Дезертир - Майк Москоу

— Вы разворошили гнездо шершня, — сказала Сорир, обращаясь к Крис.

Крис посмотрела на Абу, но таксист, кажется, только порадовался, что говорить начала женщина.

— И что, по-вашему, я сделала? — спросила Крис, не желая раскрываться, но и не желая казаться скрытной.

— Поначалу мне и невдомек было, но этим утром на заводе в другой части города что-то сработало, и сейчас охранники на всех заводах, бегают, как цыплята с отрубленными головами, ищут какого-то злоумышленника, не желая попасть в ту же беду, что люди с завода в другой части города.

— Полагаю, сын дяди работает в сфере безопасности, — сухо сказала Крис.

— Никто никогда не станет нанимать нас в качестве охранников, — сказал Абу. — Мы смешно разговариваем и молимся несколько раз в день.

— Тогда откуда вы знаете…

— Мы не единственные, кто смешно говорит и придерживается старых традиций, — сказал Абдул. — Делай все это и окажешься в меньшинстве. Разве так не везде? Некоторые из нас страдают так, другие — иначе. Мы все разные, но узнаем, когда назревают неприятности для большого стада овец и собак, когда их стараются заставить идти туда, куда хотят.

Крис озадаченно уставилась на Абдула. После его слов она стала понимать еще меньше, чем когда Абдул только начал говорить.

— У некоторых наших друзей-евреев в охране работают сыновья, — сухо объяснила Сорир.

— Евреев? — изумилась Крис.

Интересно, на Вардхейвене есть национальные меньшинства? Она этого не знала. Но знала, что папа должен быть осторожен, держа в числе сторонников представителей из числа евреев и мусульман для различных благотворительных мероприятий.

— Храмовая Гора находится далеко от тех из нас, кто считает ее священной, — сказал Абдул. — А мы живем близко к тем, чьи единственные боги — их животы. Здесь мы делимся всем со всеми, арабы с евреями, евреи с арабами. Информация важна всем.

— А информация, которой мы располагаем, — добавила Сорир, — говорит, что службы безопасности сегодня раздражены больше, чем собака стаей кошек. Ох, эти мужчины, им нужен целый день, чтобы сказать что-то по существу. Абу не стоит возвращаться к «Хану» с его отвратительной кухней.

— Мне нужно вернуться туда, — сказала Крис.

— Мы думаем, что вернуться туда для вас имеет большое значение, — сказал Абдул. — Мы займемся организацией немедленно, а пока вы ничего не можете сделать, почему бы не разделить с нами трапезу?

Трапеза обернулась шествием блюд, демонстрирующих многие из тысяч способов приготовления риса, сыра, ячменя, баранины и козлятины. Сорир называла каждое блюдо, объясняла, что это такое и как было приготовлено, и даже засмеялась, когда Крис поинтересовалась, всего лишь наполовину в шутку, не последует ли за едой экзамен. Ей не нужно было демонстрировать восторг, еда была на самом деле фантастической. Порции были маленькими, и каждое блюдо она делила с Абу и Сорир. Переесть на сон грядущий нет никакого риска.

Сорир и Абу рассказали не только о еде, но и немного о Турантике. Это хороший мир для воспитания детей. По крайней мере, так было раньше. Разговор обходил стороной любые темы, которые случайный шпион мог бы принять за измену, пока не принесли последнее блюдо — многослойную корочку, утопленную в меде.

— Почему вы волнуетесь о том, что происходит с нами на Турантике? — сосредоточенно отрезая кусочек вкуснятины для Крис, спросила Сорир.

Крис взяла предложенный кусочек. Отломив вилкой небольшой кусочек, разорвала несколько слоев сразу.

— Человечество похоже на это блюдо. Нельзя отрезать только один слой. Стоит начать резать, и затронешь сразу все.

Сорир посмотрела на блюдо и кивнула. Крис продолжила:

— То, что происходит с вами здесь, отразится и на людях Вардхейвена. Вполне возможно, последствия отразятся на многих других планетах. Нам нельзя этого допустить. Я служу в Космофлоте Вардхейвена. Прошлой ночью избили женщину, которая работает на меня. Это произошло потому, что она тоже служит Вардхейвену. Сегодня многие журналисты утверждают, что люди из Вардхейвена нападают на турантийцев и все такое.

— Слишком все запутано, — сказала Сорир. — Не нравится мне это.

— И очень тревожно, — добавил Абу.

— Если я не узнаю, что здесь происходит, я не пойму, что будет с моими людьми. И если все развалится, я застряну на корабле в бою, в котором, вполне возможно, не захочу принимать участие… и, который, вполне возможно, вовсе никому не нужен.

— А я могу оказаться на корабле, стреляющим по вам, — сказал Абу. — Сорир, она многим рискует. Нам ведь тоже нужно немного рискнуть, чтобы ей помочь?

— Мой брат и его сыновья, — сказала Сорир, поднимая со стула свое необъятное тело, — и есть те люди, кого мне придется просить рискнуть. Мне нужно было знать, стоит ли оно того. Так вот, Крис Отважный нож, этим утром камеры слежения в «Хане» записали одного таксиста и женщину, одетую горничной. Они не должны увидеть их снова. Но вы должны быть там лично, я права?

Крис тоже поднялась, оценивая риск появиться в том месте повторно самой, и попытку научить кого-нибудь как следует обращаться с Нелли, затем оценила собственные чувства по поводу того, что позволила спустить на тормозах странное поведение Нелли.

— Да. У меня есть оборудование, которым никто другой не сможет управлять.

— Ты назвала меня оборудованием?

— Я тебя еще и не так назову, если не перестанешь вмешиваться в мои разговоры.

— Но будет лучше, если те же камеры наблюдения не увидят вас второй раз. Пойдем со мной.

Крис последовала за женщиной. Они прошли через кухню, дошли до небольшого склада. Из-за полки с консервами Сорир достала штаны и рубашку.

— Надень. Раз у «Хана» ждут девушку, на мальчика не обратят внимания.

Как только дверь закрылась, Крис сняла с себя платье горничной и через пару мгновений стала довольно высоким парнем в грязных штанах и рваной хлопчатобумажной рубашке. Когда закончила, внутрь заглянула Сорир.

— Нужно поменять обувь, и смыть с лица макияж, — сказала она, бросив Крис полотенец. Макияжем Крис занялась сразу, как только переобулась. Сорир бросила на пол пару поношенных мокасин и Крис тут же обулась.

— Правый немного жмет. Что-то в нем есть.

— Хорошо, ходи, как есть и не вынимай оттуда ничего. И сутулься. Может, это поможет помешать обычным программам распознавания лиц опознать тебя слишком быстро. Но вот лицо.

— Я избавилась от косметики, — сказала Крис.

— Что-то не так с носом. Он достаточно большой, чтобы принять тебя одним из нас, но программное обеспечение должно сверить твое лицо по