Решала - Дмитрий Валерьевич Иванов

оплатой их труда по соглашению сторон». Всё! Здравствуй наёмный труд! Это чистый капитализм. Кооператив «Байт» у меня, ну точнее, у Аркадия уже есть. В целях у него разработка программных средств, а также оказание информационно-вычислительных и посреднических услуг в области информатики. Ясное дело, пока только посреднические услуги через него идут, в размере пары сотен в месяц. Но надо глянуть устав, может переписать, может открыть новый... но торговать компьютерами — дело перспективное.

Звонок. Вызывает Шенин. Наскоро стряхнув брильянтовый дым с глаз, иду на ковёр.

— Садись! Что там с Днём города? — сразу строго спрашивает шеф.

— Олег Семенович, вы бы предупредили, я бы папочку захватил с материалами, — справедливо возмущаюсь я.

— В общих чертах, что? Нормально?

— Нормально, вернее, будет лучше, чем обычно, но с финансированием лучше не затягивать.

— Я для того и вызвал, от горисполкома бумага пришла, сейчас поставлю визу свою и работайте дальше, а то этот Вейман такого может накрутить. На, почитай!

Вейман — это еврей-бухгалтер в горисполкоме, а Шенин, как я заметил, евреев недолюбливает, вот и вызвал меня проверить статьи расходов.

— «Разное» — это резерв? Там сумма меньше была, но я проконтролирую, на что она пойдёт. А так всё верно, — через несколько минут чтения и работы памяти ответил я.

— Сам-то как? Проблемы есть? — уже мягче спросил босс.

— Ездил посмотреть на снос аэропорта, Северный который. Ничего толком не понял, вы просили посмотреть новым взглядом, а это не моё. Здесь, боюсь, подведу.

— Принято, молодец, что не стал скрывать. Всего на свете никто не может.

— Разве что... плана рекультивации земель толкового нет.

— Так и плана застройки тоже нет, просто не нужны нам самолёты в центре города. Когда у нас в Емельяново самолёт чуть не разбился в 84-м, все за головы схватились, ведь такая авария в центре города...

Ну как же — помню, лично эту аварию и предотвратил анонимкой! Шенину, ясное дело, не хвастаюсь, но внутри себя доволен.

— Застройка застройкой, но кто мешает территорию сразу облагородить, парк там разбить, деревья посадить? Хотя потом парк сносить уже неудобно будет и деревья рубить... — умничаю я.

— Во-о-от! Соображаешь! А там ещё в земле столько керосина! Но в принципе мысль понял, — хвалит Шенин.

— Забор хоть поставьте с табличкой, мол, здесь будет построен микрорайон... Некоторые здания можно использовать, например, ангар для ИЛов — такая грамадина. Там и концерты можно проводить и рынок какой соорудить.

— Рынок? Подумаю, а так начинаем строить автовокзал междугородний, сейчас ему тесно на Карла Маркса, водители автобусов воют от петляния по закоулкам.

По-доброму обсудив пару рабочих моментов, Шенин отпустил меня на рабочее место. И вовремя. Звонок из части, в которой служит Бейбут. ВЧ 6701, учебный полк МВД.

— Капитан Шейко беспокоит, — представляется звонивший.

— Как же помню, начальник КЧ части. Слушаю вас, — я с начальником Бейбута вежлив, да и мужик он толковый, а я таких уважаю.

— У нас такая ситуация... насос сгорел в части, который воду качает, и быстро заменить двигатель сгоревший не получится, он серьёзного размера и в запасе такого нет.

— Поискать вам на заводах? — предлагаю я.

— Я нашёл. У нас через тропинку есть предприятие, и там такой двигатель видели. Вот если бы взять, хоть взаймы... Он у них просто на улице уже лет пять лежит. Да там их десятка три валяются.

— Ну, раз такая бесхозяйственность... наверное, могу попробовать с руководителем переговорить.

— Вы не подумайте, мы туда тропинку не наладили, просто на их территории наша подстанция электрическая находится, и туда электрики иногда ходят. Вот ваш друг, хоть и глаза у него неширокие, приметил нужную марку двигателя, — добавил Шейко.

Красава, чо. И про друга напомнил и отмазался. Беру телефон Шейко и начальника этого. Но за час до директора предприятия не смог дозвониться — он на территории, а старушка-секретарша откровенно мне не верит, что я из крайкома и звать не хочет. Делать нечего, беру служебную «Волгу» для солидности и еду самолично на улицу 60 лет Октября. Действительно, их предприятие, которое занимается обслуживанием сетей, находится через узкую тропинку от воинской части, прямо забор в забор стоит. С Шейко мы находим на территории предприятия директора — маленького и толстого дядю, с большим пузом и бегающими глазками. Оказывается, у них в управлении полным ходом идет ремонт, и в кабинете Бурабина дышать нечем от краски.

— Как же я вам отдам материальную ценность?! Что вы говорите?! — почти искренне возмущается он на просьбу помочь воинской части. — Нет у меня таких прав. Как я из министерства энергетики в минобороны передам? Меня потом любой ревизор...

— А если шефство взять? — я в таких делах не разбираюсь, и это плохо.

И Шейко и директор Бурабин посмотрели на меня снисходительно, а последний ответил:

— Это не так просто, надо через райисполком решать и через министерство, а это месяц минимум бумагам бегать по кругу, и потом — у нас есть уже подшефный совхоз и детскому дому помогаем.

— Мужики, думайте, часть без воды! Что мы, три здоровых лба, решить плевую проблему не сможем? Вон дырка в заборе, отправить вечером десяток солдат, да вынести этот двигатель нахрен!

Чего это меня на криминал потянуло? Да как-то странно переглядываются Шейко и Бурабин, будто предложить что-то хотят, но мутный тип из крайкома им мешает.

— А мне это зачем? — замер директор.

— Как зачем? У товарища капитана целый хозвзвод, да что там хозвзвод — целая рота обеспечения учебного процесса, сотня солдат! Они вам ремонт за три дня сделают! А у них ещё и оркестр свой, устроят концерт, — понесло меня.

Но, как ни странно, идея оказалась рабочая! Выделить два десятка солдат на работу, ну пусть не на три дня (там плитку по технологии дольше класть, да и полы заливать тоже не один день), но это возможно!

— Ну, под таким соусом я мотор спишу, а вы сегодня вечером, как стемнеет, выносите его. Только сегодня, а завтра я дыру заделаю, — уломали мы директора.

Я поехал на работу, и мужики провожали меня очень уважительно, как делового и незашоренного человека, который решил их проблемы прямо сейчас. В поощрение мне Бейбуту дали увольнительную на два дня, причем до 20.00, а не до шести