Курсант - Андрей Архипов

– Мура, дорогой мой набор двоичных кодов! Отвечай по существу!

«Если по существу, то самым простым выходом для них будет разгон штурмовика в автоматическом режиме и подрыв его двух ядерных энергодвигательных установок перед минным полем, что наверняка выведет целый его сектор из строя. Через такую дыру размером со слона крейсер можно протащить, а не только грузовик!»

– А потом?

«Потом им надо брать второй и подрывать прямо над лазерными установками!»

– Тебя послушать, так космические двигатели просто предназначены уничтожать над объектами инфраструктуры противника!

«Не утрируй. Разрушающая сила таких подрывов на несколько порядков меньше, чем у ядерного оружия. Взрыв движка лишь поражает электронику излучением в непосредственной близости от себя и только».

– Тогда зачем вообще это делать?

«А человек по-другому не может! Он разрушитель по своей природе. Им, в отличие от нас, бестелесных сущностей, движут гормоны. Сегодня они говорят ему одно, завтра – другое. Сегодня он для достижений своих целей подрывает корабли, а завтра направит астероид на мирные города. Я всего лишь экстраполирую поведение людей на окружающую обстановку, предполагая, что они готовы сделать! Вы подорвали движок у платформы, гости захотят провести такой эксперимент со штурмовиком!»

– А можно экстраполировать как-то менее радикально?

«Если без неоправданных жертв, то им надо методично искать и выбивать лазеры на земле, надеясь, что грузовик минует все засады, а мины в один прекрасный момент не отключат позиционирование и не упадут под воздействием гравитации и маневровых двигателей на них сверху и не покрошат всех в клочья!»

– Но мы же, насколько помню, спокойно летали под минным полем еще до получения кодов управления…

«Вы рисковали на основе убеждения, что катастрофа на Весте произошла неожиданно и на базе вряд ли кто-то в последний момент настроил мины на параноидальный режим работы с уничтожением всего на поверхности! И вообще, хватит болтать о том, что не произошло! Скажи лучше, как ты додумался до такого!»

Митька пожал плечами.

– Ты про то, что я собираюсь разогнать мины с помощью бота и использовать их в качестве торпед?

«Да. Разложи свои мысли по полочкам, мне будет полезно еще раз познакомиться с человеческой логикой. Я до такого не додумалась бы!»

– Все просто. Раз мы не можем защититься от гостей без риска покрошить самих себя, то надо атаковать…

«Хм… Забавно».

– …Встал вопрос – чем. Челнок, боевые платформы и легкие истребители имеют ядерные энергодвигательные установки с ускорением ниже среднего, защиты практически не имеют, атака так себе или ее вовсе нет. Беспилотники с химическими двигателями хоть и могут разгоняться прилично, но в настоящий момент не оснащены сколь-нибудь адекватными средствами поражения. Остается разведбот с твердофазным ядерным ракетным двигателем, броней и вуалью, но он к нам попал без каких-либо мощных средств поражения – даже когда имел ракеты. Тем не менее у него в наличии внешние контейнеры и электромагнитные зацепы для быстрого подбора грузов. А у нас мин как грязи.

«И именно поэтому ты незаметно выхватил парочку из поля, заменив их муляжами? Логично. Но тебе повезло, что двухметровые мины влезли во внешние контейнеры!»

– Не влезли бы, повез на зацепах, просто не показывал бы гостям столь интимное место, держась к ним спиной, и все!

«Вот что значат гормоны в твоем поведении! Опять ты свалился на интимность, сексуальность и прочую ерунду… Давай о главном! Ты хотел рассчитать траекторию полета и возникающие нагрузки, времени остается все меньше!»

– Я уже на пальцах все прикинул.

«И что говорят твои пальцы?»

– Что минное поле висит на высоте около пятидесяти километров, загибаясь вниз к отрогам гор вокруг кратера. А грузовик чужаков расположен на вдвое большей высоте, с запасом, учитывая, что радиус поражения мины около десяти километров.

Кошка нетерпеливо его перебила:

«Не проповедуй прописные истины! К делу!»

– К делу так к делу. По регламенту время реагирования экипажа на опасность около двадцати секунд. Возьмем десять, если предположить, что на грузовике человекообразные роботы или команда уже на местах. Это максимум, в который мы должны уложиться при атаке. За это время бот должен преодолеть двести километров. За начальную точку отсчета я взял потенциальную орбиту чужих на обратной стороне астероида.

«А почему именно двести?»

– Потому что при разгоне я выйду из тени Весты, а на таком расстоянии они могут заметить выхлоп, будь я трижды под вуалью.

Кошка хмыкнула.

«Ты забываешь, что напрямую через астероид корабли обычно не летают!»

– Я пройду над самой поверхностью, поставив корабль на попа и отталкиваясь двигателями от Весты!.. Ну ладно, пусть будет даже двести пятьдесят!

«То есть к моменту выхода из тени ты должен набрать скорость двадцать пять километров в секунду».

– Как-то так.

«И?..»

– Я исхожу из того, что максимальные нагрузки, которые могу выдержать в течение несколько минут, не потеряв потом здоровье и адекватность восприятия, это шесть «же». Зная итоговую скорость и максимально доступное мне ускорение, получаю время разгона. Оно составляет около семи минут. Такой интервал нагрузок я выдержу, если заранее забью траекторию в вычислитель. Вот и все.

«Нет уж, выдай еще подробный расклад по разгону…»

– Тут тоже все тривиально. Зная время, вычисляем требуемое расстояние, с которого мне надо начинать ускоряться. Чуть более пяти тысяч километров, фактически десять диаметров Весты. Но это минимум, при необходимости я вполне могу удлинить дистанцию разгона и тогда обойдусь малой кровью. Главное – удержаться в тени планеты.

«Ты же не думаешь, что истребители чужаков откажутся сопроводить караван подальше от астероида? Они тебя могут заметить!»

– Ты заметила, что наш грузовик после ухода за Весту свернул по моей просьбе в сторону? Чего им идти за экспедицией, если и так все видны как на ладони? А про возможности разведбота они знают и не расстроятся, когда меня потеряют.

«Потеряют ли?»

– А почему нет? Сигналы сканирования не просто гасятся разведботом. Искин высчитывает их взаимодействие с окружающими объектами и отражает лишь то, что должно отражаться при отсутствии его носителя в данной точке пространства. Несмотря на любые плавающие частоты и модуляции при облучении! Когда бот уходил от нашей станции, мы засекли его лишь распределенной в пространстве фазированной решеткой из беспилотников, и то лишь потому, что подозревали о попытках бота уйти в сторону какой-нибудь малой планеты и потому расположили дронов на самых вероятных трассах прохождения.

Кошка ехидно хмыкнула.