Фантастика - Борис Акунин

Мымра крашеная: «Ой!» – и тоже прикрыла глаза ладонями.

– Сюда смотреть! – гаркнул Роберт. Профессор замоталголовой.

– Сергей, заставь его открыть глаза!

– Зачем? – удивился Дронов. – Если б он уши заткнул – другоедело. А спрашивать и так можно.

– Делай, что говорю! – взбеленился умник.

– Да как я его заставлю?

– Не знаю! Врежь ему!

Разозлился тут Сергей. Тем более, он все равно уже с Режимасъехал.

– Да пошел ты! Что я тебе, гестапо, что ли? Пускай такговорит. Вот если не захочет, тогда я ему лысину на пупок натяну.

– Сергей Иванович, вы не в курсе, – сказал зажмуренный. –Ваш друг сканирует эманацию подкорки по глазам.

– Чего?

– Читает чужие мысли. Есть у него такой талант.

Сначала Сергей решил, что Петрович насмехается, хочетдураком выставить. Но потом кое-что припомнил и медленно повернулся к иудеРоберту. Куда бы тебе, тварь ты подлая, вмазать – по очкам или в челюсть.

– Я тебе вмажу, – быстро прикрыл лицо Дарновский, чемокончательно себя выдал. – Ты что, не понял, Лобачевский: Илья Петрович насстравить хочет?

Обошел вокруг стола и как треснет лысого рукояткой«стечкина» по лбу.

– Где Анна?

Прав был Роберт, скотина, тысячу раз прав. Не до разборок,после поквитаемся.

– Да, где Мария? – рявкнул Дронов и показал профессорукулак.

– Ее тут нет.

– Не ври! – хором крикнули напарники, а Дарновский сновастукнул Петровича, теперь по лысине.

– Только не по голове, прошу вас, – жалобно попросил тот. –Я ведь не отказываюсь отвечать на ваши вопросы. Дама, которую вы ищете,действительно, пробыла здесь некоторое время. Потом ее перевезли в другоеместо. Если не ошибаюсь, 12-го числа. Нет, прошу прощения, 13-го. Мы своюработу выполнили, держать ее здесь далее было незачем.

– Какую работу? – дрогнувшим голосом спросил Дронов.

– Комплексное обследование: физиологическое,нооневрологическое, психометрическое, химанализ. Установили, что она не зомбоиди отправили в Санаторий.

– Зомбоид?

Сергей озадаченно посмотрел на Роберта, но у того нафизиономии тоже было недоумение.

– Ну, что она не из полицаев, – пояснил профессор,по-прежнему не открывая глаз.

– Что ты мне туфту гонишь! – взорвался Дронов. – Я тебесейчас зенки пальцами вытяну, чтоб Лукич в них заглянул! Где Мария?

Лысый весь сжался.

– Клянусь вам, ее увезли в Санаторий на спецавтомобиле.

– Тринадцатого? – Роберт полистал блокнот. – На «скоройпомощи», в 15.21?

– Не помню, во сколько. Кажется, да, в середине дня. Да высами можете убедиться.

Прикрывая глаза от Дарновского рукой, он подкатился накресле к столу, стал передвигать папки.

Сергей заметил, что Алина подглядывает из-за ладоней, новсякий раз, когда Роберт смотрит в ее сторону, сдвигает пальцы.

Ну Робчик, ну проныра. Это он и у Марии таким манером вмыслях копался? Тогда нечего удивляться, что он сумел заморочить девочкеголову.

– Вот, извольте.

Профессор показал темно-синюю папку с наклейкой:

«М.И. Долина, 1970 г. р., категория 3/М(?)»

– Что такое категория 3/М? – нахмурился Дарновский.

– Зомбоид или мутант. Первыми занимаемся мы, вторыми –Санаторий. Гражданка Долина не наша, поэтому и отправлена туда.

Надо же, оказывается, ее фамилия «Долина». Красиво, особенноесли ударение на втором слоге. А насчет имени…

– М.И.! Видал? – торжествующе сказал Сергей умнику,оттолкнув профессора обратно к стенке – чтоб до кнопки не дотянулся. – Яговорил, никакая она не Анна, а Мария. Съел?

– Какие зомбоиды, какие мутанты? – затряс головой Роберт, аот Сергея отмахнулся. – Сам ты Мария. Дай сюда.

Открыл папку, прочитал вслух:

– «Фамилия: Долина. Имя: Марианна. Отчество: Игоревна…»

Они переглянулись. Марианна, вот как ее зовут! То есть иМария, и Анна…

Сергей тоже заглянул в досье.

После анкетных данных, толком прочесть которые торопыгаРоберт не дал, пошли какие-то схемы, диаграммы, напичканные непонятнымитерминами отчеты и цветные фотографии. На фотки-то Сергей больше всего исмотрел.

Лицо Марии, то есть Марианны в фас, в профиль, сзади. Глазазакрыты, а волосы, чудесные волосы медового цвета обриты наголо. Ну, гады!

Хотя она и безволосой показалась ему ужасно красивой.Никогда бы не подумал, что обнаженная женская голова выглядит так беззащитно,так – ну да, сексуально, а чего такого?

– Зачем вы ее обрили? – нехорошим голосом спросил Роберт.

– Это необходимая процедура для ноографии, – непонятноответил Петрович.

– А почему глаза закрыты?

– Усыпляющий укол.

Но были в папке и фотокарточки ее открытых глаз, правого илевого отдельно.

– Кстати, глаза у Марианны Игоревны необычные. Радужнаяоболочка в разном освещении меняет свет, у нас даже возникли споры между собой,какой из оттенков базовый. В природе такое встречается крайне редко.

Хотел Сергей сказать, что глаза у Марии зеленые, но увиделследующий снимок и поперхнулся.

Она там была совсем голая: на спине, потом на животе.

Дальше шли сплошняком одни формулы.

– Вы тут ничего не поймете, – осторожно подглядел профессор.– Смотрите в самый конец.

На последней странице значилось: «13.05.90 в 15.15отправлена в Санаторий с диагнозом „М“.

– Видите, я же говорил.

– Кто такие «полицаи»? – вдруг ни к селу ни к городу спросилРоберт. – Когда ваша помощница увидела нас в коридоре, ее первая мысль была:«Полицаи! Неужели ошибка диагноза?»

Илья Петрович молчал.

– Что вы с нами сделаете? Убьете? – дрожащим голосомспросила Алина.