Повелитель теней #8. Финал - А. Никл

Зевс улыбнулся и мысленно отследил каждого жреца на планете. Его энергия разделилась на миллионы тончайших нитей и паутиной накрыла Землю. Никто их не видел, пока они крепко затягивались вокруг шей жрецов. На лбу у Зевса выступил пот. Стиснув зубы, он с силой дёрнул каждую нить, и шеи жрецов разрезало. Миллионы голов покатились по земле. Зевс потратил ещё несколько минут, чтобы убедиться — он никого не пропустил. Тяжело опустившись на скамью в саду, он подождал, когда запас энергии восстановится. Сегодня в его Храмах приносились тысячи жертвоприношений.

— Теперь можно и покормить моего пёсика, — пробормотал он, поднявшись, когда перед глазами перестали плясать белые точки. Но не дойдя до подвала, он услышал странный шум. Кто-то сражался со Столыпиной. Зевс оскалился и телепортировался прямо к лестнице, ведущей в погреб. Но его оглушило, и лишь через пару секунд он понял, что врезался в непроницаемую стену. Он взревел: — Кто осмелился⁈

— Я не скрываюсь, — ответил низкий голос.

Зевс обернулся и с недоумением поморщился:

— Хорс? Что ты здесь делаешь?

— Ты хотел спросить, почему я не валяюсь без сил? — Хорс усмехнулся. — Я разгадал твой план. Зря ты расспрашивал меня о жрецах.

— Не глупи. Пропусти меня в подвал.

— Только через мой труп.

Зевс создал энергетический меч в виде молнии:

— Ну, если ты так просишь…

* * *

Как вызвать Бога на дуэль? Но так, чтобы он принял вызов, а не попытался убить за наглость. Я проснулся очень рано и вышел прогуляться — подышать свежим воздухом и прочистить мозги. В какой-то момент ощутил, что за мной кто-то наблюдает. Я огляделся, но никого не заметил. Сканирование показало, что в нише, в конце коридора, скрывается человек. Владимир. Он накинул на себя маскировочное заклинание, но я без труда прочитал его ауру. Он понял, что я поймал его на горячем, и вышел в коридор, поманил меня жестом. Я приблизился, и Владимир молча сунул мне в ладонь записку, а потом развернулся и свалил. Ни здрасьте, ни до свидания. Я закатил глаза и развернул записку. Волоски на руках встали дыбом. В ней говорилось, что Перун сегодня развяжет войну. И что я обязан убить Викторию Столыпину. Не раньше девяти. А ниже — адрес. Особняк Громовых. Стоп. Маша вышла замуж за кого-то из их Рода.

Я взглянул на часы. Четыре утра. Ладно, хотя бы успею позавтракать. Во всём надо искать плюсы.

В половину восьмого я уже кружил рядом с особняком Громовых — пытался понять, ловушка это или нет? Ситуация мне не нравилась. Как минимум, потому что я чувствовал присутствие Бога на территории Громовых. Время есть. Целых два с половиной часа. Может, Зевс уберётся куда-нибудь по своим божественным делам? Битва с Викторией была чистым самоубийством, и я точно не справлюсь, если параллельно придётся отбиваться от Зевса. Я послал пяток Теней на разведку. Они быстро нашли Зевса — сидел в саду и глупо улыбался. Но его улыбка мгновенно стёрлась, когда он подошёл к особняку. Сканирование завопило: оно зафиксировало второго Бога. Хорс! Бог мудрости из той гостиницы! Перекинувшись парой слов с Зевсом, он атаковал его. Завязалось сражение. Хорс намеренно теснил Зевса подальше от дома. Вот он — мой шанс! Всё стало кристально ясно.

Я рванул к подвалу и чуть не скатился по лестнице. В темноте ворочалось нечто огромное и бесформенное. Склизкая туша поползла ко мне, от неё разило тухлятиной. Я скривился. Неужели это чудище когда-то было человеком? Монстр выпустил щупальце и потянулся ко мне. Я увернулся и активировал девятую ранговую способность — любой кто ударит меня, получит те же повреждения, что и я.

Парировать, хитрить маневрировать — бесполезно. Я знал, как победить Столыпину. Я позволил монстру провести щупальцем по моей ноге и застонал от боли. В ту же секунду тварь тоже закричала — тонкий визг был настолько громким, что у меня заложило уши. Монстр взбесился и принялся меня лупить. Я уже был покрыт глубокими ранами с головы до ног, в некоторых местах даже белели кости. Но я продолжал покорно принимать удары. После очередного тычка я врезался в стену и на мгновение отключился.

Пришёл в сознание от женского крика:

— Марк!

Кто-то меня схватил и потащил на поверхность. Я отчаянно сопротивлялся, но бесполезно — раны ослабили меня.

— Всё будет хорошо, всё будет хорошо… — я с трудом разлепил веки и увидел склонившуюся надо мной Кристину. На заднем плане маячили Егор и Саша. — Всё будет хорошо, мы отвезём тебя в больницу…

— Нет, — прохрипел я. — Ты не понимаешь…

— Нет, это ты не понимаешь! Ты опять всех кинул и отправился умирать в одиночку! — воскликнула она, но осеклась. Её внимание перетянуло чудовище, которое медленно вылезало из подвала.

Здоровенное чёрное щупальце взлетело ввысь и стрелой понеслось к нам. Но целилось оно не в меня. С тихим хлюпом оно пронзило голову Кристины, забрызгав меня кровью. Я не успел среагировать — потерял очень много крови и был заторможен из-за болевого шока. Нет. Я не могу этого допустить… Какая глупость! Да что ж всё идёт через задницу⁈ Щупальце вновь взвилось в воздух. Из последних сил я активировал Торможение, а затем — Стирание. Мир застыл, а спустя секунду картинка резко изменилась — Столыпина только-только вылезает из подвала, Кристина падает передо мной на колени. Стирание «удаляет» последние пять секунд. Безвозвратно.

— Кто ты? — Кристина озадаченно заморгала. — Что я здесь делаю?

Егор и Саша были не менее ошарашены. Побочный эффект Стирания — оно уничтожает некоторые воспоминания. Например, о человеке, который был в «удалённых» пяти секундах. Я горько улыбнулся. История любит повторения. Ну, с другой стороны… Кристина и ребята не будут мне мешать. Я поднялся на четвереньки и пополз к Столыпиной. Щупальца опять целились в Кристину и парней, а значит, Столыпина поняла, что каждый удар по мне приносит ей вред. Я опустошил магическое ядро, чтобы просто встать и пробежать десяток метров. И упасть прямо в монструозную чёрную тушу. Я погрузился в желе, воняющее разложением, ощущая, как… исчезаю. Столыпина переваривала меня и орала от боли.

В какой-то момент наступила тишина.

Я умер.

А вслед за мной умерла и Столыпина.

Глава 26

Кристина с ужасом наблюдала, как незнакомый парень — весь в