Кадриль убийц - Эрве Жюбер

Можно было только перелететь внутрь, но следователь еще не получил диплома, а потому не было никакой возможности добраться до «Кадрили».

Было почти восемнадцать часов. Дом Мартино располагался в этом же квартале в сотне метров от них. Колдунья со своим протеже уселась в кафе на берегу канала. Цапли и снующие туда и обратно пироги придавали серой воде лагуны какую-то особую прелесть, напомная о Венеции.

— Хотите встретиться с родителями уже сейчас? Я подойду попозже, если хотите, — предложила колдунья. — Думаю, они будут рады увидеть вас.

— Конечно. Но моя мать весьма… предусмотрительна. Если она сказала в девятнадцать часов, то это время ей сообщили астральные силы. А астральные силы следует уважать.

Они заказали чай. Официант положил на стол несколько листьев коки ради украшения. Колдунья не видела, чтобы хоть один член Клуба Состоятельных жевал листья. Она попробовала и нашла их вкус отвратительным.

— Когда вы поняли, что я обладаю талантом? — внезапно спросил молодой человек.

Он не переставал думать об этом с момента ухода из отеля.

Моргенстерн оглядела напарника. С каким апломбом он называл себя колдуном! Он уже умел сушиться. И сушился отлично. Но еще ничего не знал о «Книге снов», о «Малом и Большом Ключах», об алхимии и о шести уровнях заклинаний, не говоря о промежуточных заговорах, которые ему надлежит изучить. Если он решит вступить на этот путь, ему придется зубрить мертвые языки, неизвестные большинству смертных, отбросить прежние верования, если у него такие были, поскольку перед ним лежали только новые знания.

Молодой человек стоял в начале пути. И уже считал себя избранником? Быть может, он был прав. Колдунов, связанных с Воздухом, было мало. Их ветвь давно угасала, как угасала планета, разграбленная людьми. А Огонь, к которому принадлежала колдунья, развивался. Как и Вода.

Но в любом случае колледж сумеет привить ему скромность, по его воле или против нее.

— Я поняла это в Париже, Мартино.

То, что он шел по воздуху, выпало из внимания молодого человека. Даже теперь он, похоже, не помнил об этом.

— Могли бы сказать мне раньше. Что вас навело на такую мысль?

«Ваше некомпетентное отношение к делам мира сего», — хотелось ей сказать. Но это было бы неправдой.

— Ваше ощущение совпадений, — наконец сообщила она.

— Простите?

— Ваши поступки часто опережали действия, Мартино. Ваши инициативы превратили наше расследование, которое должно было быть хаотичным и продвигающимся неровными шагами, в некую почти гармоническую последовательность. В обычной жизни дела так легко не увязываются друг с другом.

— Не понимаю.

Роберта наклонилась над столом и объяснила ему:

— Я в одиночестве отправляюсь в Париж по следам Ла Вуазен. И на кого натыкаюсь? На Мартино. Первое совпадение.

— Ну, это не совсем совпадение, — возразил он. — Мы работали над одним делом…

— Я должна пробраться в Либрерия Марчиана. Кто мне доставляет чертежи? Мартино-сын.

Молодой колдун промолчал, слушая Моргенстерн:

— Нам надо найти средство отправиться в Теночтитлан без ведома министерства. Кто приносит решение со своей таинственной игрой? Супер-Мартино! — Она многозначительно покачала головой. — Я никогда не верила в совпадения. Надеюсь, вы тоже?

Колдунья окинула взглядом суетливую толпу на зокало. Камень был на вершине пирамиды, и рабочие устанавливали его на место.

— Тот факт, что Провидение помогает вам, объясняется вашей связью с Воздухом. В мире Воздуха ничего не происходит случайно, там все заранее предопределено. От амплитуды ураганов до биения крыльев бабочки. С Огнем другое — никакой закон не позволяет его обуздать.

Моргенстерн чувствовала, что ее затягивают собственные речи, как бывало, когда школы сражались, доказывая силу своей стихии в словесных и алхимических дуэлях, из которых колледж устраивал подлинные турниры.

— Воздух придает силу Огню, — автоматически сказал молодой человек.

— Можем разыграть партию, и я вас побью, — бросила она ему вызов.

— Ладно, ладно, согласен на судьбу. Принимаю ответственность за свою провидческую часть, — со смехом отмахнулся он. — Но пока у меня нет чудесного решения, чтобы проникнуть во дворец.

— Я даже не думаю об этом. Сегодня вечером у нас обед с вашими родителями. И все шансы будут на нашей стороне.

Час встречи приближался.

— Пошли? — предложила Моргенстерн.

Они бросили горсть монет на столик и встали, чтобы отправиться в дом Мартино.

Через два часа Роберта знала то общее, что объединяло отца, мать и сына, — Луна. Она даже спросила себя, а не зависел ли молодой человек от Эфира, а не от Воздуха.

Физически Робер Мартино был так же далек от сына, как Роберта от своей матери. Брюшко превращало его в добродушного Фальстафа. Он смеялся над собственными шутками, опережая аудиторию. Но был удивительно любезен и приветлив по отношению к гостье.

Связь между отцом и сыном не выглядела очевидной. Они жили разными жизнями, и каждый двигался со своей скоростью.

Робер Мартино был изобретателем и деловым человеком. Его увлекали прошлые, нынешние и будущие достижения. Сейчас он работал над проектом «Берн», последним историческим городом, выполнение которого ему доверил Палладио.

— Это будет не город, а настоящий мир! — воскликнул он.

Потом замолчал и стал рассеянно слушать других, устремив взгляд в пустоту.

Моргенстерн сразу распознала в Клементине Мартино колдунью. Та подарила сыну синие глаза и форму лица. Она была худощава и элегантна, а в молодости явно отличалась редкой красотой. Мать и сын были очень близки между собой.

Как большинство обитателей Таночтитлана, Мартино обладали колоссальным состоянием. Их дом был равен по размерам «Тескатлипоке». Как ни странно, но слуги весь вечер так и не появились. Мартино-мама объяснила Роберте, что во время коротких посещений Мехико она стряпала сама. Вечера и приемы в Базеле следовали такой адской чередой, что у нее там не было ни секунды свободного времени.

— Отупляющие приемы, уверяю вас, — жаловалась она и усмехалась.

Стол был накрыт на крыше дома. Они любовались чудесным видом города и близко расположенным дворцом. Треугольные окна видимого крыла здания были ярко освещены, а на террасах пирамиды Тлалока полыхали факелы. Лабиринт отсюда казался пустяковой узкой конструкцией.

Окруженные городом и окутанные мраком джунгли позади дворца источали скрытую угрозу.

— Дворец построили, используя исходные технологии, — рассказывал отец сыну. — Без раствора. Представляешь? «Цемент Мартино», подрядчик строительства без раствора!