Морозов. Начало - Michael D

Тем временем, шум всё не стихал, наоборот, только увеличивался, мы были не только окружены пауками, мы двигались к основной их массе. Не то чтобы меня это пугало, скорее настораживало, это было похоже на западню, если допустить мысль о том, что у этих пауков есть интеллект и какая-то коммуникация. Да только, если не считать одного паука, никто из них до сих пор так и не показался, словно они ползут под землёй или умело прячутся.

Факт того, что они не грызутся друг с другом, если судить по равномерному звуку, говорит о том, что у них одна цель. Какая цель может быть у пауков- переростков? Размножение? Пропитание? Это же рой какой-то получается. А у каждого роя есть царица, как и у молодняка мать. И мысль об этом меня ничуть не радует.

Тут внезапно эскадрон остановился. Я вылез из строя, глянуть на то, что нас остановило, оказалось, что дорога была завалена булыжниками, не понять откуда взявшимися в лесу, причём настолько обширно, что даже объехать это нагромождение с нашими повозками не было возможности,

— Авангард, расчистить путь, живо! — скомандовал впереди ротмистр. — У вас минута на это, шевелитесь, сучьи дети! Остальные, готовимся к обороне!

В этот момент пауки и полезли. Отовсюду. От мелких до крупных, размером с собаку. И где же такие прятались всё это время? Нет времени выяснять, наверняка тут у них сеть из нор. Эскадрон принял меры по обороне, развернув строй в круговую, и принялся отбиваться. Огонь всех мастей ревел и шелестел, проносясь грозной волной от клинков и расстилаясь по земле вокруг, воспламеняя лопающихся и шипящих от нагрева под хитином пауков, он эффективно сжигал их, да только некоторые из этой массы умудрялись добираться к нам, забираясь на гибридов. Гибриды активно сбрасывали мелочь и топтали её, Кошмар не отставал от остальных, отчего становилось сложнее вести прицельную атаку.

Что-то с пауками было не так, они даже не прыгали, только бежали.

Дошло до того, что Кошмар стал вылезать из строя, пришлось покрыть его защитой и успокоить ментальной магией, попутно сжигая приблизившихся насекомых.

Рёв огня был заглушен раскатами взрывной магии впереди. Арьергард, наконец, избавился от преграды, проведя череду направленных взрывов, и мы рванули вперёд, подальше от образовавшейся шевелящейся волны из паучьей массы, перевалившейся через бугор из трупов своих сожжённых собратьев, затем двинувшейся к нам.

Казалось бы, что беда миновала, но тут со стороны леса послышался треск ломающихся веток и грохот падающего дерева. Кажется, к нам на перерез бежит то, чего я опасался. В просвете между деревьями показался ужасающий темный силуэт, несущийся к нам во весь опор. Паучья мамаша. Её все увидели, не только я, как не услышать такую махину.

Мы тут же ещё ускорились. И правильно, пусть мамаша лесом идёт. Хотя лесом она и идёт. Тфу, терпеть не могу пауков, даже мысли путаются. С кем угодно готов в бою сойтись, но вот с пауками в моей памяти хватило неприятных впечатлений. Я даже маны не пожалею и свалю на неё ряд-второй деревьев, если получится.

Я достал из ножен килич, напитал его маной и выпустил несколько усиленных воздушных лезвий по ближайшим деревьям. Деревья затрещали и начали падать на дорогу позади нас. Твою ж мать, ни одним не попал. Остальные последовали моему примеру. Тут ротмистр развернулся в сторону монстра и остановился.

— Не майтесь дурью, местность, местность впереди проверьте! — заорал он. — Я сам разберусь.

С этими словами он достал меч, сжал землю из окружения в те самые увесистые копья, что я видел раньше, но в куда большем количестве, и и запустил их в приближающегося к нему паука. Но, на моё удивление, половина из них отскочила от панциря, однако несколько угодили в уязвимые места, а один угодил прямо в один из многочисленных глаз, и выскочил где-то сзади, пройдя навылет. Паучиха издала шипящий рёв и остановилась. Что, всё? Мертва?

Какой там, она снова зашевелилась и понеслась к ротмистру. Ротмистр чертыхнулся, развернул Булата и рванул за нами в хвосте. Паучиха не унималась, даже начала догонять, а за ней вдали виднелся темный бугор её грёбаного молодняка. Ротмистр, не поворачиваясь в секунды соорудмл за собой собранную из земли, камней и брёвен плотную стену с шипами, паучиха проломила её на полном ходу, разломав вдребезги. Ротмистр пришпорил Булата, догнав нас.

— Арьергард, четырёхрядное построение! — скомандовал он. — Бейте тварину по глазам всем, что есть! Авангард, внимание на дорогу и окрестность! Не надо нам больше сюрпризов.

Арьергард позади меня перестроился, всадники развернулись в седле, оставив гибридов на попечение других и принялись стрелять всем, что есть, стремясь попасть по глазам. Летели яркие белые молнии, ревели вихревые копья, закручивая в своей спирали острые осколки льда, свистели дуги воздушных лезвий, со звуком отрывающихся корней с земли проносились подхваченные по дороге заросшие порослью каменные глыбы, да только всё было тщетно: паучиха была очень проворна и прекрасно от всего уворачивалась, или же закрывалась лапами, прижимая их к телу, а магия драгунов не была такой быстрой, как у ротмистра.

Эти мгновения я также держал меч наготове, заряжал свою магию. Эта магия достаточно точна, но пока не бьёт дальше двухсот метров, потому пришлось выждать, когда эта восьминогая бронированная махина подберётся поближе. Я вывел Кошмара за пределы строя, лёг на круп, отпустив поводья. С такого положения не очень удобно выпускать магию, сложно ровно держать меч на скачущем галопом гибриде, благо я не первый раз такой финт проворачиваю, мне только и надо, что конечную точку правильно привязать.

Когда дело было сделано, я освободил напряжение в мече, отдающееся уколами в ауре, и черная волна пронеслась по клинку, исчезнув в кончике. Но я не выпустил луч, паукообразное отродье, гори оно в аду, скрылось за глыбой, прервав привязку! Задержка столь мощной магии отдалась болью в груди. Ну давай же, петляющий восьминогий выкидыш врат!

Паучиха показалась из-за камня и черный как сама тьма, луч с гудением сорвался с кончика меча, затерявшись во вспышках магии разошедшегося не на шутку арьергарда.

Паучиха замедлилась. Драгуны прекратили на время метать магию, чтобы посмотреть нанесённый ими урон. От глаз почти ничего не осталось, а в одной глазнице с раскрасневшимися краями её бронированного панциря, зияла дыра. Тем не менее, огромный паук не только не остановился, этот выверт