Катала - Елена Шелонина

– Но Артем-то этого не знает! Так что вы спокойно можете перенаправить запрос на меня…

– А почему именно на вас? – нахмурился Фридман.

– Потому что я очень хочу побеседовать с этим мальчиком, – проникновенно сказал дипломат.

– На предмет чего? – заинтересовался Брюнер.

– На предмет трудоустройства. Готов принять фессалийское подданство и возглавить его министерство иностранных дел, – под общий смех сообщил господин Ароутян.

– Так ведь нет такого королевства! – даже вечно хмурый Фридман развеселился.

– Ой, не зарекайтесь! Этот мальчик – настоящий фокусник, и что-то мне говорит, что в один прекрасный день он дунет, плюнет, разотрет, шлепнет в ладошки, и появится перед ним прекрасное королевство, министерство иностранных дел которого будет возглавлять самый прекрасный во вселенной дипломат.

– Слушай, а ведь они споются, – на полном серьезе сказал Брюнер Фридману. – Помнишь речь Артема на Тартаре? Такой же скромный. Два сапога пара. Может, и впрямь дать ему карт-бланш?

– А почему бы нет? Вдруг сработает? Но я при этой встрече быть обязан!

– Испортишь дело! – испугался дипломат.

– Не волнуйся. Я буду предельно деликатен. Мне тоже интересно на него посмотреть.

* * *

– Слушай, врать не хочу, правду сказать не могу, да? Зачем спрашиваешь?

– А как я могу доверять человеку, если он правду сказать не может? – не унимался я.

– Слушай, чего пристал к человеку? Он тебе слово дал! – Таира в сердцах так шарахнула тесаком, что вместе с куском мяса чуть не перерубила и разделочную доску.

– Женщина должна молчать, когда мужчины говорят, – строго сказал я.

– Вах! – восхитился Казбек.

– Я не женщина!

– А кто ты?

– Девушка.

– Молчи, девушка, а то, как Джун с Маритой, выпорю!

– Ха! Испугал…

Ой, что-то тут не так. Голос все еще сердитый, а глаза уже смеются. Опять же, ухмыляется… Проговорились. Точно проговорились! Ну, вертихвостки, я вам сейчас устрою! Будете знать, как авторитет начальства подрывать!

Я выскочил из кухни, где сладкая парочка заготавливала мясо молодого барашка для маринада, презентованное кунаками Казбека. Надо сказать, щедрые ребята. Столько мяса, угля для жарки шашлыка и вина в грузовой бот набили – минимум на год беспробудной пьянки всей команде хватит. Я на всех парах помчался в сторону каюты лисичек-сестричек, где они сейчас по сценарию должны были лечить свои попки примочками. Маме Воне выдрать дочек все же духу не хватило, и она, чуть не плача, вернула мне ремень с просьбой лично провести экзекуцию. Честно говоря, я был конкретно в шоке. Одно дело щеки надувать и стращать своих подданных карами небесными, и совсем другое – охаживать ремешком нежные девичьи тела. Однако какой я лидер, если слова не держу? Пришлось роль сурового начальника играть до конца. Завел изрядно оробевших девчонок в их каюту, запер дверь…

– Куда бежишь?

С разгону я чуть не налетел на Ленку с братом, вывернувших из-за поворота коридора.

– Продолжить воспитательный процесс! – зарычал я. – Только на этот раз он кое-кому не понравится. Будут знать, как языком чесать!

– Ой…

Ленка развернулась и дала от меня деру, а Энди поспешил перегородить своей тушей коридор.

– Слушай, твое величество, не бузи, – попросил он, – Джун с Маритой здесь ни при чем, они слово держат.

– Да? А почему тогда все ухмыляются?

– Ли приревновала, – сдал сестренку Энди.

– Что?!!

– Да стонали девчонки из-за двери слишком томно, вот она и врубила в рубке управления картинку. Тельган, тряпка, ей все коды сдал.

– Тьфу! Немедленно сменить коды доступа в систему!

– Уже сделал.

– И что, много народу это видело?

– Конечно. Иллена так смеялась, что вся команда в рубку сбежалась.

– Вот блин! Моей репутации конец.

– Наоборот! Еще выше стала, – горячо возразил Энди. – Особенно нам понравилось, как ты дирижировал процессом. Сам в кресле нога за ногу, яблоком хрустишь, а девчонки пустую постель ремнем стегают и стонут.

– Вот только не в той тональности, – сердито буркнул я. – Станиславского на них нет!

– Станиславского?

– Проехали. До Ардена еще далеко?

– Не очень. Где-то в трех скачках. Минут через пятнадцать на месте будем, так что тебе пора гримироваться.

– Угу. Скажи девчонкам, чтобы выползали. Какой теперь смысл лежать в каюте кверху попой, изображая умирающих лебедей?

– А может, пусть недельку полежат? Мы им ничего не скажем. Да еще лекарство попротивнее пропишем.

– И на диету их в лечебных целях посадим, – обрадовался я. – На хлеб и воду!

– Точно! Чем не наказание?

– Энди, ты – голова!

Я развернулся и рванул в другую сторону. Что-то мое величество действительно увлеклось экзекуциями, а дело стоит. Добравшись до своей каюты, я извлек из мешка странника походную гримерку и начал уродовать свой прекрасный лик. Хватит церемониться. Артем Первый, Ясон Иолкский, шевалье д’Артиньян – в сторону! На сцену выходит Квазимодо. Жуткий, страшный Квазимодо. Горбатый, но без соплей. Соплей вообще на Ардене не будет. Никаких церемоний и никакого официоза. Выбираю самую крутую цель, вытаскиваю ее телепортом, а дальше – примитивный шантаж. Его жизнь в обмен на Глэна Мюррея. Пускай ребятки местного мафиози на нас поработают. Надеюсь, Служба Галактической безопасности сюда еще не добралась. А если добралась, то пусть под их бластеры бандиты пляшут, их как-то не жалко. А вот своих людей надо беречь. Их у меня мало. Так, где там горб? Я прилепил на спину горб и чуть не с головой влез в котомку странника в поисках пиджака, пошитого специально под этого урода. В моем арсенале немало образов, один из которых Квазимодо. Этот образ помогал мне попадать в такие места на Далатее, куда лучезарному Артему Загоруйко лучше не соваться. В каюту сунулась любопытная мордашка Ленки. Проверяет, остыл я или нет. Рыкнуть на нее, что ли? Не потребовалось. Увидев косматое чудище возле зеркала, моя золотая испуганно ойкнула и инстинктивно дернулась назад, не сразу сообразив, кто это вломился в каюту капитана. А когда сообразила, восхитилась:

– Ух, какая страсть!

– Нравится?

– Кошмар!

– Я старался. Выйдешь за такого замуж?

– Да ни в жизнь!

– Обидела, но я тебя прощаю. Воспринимаю это как дань моему высокому искусству.

Вата в нос и щеки, накладные скулы, крючковатый нос, глубокий шрам через пол-лица, всклокоченные седые волосы, торчащие во все стороны, как у дикобраза, и безумные навыкате глаза. Типичный маньяк, с которым в темном переулке лучше не встречаться.