Стрелок. Путь в Туркестан - Иван Оченков

– Это просто прелестно! – шепнул Дмитрию Щербак, громко хлопая в ладоши.

– Наверное, – с досадой отозвался тот.

На самом деле ему понравилась и музыка и игра баронессы, хотя он вряд ли мог бы выразить охватившее его чувство словами. Ему просто хотелось бы слушать её и дальше, но, к сожалению, всё закончилось.

– Я про вас, – поспешил уточнить доктор, расплывшись в улыбке.

Уточнить, что имеет в виду эскулап, Будищев не успел, поскольку графиня Милютина мягким, но при этом не допускающим возражений, голосом попросила его уделить ей несколько минут и плавно направилась в кабинет. Так что ему ничего не оставалось делать, как последовать за ней.

– Чем могу быть полезен вашему сиятельству? – спросил Дмитрий, как только они остались наедине.

– Присаживайтесь, – предложила она. – Мне надобно серьезно поговорить с вами.

– Благодарю, – отозвался юнкер, опускаясь в кресло.

– Вы, вероятно, чувствуете себя обиженным…

– Почему вы так решили?

– Ну, – помялась графиня, – вы так храбро и самоотверженно вели себя во время крушения, а никто из нас даже и не подумал предложить вам гостеприимство, хотя было вполне очевидно, что вам с вашим слугой негде остановиться.

– Не берите в голову, – усмехнулся Дмитрий. – Гусь свинье не товарищ.

– Вы не правы, – смутилась Милютина. – Лично я была уверена, что кто-нибудь из мужчин непременно даст вам приют. И право же, мне очень неловко, что этого не случилось. Видит Бог, если бы я только могла предположить подобное невнимание, то непременно сделала это сама, невзирая ни на какие условности.

– Благодарю за сочувствие, но… мне кажется, вы хотели поговорить не об этом.

На лицо Елизаветы Дмитриевны, только что живое и участливое, как будто опустилась вуаль, и оно вновь стало непроницаемым, подобно маске. И только острый взгляд стальных глаз выдавал её волнение.

– Дело очень деликатное, и я нахожусь в некотором затруднении, – тщательно выбирая слова, начала она. – Могу ли я вам довериться?

– Наверное, – пожал плечами Будищев.

– Наверное? – удивленно переспросила графиня и на мгновение сбросила личину каменного равнодушия.

– Ну, я же не знаю, о чем вы хотите меня попросить?

– Н-да, ваша тетушка говорила, что вы необычный человек, чуждый условностям, но я все-же не думала, что настолько.

– Ваше сиятельство, будет гораздо быстрее и проще, если вы перестанете ходить вокруг да около и расскажете, в какой именно услуге нуждаетесь.

– Но вы обещаетесь сохранить это в тайне?

Дмитрий внимательно посмотрел на сидящую перед ним женщину, напряженно думая, что той могло понадобиться и почему именно от него. Все-таки между дочерью министра и простым юнкером существовала пропасть, пусть и не такая глубокая, как между аристократом и крестьянином. Хотя… она знакома с тетушкой, которой он как-то пообещал оказать любую помощь, какая только может понадобиться. Может быть, всё дело в этом?

– Сударыня, – осторожно начал он. – Обещаю, что всё услышанное мною сейчас останется между нами.

– Что же, я верю вам, Дмитрий Николаевич, – кивнула графиня. – Вы, насколько я успела вас понять, человек прямой, а потому я буду говорить откровенно. У меня есть основания полагать, что происшествие на железной дороге, жертвами которого мы все едва не стали, не случайно.

– Что вы имеете в виду?

– Я уверена, что это было покушение.

– И на кого же?

– На меня.

– На вас?!

– Именно.

– Простите, но я так не думаю.

– Но почему?

– Слишком сложно и ненадежно. Угробить поезд и почти полторы сотни людей, чтобы добраться до одной высокопоставленной пассажирки…

– Просто вы не все знаете. Дело в том, что на меня уже покушались.

– И как же?

– Однажды меня чуть не сбил экипаж.

– Ну, это ничего не доказывает. Лихачи частенько калечат людей, причем даже не со зла. Я с таким сталкивался.

– А в другой раз меня чуть не отравили.

– Как и когда это случилось?

– Около месяца назад, вскоре после происшествия с экипажем. Мне тогда нездоровилось, и я приняла микстуру, от которой мне стало дурно. Врач потом сказал, что если бы не вовремя случившаяся рвота… не могу поверить, что рассказываю вам такие вещи!

– Хм…

– Вы все ещё не верите?

– Как вам сказать, ваше сиятельство. Один случай – случай, два уже интересно, а вот три – система. С вами за достаточно короткий промежуток времени случилось три капец каких… я имею в виду очень странных происшествия. Либо вам хронически не везёт, либо кто-то очень хочет побывать на ваших похоронах.

– Я могу рассчитывать на вашу помощь?

– Всё зависит от того, на какую помощь вы рассчитываете.

– Но… я хотела бы, чтобы вы охраняли меня в дороге.

– И только?

– Ну, и чтобы защитили в случае необходимости. Я все-таки всего лишь слабая женщина.

– На это вы можете рассчитывать в любом случае. Но позвольте вас кое о чем спросить.

– Да, конечно.

– Почему вы обратились именно ко мне?

– Это вышло немного случайно. Перед отъездом я встречалась с вашей тетушкой. Услышав, что я тоже отправляюсь в экспедицию, она рекомендовала мне в случае надобности обращаться к вам, характеризуя как человека надежного и решительного. Узнав, что мы с вами путешествуем на одном поезде, я подумала, что это судьба. А когда увидела, как вы и ваш слуга бросились разгребать завалы, стараясь спасти несчастных… я поняла, если кто и может помочь мне, так только вы!

– Понятно, а вы случайно не знаете, кто может желать вам зла?

– Боюсь, что нет. У моего отца много противников и завистников, но кто из них мог бы решиться на подобное, я не могу даже представить.

– Это осложняет дело.

– Так вы возьметесь?

– При одном условии.

– Я заранее на все согласна…

– Не торопитесь. Если вы хотите, чтобы я охранял вас и мадемуазель Штиглиц, вам придется выполнять все мои требования. Только в этом случае можно рассчитывать на успех.

– Вы, кажется, не совсем уверены в своих силах?

– Увы, сударыня. Нападающий всегда имеет преимущество первого удара. Однако следование совсем не сложным правилам может очень сильно осложнить ему задачу, и тогда он сделает ошибку.

– И что же?

– Ничего. Если я буду рядом, эта ошибка станет для него последней.