Один в поле - Андрей Ерпылев

Молодой человек не сразу понял, что его мучительница исчезла. Место возле мерцающего монитора пустовало, распятым в кресле мужчиной больше никто не интересовался…

«Что она задумала? — вдруг всплыли в памяти последние слова монстра. — Когда ты будешь нашим… Каким это нашим?»

Рой забился в своих оковах, но с таким же успехом он мог пытаться открыть замки на кандалах силой воли — кованая сталь держала человеческую плоть в надежных тисках.

В бесплодных попытках освободиться текли минуты, казавшиеся пленнику годами…

Вдруг дверь приоткрылась:

— Дона! — раздался мужской голос — Ты здесь, Дона?

Голос был знаком до боли…

* * *

— Рой?! — склонившийся над распростертым другом Аллу Даар был изумлен. — Ты-ы?! Ты же…

— Не время для расспросов, Ал! Дона что-то задумала! — Из головы Роя никак не шли слова сестры: «Когда ты будешь нашим…» — Освободи меня! Или ты тоже один из них?

— Я не могу! — простонал инженер, дергая то один, то другой стальной обруч. — Она заперла замки своим личным шифром! Тут нужны инструменты — что-то вроде дисковой пилы…

— Так беги за ней!!!

— Стоп! — вдруг замер на месте кинувшийся куда-то мужчина. — Я знаю, кто нам поможет!..

— Что ты задумал? — только и успел крикнуть ему вслед лейтенант.

«Дак — продался. Аллу — свой… — всплывали в памяти слова Зариса. — Служит им… Не Слуга Света. Человек… Пока еще…»

Только вот насколько человек? И насколько готов служить своим господам? Может, все человеческое в нем заключается в готовности помочь материально другу-паралитику? Ответов не было… Но что мог поделать сейчас Рой? Лишь смотреть в потолок, ожидая неизвестности…

— Сюда! — послышалось из коридора. — Он здесь!

Лабораторию залил яркий свет, будто под потолком полыхнул Мировой Светоч, и распятый Рой зажмурился, а когда смог различать что-нибудь, над ним склонялся мужчина, показавшийся великаном.

Еще один знакомец…

— Убирайся в ад! — прорычал Рой. — Там тебе самое место, Нэш Огуну!

— Он бредит? — с тревогой взглянул на великана инженер. — Она что-то ввела ему? Какую-то сыворотку?

— Ничего не бредит, — широко улыбнулся «Горец», примериваясь к одному из обручей, стискивающему грудь лейтенанта. — Наш друг в полном сознании… Потерпите, больной…

Жесткие пальцы верзилы протиснулись под металл.

— Оставь меня в покое! — забился мужчина в оковах: прикосновение врага жгло хуже раскаленного металла. — Убирайся!..

— Всему свое время…

Огуну уперся коленом в кресло, мышцы на его руках вздулись чудовищными буграми, и металл, казавшийся несокрушимым, со скрипом подался. А потом лопнул, не выдержав, замок, призванный сдерживать любые человеческие усилия.

Человеческие…

«Горец» расправился со всеми оковами за какие-то пять минут и отошел в сторонку, утирая пот со лба: работенка ему выпала еще та — не всякому великану по плечу. Даже Великому Гаю из древних легенд.

— Ты в порядке? — Аллу с тревогой смотрел на друга, по-прежнему распростертого в кресле. — Помочь подняться?

— Я сам… — Рой кое-как сполз с ложа, но идти не мог: руки и ноги затекли от долгой неподвижности, позвоночник казался раскаленным стержнем, медленно сжигающим тело, голова раскалывалась от боли…

— А теперь пусть кто-нибудь пояснит мне, — здоровяк присел в кресло за столом, заваленным всяким «научным» хламом, — что происходит. Только внятно, спокойно, без попыток нанести телесные повреждения и личных домыслов.

— Ты и так все знаешь!.. — простонал лейтенант, пытаясь массировать затекшие кисти: он все отдал бы сейчас, чтобы добраться до глотки «горца», но это было не в его силах — кровообращение во всем теле начало восстанавливаться и его будто варили на медленном огне. — Это ты во всем виноват! Ты и тебе подобные!..

— Реплики с мест отвергаем с негодованием, — спокойно парировал великан. — Аллу, у тебя есть внятная версия происходящего?

— Сам ничего не понимаю, — растерянно пожал тот острыми плечами под белым халатом. — Я сидел над программой, когда Дона ворвалась без стука, перерыла весь шкаф и утащила кассету. С той самой программой, помнишь?

— Разве ты не стер ее? — «Горец» так грохнул по столу кулачищем, что тот, крякнув, рассыпался, обрушив на пол книги, бумаги и все то, что было на нем навалено горой. — Я же тебе велел!

— Я… — инженер смешался и замямлил. — Я хотел еще поработать над ней… Но ведь ее нельзя применить иначе, чем с центра управления. Ваше оборудование не подходит, а резервный…

— Помолчи, — Нэш Огуну поднял ладонь-лопату, обрывая причитания Даара, и обернулся к мужественно боровшемуся с болью Рою: ему уже удалось отвоевать кисти обеих рук, и теперь он терпеливо разминал предплечья. — Рой, не подскажешь ли, о чем вы тут беседовали с Доной? Чем она интересовалась?

— Ничем, — буркнул неудавшийся разведчик. — Она снимала ментограмму, — он указал подбородком, едва не зашипев от боли, на откинутый на суставчатой штанге шлем с десятками проводов, сливающихся в толстенный кабель, уползающий куда-то за мигающие лампочками шкафы. — Похоже, добралась до момента моего бегства с каторги. Через туннели подземной крепости.

— Подземной крепости? — «Горец» и Аллу переглянулись. — Той, что за Голубой Змеей? В джунглях?

— Нет, в городском парке, — съязвил Рой. — Где в вашей любимой Республике еще используют каторжников с таким размахом?

Он хотел добавить еще несколько колкостей, но его уже не слушали.

— А ведь все сходится, — задумчиво пробормотал Нэш. — Где, как не в крепости?

— Где были наши головы? — радостно хлопнул его по плечу Даар. — Ведь все лежало на поверхности. Мы идиоты, дружище!..

— Потом будем посыпать головы пеплом! — перелился из сидящего положения в стоячее «Горец». — Рой, ты можешь показать, где это?

— Что? — Гаал с трудом поднялся на подгибающиеся ноги, и взгляд его упал на экран с застывшей картинкой: знакомые лица, раззявленные в немом крике рты, полутьма, разрываемая лучами фонарей: похоже, Дону заинтересовал момент противостояния Зову… — Это? На самом выходе из Крепости. Недалеко от военно-морской базы.

— Разберемся. — Великан уже был у самой двери, и лейтенант поразился тому, как легко и быстро тот движется: похоже, все его мечты добраться до горла этого человека-горы были пустой фантазией. — Аллу, я к флайеру. Помоги другу. Да! И дай ему прикрыться чем-нибудь, а то наша команда весь центр переполошит…