Иллюзион - Антон Медведев

Завтракал я почти механически, не замечая вкуса еды. Выйдя из кафе, еще минут десять побродил по улицам, пытаясь прогнать дурные мысли, потом отправился к резиденции Харама.

В дверь кабинета мага постучал за минуту до восьми часов утра.

— Войди… — донесся до меня его голос.

Я вошел и вздрогнул — в кресле рядом с Харамом сидел Виктор.

— Думаю, представлять вас друг другу не надо? — с усмешкой поинтересовался хозяин кабинета. — Садись… — Он властно указал мне на свободное кресло.

Я сел, постарался унять внутренний диалог — забыл это сделать раньше. Сконцентрировался на икрах ног, затем ощутил давление в ушах. Перевел внимание на дыхание, ощущая, как с каждым мгновением оно становится все более мягким и бесшумным. Еще несколько секунд, и меня затопило знакомое ощущение пустоты и силы.

— Впечатляет… — Харам смотрел на меня с явным интересом. — Перейдем к делу. Насколько я знаю, у вас были не самые лучшие отношения. Возможно, в будущем вы еще перережете друг другу глотки — ничего не имею против этого. Но до тех пор, пока вы у меня, вам придется забыть о личной вражде. Предупреждаю сразу: если один из вас умрет, второму я сам сверну шею. Поэтому с этой минуты вы должны беречь друг друга, как самые верные друзья. Сам погибай, а товарища выручай — это про вас.

— Он может просто попасть под машину, — холодно произнес Виктор. — Ему могут разнести голову кирпичом в подворотне, он может отравиться консервами. При чем тут я?

— Именно поэтому ты будешь следить, чтобы он переходил дорогу в положенном месте, не шастал ночью по подворотням и ел только свежие продукты, — спокойно ответил Харам.

— И зачем вам все это? — поинтересовался в свою очередь я.

— Просто я очень прагматичный человек. У меня впереди много дел и мне нужен толковый помощник. Я долго думал, кого из вас выбрать, но в итоге решил оставить обоих. Вы будете прекрасно дополнять друг друга. Поэтому настоятельно рекомендую забыть о личной вражде и сосредоточиться на общем деле. Предлагаю пожать друг другу руки в знак примирения. Ну!

Я не шевельнулся. Виктор тоже не сделал попытки протянуть мне руку. Харам тихо засмеялся:

— Не будь в этом мире маленьких радостей, жить было бы совсем скучно… Ладно, забудем об этом. Мне было просто интересно посмотреть на ваши физиономии. — Он снова усмехнулся. Потом стал серьезным. — Итак, господа, — продолжил Харам, — перейдем к делу. Как я уже говорил, мне от вас потребуются некоторые услуги, за которые я обещаю вас щедро вознаградить. Начнете вы с того, что поможете мне заполучить вот такую штуку… — Он полез в стол и вынул из него шкатулку.

Шкатулка явно была очень старой. Украшенная потрескавшимися костяными пластинами, золотом и драгоценными камнями, она привела бы в восторг любого антиквара. Харам поставил ее на стол, мне стало ясно, что шкатулка довольно тяжелая. Медленно открыл ее.

— И что это такое? — хмуро спросил Виктор. — Яйца Фаберже?

В шкатулке были сделаны четыре круглых углубления. Центральное, самое большее, пустовало. Вокруг него ровным треугольником расположились три ячейки поменьше. В двух из них лежали золотые шары размером с яйцо, покрытые тонким гравированным орнаментом. Третья ячейка тоже была пуста.

— Это элатриум, древнее магическое устройство. Полный комплект состоит из Ядра — большого центрального шара — и трех шаров-сателлитов, являющихся ключами к его силе. Как вы видите, сейчас Ключей только два. Центральный шар я храню отдельно, в надежном месте. Очень скоро вы его увидите. Третьего Ключа у меня нет, вы поможете мне его добыть. Это будет не так просто — нынешнему владельцу он очень дорог, поэтому просто так нам с вами его не отдадут. И не продадут — ни за миллион, ни за миллиард.

— И для чего предназначен этот элатриум? — поинтересовался я. — Пока вижу просто какие-то шарики.

— Этим шарикам больше двадцати тысяч лет, — ответил Харам. — Шкатулку сделали не так давно, она просто контейнер и никакой роли не играет. Одна грань элатриума — один Ключ — дает власть над собой. Дает владеющему им молодость, здоровье, долголетие — можно жить сотни лет, практически не старея. Две грани элатриума дают подлинное бессмертие — твое тело навсегда изменяется, над ним уже не властны обычные физические законы. Андрей всадил в меня четыре пули и понимает, что это значит, верно? — Харам взглянул на меня. — До этого он взорвал меня вместе с пещерой, и это тоже не принесло мне никакого вреда. Я просто проскользнул, просочился через трещины между камнями и выбрался наружу. Вот так… — Маг положил руку на стол ладонью вверх, она вдруг начала расплываться.

Зрелище было захватывающе-тошнотворным. Ладонь Харама стала тонкой, напоминающей блин, расплющенные пальцы плавно скользнули под шкатулку. Затем рука вновь обрела нормальную форму, шкатулка приподнялась на толщину ладони.

— Это и есть сила двух граней элатриума. — Харам снова опустил шкатулку на стол. — Но есть еще и третий Ключ: три грани элатриума дают власть над пространством и временем. Тот, кто владеет Ядром и тремя Ключами, подобен Богу, для него не существует ничего невозможного. Ядро элатриума и два Ключа у меня уже очень давно. Третий Ключ находится у моего старого знакомого. Его зовут Каар, он очень сильный маг. Живет в Красноярске. Я отыскал его еще четыре года назад, но пока так и не нанес ему визита. Ваша задача заключается в том, чтобы поехать туда, проверить, не сменил ли он адрес. Если сменил, выяснить, где он теперь живет, и ждать меня. Мне понадобится несколько дней, чтобы разобраться с делами. Потом я приеду к вам и мы вместе нанесем Каару дружеский визит. Надеюсь, он согласится отдать нам последний Ключ.

— А разве он может отказаться? — вновь спросил я. — С вашими умениями будет не так трудно его уговорить.

— Не скажи, — покачал головой Харам. — Так только кажется. Безусловно, я намного сильнее его. Но у меня нет возможности давить на него — у Каара нет уязвимых мест.

— Его тоже нельзя убить? — догадался Виктор.

— В этом все дело, — кивнул маг. — Он почти такой же, как я — разве что не может читать мысли. В свое время у него тоже был доступ сразу к двум Ключам, он сумел разгадать их тайну и стал бессмертным. Но это его не радует — он бы с удовольствием умер, если бы мог.

— Почему? — не понял Виктор.

— Если бы ты жил больше трех тысяч лет, этот мир тебе тоже успел бы опротиветь. Мне в этом смысле повезло, большую часть этого времени я просто спал. А Каар жил, и это стало для него настоящим проклятием. Бессмертие — очень неоднозначная штука. Его тяжело заполучить, но еще тяжелее от него избавиться.

— Мы должны будем собрать информацию об этом человеке. Но ведь это не все? — спросил я, чувствуя, что Харам чего-то недоговаривает.

— Ты прав. В тот момент, когда я прилечу в Красноярск, вы должны будете наблюдать за ним. Почувствовав мое приближение, — а он его обязательно почувствует, я об этом позабочусь, — Каар может попытаться спрятать Ключ в более надежное место. Например, перевезти из дома в какой-нибудь банк или еще куда-то. Если это произойдет, вы должны проследить за ним и выяснить, куда он отвезет Ключ. Но будьте осторожны: если он вас заметит, наверняка убьет. Для меня, потеря невелика. — Харам усмехнулся. — У вас же есть шанс продемонстрировать, чего вы реально стоите.