Предатель рода - Джей Кристофф

Соловьиный пол запел: пронзительное щебетанье гвоздей в металлических тисках, скрип сухой сосны. Она услышала шаги – слишком легкие для бусимена и слишком осторожные для служанки, выполняющей свои обязанности.

Никто.

Когда шаги замерли у ее двери, Мичи посмотрела на лицо Ичизо, прислушалась к его дыханию. Он выглядел безмятежно, как спящий младенец, грудь вздымалась и опускалась, тихо, ритмично, словно механизм на коже лотосмена. Мичи встала. Она двигалась плавно, шурша шелком, тихо-тихо, словно тень, порхающая по стенам от света горящей свечи. Сделав четыре беззвучных шага, она опустилась на колени у порога и стала ждать.

Спустя несколько мгновений в щель под дверью проскользнул обрывок рисовой бумаги. Три квадратных дюйма, покрытые безыскусными иероглифами.

– Можете говорить?

Перевернув бумагу, она быстро написала ответ палочкой для туши.

– Не одна. Надо быстро.

Она просунула бумагу под дверь и стала ждать ответ.

– С кем?

– Лорд-магистрат Ичизо.

Смертельно долгая пауза. У девушки за дверью перехватило дыхание. Мичи услышала, как Никто встала, и на мгновение подумала, будто она собралась уйти. Достав следующую записку, она увидела, что та поспешно нацарапана дрожащей рукой.

– Вы сошли с ума?

– Некоторые так и сказали бы.

– Я слышала, что он говорил с даймё от вашего имени. Интересно почему. Теперь понятно.

– Ичизо говорил с Хиро?

– Просил его освободить вас. Бусимен сказал, что он восхищается вами, как влюбленный мальчишка.

Мичи посмотрела на кровать, прищурившись.

– Да он змей. И ничего больше. Что ответил Хиро?

– Отказался. Его волнует только укрепление власти и смерть Танцующей с бурей.

– Что слышно об Аише?

– Видела ее вчера вечером на балконе.

– Как она?

– Не смогла спросить. С ней гильдийцы.

– Как она выглядела?

– Больной. Грустной. Вся в синяках.

– Свадьба?

– Готовятся. Лорды кланов Дракона и Феникса оба в пути.

– Что слышно из Йиши?

– На убежище на улице Куро напали во время утреннего рейда. С Йиши нет связи.

Ее охватила холодная паника, дыхание сбилось. Она сжала челюсти. Оглянулась через плечо на спящего Ичизо, облизав внезапно пересохшие губы.

– Во время рейда? Как? Взяли кого-нибудь?

– Акихито в безопасности. Сейчас со мной. Другие, может, разбежались. А может, в тюрьме. Сегодня после смены еще раз проверю почтовый ящик с Акихито. Пока тишина.

– Если мы не сможем поговорить с Йиши, мы должны спасти Аишу сами.

– Втроем?

– Свадьбу необходимо остановить.

– Можете сбежать из комнаты?

Мичи сидела несколько мгновений, прислушиваясь к дыханию Ичидзо и шепоту ветра в чахлых садах снаружи. Глаза блуждали по спальне, которая стала ей тюрьмой. А мозг напряженно работал.

– Подождите.

Она встала, двигаясь как дым. Бесформенный. Беззвучный. Наклонившись над одеждой Ичизо, лежавшей на полу у футона, она рыскала среди шелка и хлопка и наконец кончиками пальцев нащупала холодное железное кольцо. Крепко сжимая его в руке и приглушая звяканье тканью, она вытащила ключи магистрата на мерцающий свет.

Тихо вздохнув, она задула свечу на окне. В середине, вокруг дымящегося фитиля, расплавленный воск дрожал глубокой алой лужицей. Она вылила его в блюдце от чайного сервиза и подождала несколько мгновений, пока он остынет. Подняв ключи Ичизо, она выбрала тот, которым (она видела много раз) он пользовался, чтобы открывать и закрывать дверь ее спальни, и прижала его к мягкому теплому кроваво-красному пятну.

Она наблюдала за ним, считая его вдохи и выдохи, и хотела забыть то чувство, когда он был внутри нее. То, как выдыхая в ее волосы, произносил свою ложь. Все эти разговоры об ухаживании и любви, обещания, что она будет присутствовать на свадьбе Хиро с ним под руку, а клевета о ней и ее предательстве вскоре исчезнет. Она, конечно же, притворилась, будто верит ему, благодарила его тем общеизвестным способом, которым только и могла воспользоваться обесчещенная дама. Но на самом деле она была воином, эта кровать – еще одним полем битвы, а ее тело – еще одним оружием.

Лотос должен гореть.

Вытащив ключ из свечного воска, она прищурилась, увидев отпечаток, который он оставил: четкие, глубокие линии – более чем достаточно, чтобы сделать дубликат. Более чем достаточно, чтобы освободить ее из змеиного гнезда.

Она опять прокралась по доскам к двери, не издавая ни звука, не сводя глаз с Ичизо. Встав на колени у двери, она сунула под нее блюдце – фарфор мягко стукнул по полированной сосне. Записка Никто быстро пересекла порог.

– Ключ от вашей комнаты? Почему бы просто не пойти со мной сейчас?

– Не покину этот дворец без Аиши. Сможешь сделать?

Повисла пауза.

– Акихито сможет сделать дубликат.

Мичи кивнула и посмотрела через плечо на мужчину в ее постели.

– Только быстро, Никто. Сплю со змеем. Он скоро укусит меня.

Она слышала, как Никто тихо встала, затем раздались легкие щелчки ее сандалий и скрежет ночного горшка по сосне. И дальше она пошла как обычная служанка на ночном дежурстве, полы под ней пели. Ичизо нахмурился и что-то пробормотал во сне, а Мичи встала, быстро, как лотосная муха, сунула палочку от туши в карман, а ключи обратно в пояс.

Она сбросила кимоно с плеч. Оно упало у лодыжек, и Мичи, голая, скользнула в кровать и заползла под простыни. И он наконец проснулся и открыл глаза, она прижалась к нему губами и телом, обняла руками и прошептала его имя.

Тогда он проснулся окончательно, если, конечно, вообще спал. И хотя на его губах чувствовался привкус саке и сахара, ей показалось, что она чувствует яд – яд монстров, питающихся чи, который бежал по его венам прямо к языку.

Нет, я укушу первой…

* * *

Ее выковали в деревне Дайякава, но отточили в Йиши.

Она хотела стать воином, чтобы сражаться на поле с другими Кагэ в тот день, когда они выступят против сёгуната. И поэтому старательно училась и тренировалась. Конечно, она была не так сильна, как мальчишки, но двигалась в два раза быстрее – ее клинок летал и двигался как блики солнечного света на листве. Она практиковалась с сенсеем Рюсаки до кровавых мозолей на пальцах, до тех пор, пока клинок в ее ладони не становился ее частью, снова и снова, пока и лезвие, и рука не исчезли вообще.