Неспящая - Наталия Шитова

Никита замолчал, но какого-то триумфального финала уже не требовалось.

— А если «заготовки» не собираются умирать? — уточнил Эрик. — Заболевают ведь в основном подростки и молодёжь. Статистический порог — тридцать три-тридцать пять лет. Но многие тянут и тянут, через нашу передержку прошли несколько человек под пятьдесят.

— Это скорее исключения. При том, как здесь, в нашем мире, принято обращаться с кикиморами, их организмы быстро подходят к порогу.

— И как же все остальные? — вдруг подала голос Вероника. — Заготовки, которые не пригодились?

— Да вы лучше меня знаете, как, — Никита пожал плечами. — Некоторые организмы оказываются не приспособлены к такой встряске, срываются, сходят с ума, умирают рано. Но остальные жили бы да жили. Если бы им давали… Но их тоже в итоге уморят раньше времени, с нашими-то законами, инструкциями и процедурами.

— Стоп-стоп-стоп! — снова вскинулся Виталий. — Я так понимаю, эта дурь у них там… в пограничье этом… отродясь творилась?

— Ну, да.

— Тогда почему кикиморы появились только лет пятнадцать назад?

— Они всегда были, — вздохнул Никита. — Но в количествах, которые совершенно растворялись в общей массе и не носили характер эпидемии. А потом как-то появилась в пограничье организация, которая захотела равенства. Чтобы каждый мог стать кикиморой, а каждая кикимора имела права завести футляр в материальном мире…

— Нормальное желание, — согласился Карпенко. — Я бы тоже захотел. И для себя, и для жены, и для детишек.

— Вот-вот, — мрачно кивнул Никита. — Вот такие деятели и устроили в пограничье чёрт знает, что.

— Спасибо на добром слове, — фыркнул Виталий.

— Не за что. В общем, они разграбили несколько древних хранилищ с тарками проникновения — это те, с помощью которых они сюда проникают. А один из предводителей оказался весьма талантливым создателем тарков. Налепил тарков трансформации и тарков для управления чёрными коконами…

— Контрафактной продукции, значит, — рассмеялся Виталий. — И попёрли они сюда, равенство себе устраивать…

— Ну, вот, теперь вы всё поняли, я надеюсь, — с облегчением проговорил Никита и замолчал.

Некоторое время на веранде царила тишина, потом вдруг тихо и горько заплакала Вероника. Эрик бросился её обнимать, заставил подняться на ноги и увёл её в дом.

— Бедная, бедная девочка, — горько сказал Карпенко, глядя им вслед.

— Ей и правда сейчас станет полегче, — заверил Никита. — Сейчас ей нужен покой и близкий человек рядом, который правильно понимает всё, что с ней происходит.

— Человек такой есть, покой будет, — проговорил Виталий. — Вероника Сошникова по всем каналам числится нынче мёртвой, так что беспокоить её никто больше не станет. Я постараюсь достать ей новые документы.

Эрик вернулся к нам, но садиться не стал.

— Я пока с ней побуду. Боюсь оставлять, — сказал он. — Виталик, ты бы отвёз Ладу домой, а то слышал, что Марецкий сказал…

— Отвезу, — кивнул Виталий. — Попозже, когда окончательно протрезвею. Сейчас мне за руль нельзя.

— Я могу подвезти, — поднял руку Никита и посмотрел на меня. — Поедешь со мной?

— Поеду.

— Хорошо, — согласился Эрик, и уже повернулся, чтобы снова уйти в дом, но опять взглянул на Никиту. — Слушай-ка, а твой подселенец… Я так понял, он тут не приятностей с наслаждениями ищет?

— Нет.

— А что ищет, если не секрет?

— Да не секрет. Он принадлежит к старинному роду землевладельцев и создателей тарков. Он с юности на службе, которая борется с этими самыми сторонниками всеобщего беспорядочного равенства. Задача службы — вернуть традиционное равновесие в оба мира, свой и наш. Райда здесь выслеживает своих земляков и тех, кого они тут привлекли в помощники. Его зона ответственности — Питер и окрестности… Вы, кстати, статистику заболеваемости ККМР по регионам мира давно смотрели?

— Недавно, — отозвался Эрик. — В некоторых местах резко на спад идёт уже почти год. Но не у нас.

— Вот именно. Потому что в тех самых некоторых местах коллеги Райды в последнее время довольно удачно вылавливают мятежников. А здесь всё никак не поймать, — усмехнулся Никита. — Недавно стало известно наверняка, что главарь местных отлучённых в дружине служит. Но у вас тут народу, пока всех проверишь…

— Ты хочешь сказать, что в моей… в нашей дружине служит какой-то там «пограничник», у которого карманы набиты тарками?! — возмутился Карпенко.

— Да, — подтвердил Никита. — Сначала он сам людей в кикимор превращает… ну, с помощниками, разумеется. Потом их якобы ловит. А сам тем временем подыскивает для своих сородичей-единомышленников подходящие качественные футляры…

— Поймать бы, да башку ему свинтить, — разозлился Виталий.

Корышев кивнул:

— Всё верно: главная задача — остановить их. Везде остановить, чтобы прекратилось бесконтрольное появление новых кикимор. А тем, кто уже болен, надо просто помочь нормально жить. Обратной трансформации не бывает, к сожалению.

— Ладно, — Эрик переглянулся с Виталием. — Мы это обсудим позже. А сейчас мне надо вернуться к Веронике… Лада, не забывай мне звонить, пожалуйста.