Непобедимый - Алим Тыналин

— Что у вас тут случилось? — проворчал он, проходя в комнату. — Стоило мне уйти ночь, как тут поднялся такой шум. Что тут, говорят, чуть ли не ползавода разворовали, а ты от сотни грабителей отбивался голыми руками. Зам мне лично звонил, орал, как резаный, говорил, что под суд пойду, если чего найдут. Они там совсем сбрендили?

Я рассказал, что случилось. Дядя Жора похмыкал, отправился посмотреть опечатанный склад и вернулся, покачивая головой.

— Сами наворовали, сами теперь в штаны наложили. Ладно, иди, разберемся.

Я уже стоял наготове с сумкой в руке, потому что мне надо заехать во множество мест. Быстро попрощался и помчался с территории. Белка увязалась за мной и проводила до ворот.

Со складов я первым делом поехал домой, чтобы переодеться. Оттуда сразу в институт.

Дома никого нет. Оно и понятно, сейчас все на работе, соберутся только вечером. Только кошка дома, она встретила меня на пороге.

Я побежал в свою комнату. Маркиза бросилась под ноги, как сумасшедшая, выпрашивая корм. Вечно она такая, когда сытая, даже не взглянет, а когда голодная, готова чуть ли не плясать на задних лапах.

Когда я проходил мимо комнаты сестры, то услышал всхлипывания. Что за чертовщина? Остановился на ходу, прислушался.

Дверь в комнату заперта, но звуки оттуда доносятся вполне ясные. Всхлипывания, как будто Даша плачет. Я поднял было руку, чтобы постучать и остановился в раздумье. Кулак замер в воздухе.

Это точно всхлипывания? Может, сестра уединилась там со своим парнем, про которого, кстати, отказывалась рассказывать и сейчас занимается там чем-то не совсем пристойным?

Пошла, так сказать, по моему пути, я ведь уже уединялся дома с Ольгой. И то, что я сейчас принял за всхлипывания, на самом деле это стоны радости и блаженства? И я сейчас вторгаюсь в ее личное пространство?

Ладно, пока не буду лезть. Зачем портить сестре минутку радости, хотя, честно говоря, это уже слегка попахивает хамством. Привести сюда своего хахаля и заниматься с ним любовью. Если бы на моем месте оказался бы отец, то двум влюбленным бы чертовски не поздоровилось бы.

А я, в конце концов, достаточно лояльный к такого рода вещам. Тем более, говорю же, за мной самим имеются разного рода грешки.

Я ведь уже не один раз приводил сюда Ольгу. Каждый раз девушка сильно стеснялась и говорила, как ей неудобно, но пока что приходилось обходиться доступными способами. Когда выйду на работу, надо будет решать вопрос с отдельной жилплощадью.

Так что, я передумал ломиться к сестре и отправился к себе. Надо бы переодеться, взять тетрадку и ручку, затем бежать в институт. Быстро и торопливо. Чтобы не смущать сестру, я старался особо не шуметь.

Когда уже вышел обратно в коридор, дверь в комнату сестры открылась. Даша выскочила мне навстречу. Одетая вполне обычно, в цветастый халатик, опоясанная ремешком.

Вот только волосы растрепаны, лицо опухшее, глаза красные и воспаленные. Эге, может быть, это и похоже на девушку после удачных любовных шалостей, но еще больше напоминает и другое.

— Ой, тьфу ты, откуда тут взялся? — Даша резко отшатнулась и в полумраке коридора я заметил, что у нее размазалась тушь по лицу. — Напугал меня, черт тебя подери. Что ты тут делаешь, почему не в институте?

Я смотрел на нее. Сестра явно плакала. Ясно с первого взгляда. Что у нее там стряслось?

— Я уже как раз ухожу в институт, у нас подготовка к экзамену, поэтому можно подойти позже, — объяснил я. — А вот ты что тут потеряла? Ты разве не должна быть на работе?

Даша опустила голову и хотела пройти мимо. Я остановил ее. Взял за локоть.

— Эй, сестренка, все в порядке? Что с тобой стряслось?

Сначала сестра хотела вырвать руку Но потом посмотрела на меня. Остановилась и прислонилась к стене. Вытащила из кармана пачку сигарет и спички и закурила.

Это серьезное нарушение. Родители никогда не позволили бы курить дома. Они вряд ли знаю, что сестра курит. Хм, случилось что-то серьезное.

— А что ты хочешь от меня услышать? — спросила она. Довольно враждебно. — Ты думаешь, что сможешь помочь? Что ты вообще знаешь о взрослой жизни, сопляк?

Она закашлялась и потушила сигарету. Теперь надо проветривать. Иначе родители точно почуют вонь табака.

— Что случилось? — я подошел ближе. — Может быть, я и не знаю взрослой жизни, но совет могу дать. Как братишка. Взгляд со стороны.

Даша вытерла глаза и снова откашлялась. Махнула рукой перед лицом.

— Я, кажется, беременна, — бухнула она мне в лицо. — Только не говори родакам. Что ты можешь мне посоветовать в таком случае? Со стороны? А, братишка?

Я молчал. Это уже не по моей части. Хотя, высказать мнение могу.

— Послушай, все, что могу посоветовать, не надо делать резких движений. Не торопись. Сначала все обдумай. Только потом действуй.

Даша покачала головой.

— Тебе легко говорить. Часики тикают. Мне надо решать поскорее.

Это да. Время идет. В нынешние времена с абортом шутить нельзя. Не хватало еще проводить нелегально.

— А что говорит отец ребенка? — спросил я. Посмотрел на комнату сестры. Думал, может ее парень там прячется. Хотя уже понятно, что там никого нет. Она плакала в одиночестве. — Не хочет жениться?

Даша отчаянно посмотрела на меня.

— Он не знает. Я ему еще не говорила.

Вот дура. Совсем запуталась, наверное. Я взял сестру за руку. Повел на кухню.

Вот проклятье, я опаздываю в институт. Но придется задержаться.

— Так поговори с ним, — мягко сказал я. — Он должен знать. Он любит тебя и обязательно женится.

Даша зло усмехнулась. Губы сжала в тонкую полоску.

— Еще чего. Он женат на другой. Вот почему я с ним не говорила.

Я откинулся назад и шумно выдохнул. Ну вообще, приехали. Час от часу