Барон - Андрей Двок

Вот стали хорошо видны лица моряков на идущей в голове колонны «Жемчужине». Они тоже увидели меня, стоящего на носу когга рядом с бушпритом, и даже на «Анне» стали слышны возбужденные голоса аристийцев.

Капитан Зосим чуть отвернул когг вправо. Идущие нам навстречу аристийские струги повторили его маневр и через несколько минут борта «Анны» и «Жемчужины» оказались напротив друг друга.

Экипаж «Жемчужины» взорвался приветственными криками, такими же радостными воплями им ответила команда «Анны». Я поднес к губам приготовленный заранее медный рупор* и, перекрикивая общий шум, заорал:

— Дома все в порядке⁈

* — Сергей Камышев «придумал» рупор и инициировал его использование в наиболее подходящих сферах деятельности. В первую очередь, во флоте.

— Да, милорд, все отлично! В вашей семье все живы-здоровы! — в такой же рупор, еще громче меня, проорал в ответ шкипер Блум. — Пока вас не было, ни одна вражья задница в Аристи не появлялась! Вонючие хомяки трясутся от страха в своих норах!

— Вы вернулись! Теперь мы всем жопы порвем! Вытрясем неправедно нажитое с поганцев! — «Анна» миновала «Жемчужину», но ее шкипер все не унимался и восторженно орал нам вслед.

Конечно, это не образец обращения к своему лорду, но это же Блум! Ему нельзя запрещать сквернословить, иначе у меня появится немой шкипер. А меня, наконец, отпустило. Я почувствовал, как расслабляются закаменевшие от ожидания неприятностей мышцы.

Тело перестало изображать статую, а лицо — маску. Я улыбнулся, с трудом оторвал скрюченные пальцы от фальшборта и помахал встречающим нас и орущим приветствия аристийцам.

Чердачный струг «Жемчужина», затем струг «Елена» и небольшой скоростной струг «Тюлень». Если не брать в расчет захваченные у вранцев корабли, то вся моя старая флотилия сейчас здесь.

Экипажи встречающих нас кораблей прекратили грести, и мой когг прошел вдоль прекратившей движения колонны. Мы разошлись левыми бортами*, струги снова заработали веслами и, красиво развернувшись, пристроились к нам в кильватер.

* — На Этерре, как и на Земле, суда при встречном движении должны расходиться левыми бортами и держаться правой (по ходу) стороны фарватера.

Эх, жаль во встречающей нас флотилии никого из моих руководителей нет, иначе бы показались на глаза. Могли бы до того, как войдем в замковую гавань, доложить о положении дел в баронстве. Но, видимо, действительно дома все в порядке, да и идти мне осталось всего ничего. Уже совсем скоро я буду дома.

* * *

В последние часы перед возвращением домой весь экипаж корабля занимался наведением порядка. Отмывали и «вылизывали» сам когг, начищали оружие, переодевались в чистую одежду.

В итоге, и «Анна», и экипаж сейчас сияют, как у кота… бубенчики, хе-хе. Не стыдно в родную гавань заходить. В настоящий момент мы это и делаем. Пара весельных шлюпов буксируют нас к причалу в замковой бухте, а я стою на полубаке и до рези в глазах всматриваюсь в уже близкий берег.

Что-то народа на пристани много. Не ожидал, что столько людей соберется, чтобы нас встретить. Но это ладно, где моя семья? Вот кого я сильнее всего хочу увидеть. Вот они, в самом центре встречающих! Бранка с Иринкой и Беоном, все тут!

Были бы мы на любом из наших стругов, уже давно бы на веслах к пристани подошли. Но мы на когге, вот и приходится на буксире тащиться. Однако, все когда-то заканчивается. Корабли сопровождающей нас флотилии остались на внешнем рейде, чтобы не мешать нам швартоваться. Все-таки, замковая гавань довольно маленькая.

«Анну» подвели к причалу. Матросы бросили швартовы на берег, там их споро приняли, туго притянули и намотали на кнехты. Тут же о причал громыхнули сходни, давая нам дорогу на родной берег.

Я поднял в приветствии руку и прокричал:

— Радуйтесь! Поход был успешным!

Через секунду замковая пристань заполнилась радостными криками. Орали встречающие, орал экипаж «Анны», а я поспешил к сходням. Да, я немного покривил душой, но только в той части, которая касается лично меня.

В целом для баронства, да и для участников похода, которым обещаны мной большие премиальные выплаты и другие «плюшки», путешествие завершилось удачно.

Открыты новые рынки для нашей продукции, найдены новые виды товаров, заключены выгодные торговые договора, заведены полезные знакомства, получена возможность организации собственного выпуска изделий из стекла и бумаги.

Решен вопрос с постройкой для моего флота борейских коггов, проведено качественное кренгование «Анны», я заимел неплохой рецепт обезболивающего. Да и во время похода мы очень выгодно расторговались теми товарами, что брали из дома.

На самом деле, очень удачный морской поход получился. Главное, выбросить из головы Турнир мечников, гуйлиньский Портал и его Смотрителя Ху Лао. От таких мыслей неприятно заныли живот и поясница.

Чертов, обдолбанный «волшебной настоечкой дедушки Лао», Чэн Байху! Ладно, видимо не все коту масленица. Жив остался — и хорошо, а свой вопрос с Порталом я еще до конца не закрыл.

Разберусь, как дома дела, да и схожу в Линейские болота. Разведаю и обозначу дорогу от края болот до самого Портала, посмотрю, какие могут угрожать опасности, как там и что.

Но все это будет потом, а сейчас я иду к своей семье сквозь приветствующую меня толпу и буквально купаюсь в положительных эмоциях. Радостные лица, улыбки, где гордые, а где просто довольные взоры. За мной топают Мабон, Буеслав, Тихомир и Боян с несколькими абордажниками.

Оп… что-то царапнуло сознание, зацепило мой взгляд. Я повернул голову в ту сторону, от которой ко мне шел явственный поток негатива. Вижу! Молодой дворянин смотрит на меня нехорошим взглядом и выражение лица гнусное. Когда наши взгляды встретились, взор дворянина воровато вильнул в сторону.

Не понял… Ба! Да я его вспомнил! Это же тот козел, который к моей жене подкатывал. Как его? Единственный сын Мечислава Добрана из Падины. Не помню, как самого парня зовут.

Проклятье! У сердца неприятно захолодело, в голову моментально ударила кровь, а рука непроизвольно легла на рукоять меча. Неужели? Я не умею и не буду жить по правилам галантного века. Если, не дайте Предки, что-то произошло…

Пока не знаю, что я тогда сделаю, но владелец манора Падина останется без наследника. Радостное предвкушение как ветром сдуло. Остались только звериная настороженность, давящая боль в висках и кусок льда где-то под сердцем.

Однако, я постарался удержать на лице те радостные эмоции, которые переполняли меня минуту назад, и добрался до основной группы встречающих с застывшей улыбкой. Уж не знаю, насколько она выглядит сейчас искренней.

Я подошел к жене и детям, вокруг которых собрался почти весь «цвет» моего баронства: Элдор Тессен со своим заместителем Фракаром Гессом, Алоиз, бургомистр, тиун Хейк, кастелян Патрик, начальник эдилов Сандар, несколько владельцев маноров во главе с Доналлом Кедриком, еще кто-то.

Все радостные, только у Сандара выражение лица непонятное. То ли задумчивое, то ли напряженное. Значит, не совсем все «шоколадно» в «датском королевстве»?

А я застыл перед Бранкой, которая удерживала Иринку и Беона, взяв их за руки. Стою и пытаюсь понять, а у нас остались те отношения, что были перед тем, как я ушел в море?

Вроде и жена, и дети смотрят так, что, будь мы простолюдинами, на моей шее бы уже всей семьей повисли. Но нам нельзя на людях проявлять такие эмоции, нобле́с обли́ж.

Детей это тоже напрямую касается и им придется сдерживать свои чувства до того, как мы до своих покоев доберемся. А вот Бранка наш семейный мирок сохранила или его кто-то испоганил?

Глава 26