, такая реакция имела бы явные достоинства. Отмахнуться от оскорбления — значит сэкономить силы для более важных дел, направленных на личное продвижение. Однако на Лиад такого общества не существует, и предложенное тобой решение не сработает. Что еще хуже, — проговорил он, заставив свой голос звучать демонстративно мягко, — оно может причинить немалый вред.

— Я не…

— Вспомни, что мы — хищники, объединившиеся в группы сородичей и сдерживаемые законами Клана и Совета Кланов. Превосходство оберегается не менее ревностно, чем дети. Меланти открывает больше дверей, чем кантры — как скажет тебе любой богач, запятнавший свое имя. За оскорбление должно свести счеты — немедленно и сурово, иначе другие хищники увидят вашу слабость.

— Но…

— Дослушай, что я скажу. Я не говорю, что твоя реакция неправильная. Я просто говорю, что реакция Эр Тома лучше. На Лиад. Чтобы сохранить меланти, превосходство — и наше право на спокойствие, — Сайкену следует преподать урок. Если бы мы проигнорировали нанесенное этим утром оскорбление, то свет начал бы обсуждать это, строить догадки — и планы. В таком случае следующее оскорбление обязательно окажется более смелым, и очень скоро мы дойдем до такой точки, когда ставкой в игре станут жизни.

Энн широко раскрыла глаза.

— Если действовать по-нашему, — мягко заключил Даав, — Клан Сайкен лишается какого-то количества кантр и удовольствия присутствовать на определенных светских мероприятиях. Корвалу придется несколько изменить свои торговые операции и контракты. Это уже сделано. Мир удовлетворен, и вопрос забудется — как тебе того и хотелось — в ближайшую дюжину дней. Если бы мы последовали твоему плану…

Он подался вперед и взял ее за руки.

— Нас слишком мало. Я не могу рисковать одной жизнью из-за неправильного сведения счетов. Долг Корвала — оберегать всех своих. И этот долг я воспринимаю самым серьезным образом.

Несколько секунд она молча вглядывалась в его лицо.

— И какова вероятность, — спросила она наконец, — что это станет… опасным?

Опасным. Он помолчал мгновение, пытаясь понять, что это слово может означать для нее, — и пришел к выводу, что в данном случае опасность была одинаковой для нее и для него самого: физический ущерб, причиненный спутнику жизни, ребенку, ей самой или другому родственнику.

— Сегодня днем она меньше, чем утром, — ответил он с полной правдивостью, на которую она имела право, как его родня. — К данному моменту сделано два хода в игре, и мы ответили так, как следовало. Не исключено, что кто-нибудь сделает третью попытку. Своевременный ответ на нее определит нашу позицию совершенно четко.

Она со вздохом отняла у него свои руки — но задумчиво, а не в гневе.

— Твой спутник жизни, — тихо добавил он, — будет оберегать вас со всем своим умением. А ваш Делм будет оберегать вас всех.

— Да.

Она вздохнула и встала — высокая, грациозная, земная.

— Спасибо, — сказала она, хотя по-лиадийски один родич этого слова другому говорить не обязан. — Я поговорю с Эр Томом.

Он улыбнулся и тоже встал.

— Не волнуйся, — пообещал он ей, — все будет хорошо.