Отчаянные - Дмитрий Самохин

– Скажи, что ты будешь делать, когда все это закончится? – неожиданно спросил я Балу.

– Не знаю. Однозначно высплюсь. А еще с девушкой познакомлюсь. А то все работа и работа, надоело, – мрачно пробурчал Балу.

– А может рвануть нам с тобой на черноморское побережье, в Крым или за границу, погреться на солнышке, попить южных вин, там и с девушками можно познакомиться, и отдых получится знатный, – мечтательно произнес я.

– А что, идея хорошая, я бы даже сказал рабочая. Надо делать, – поддержал меня Балу.

Мы поднялись на пандус. Я осмотрелся по сторонам. Такое чувство, что склад вымер. Ни одной живой души. Две машины стоят под погрузку: маленький раздолбанный китаец с тентом и огромная фура. И вокруг никого. Может, водилы отправились документы оформлять, но где грузчики.

– Надо было с группой захвата выдвигаться, – сказал Балу.

– А если спугнем народ. Ищи потом ветра в поле.

– Я вот одного не пойму. Зачем нам технологию забирать, у кочегаров что ее нет, что ли? Какой прок?

– Если мы заберем технологию из чужих рук, никто не сможет заняться поставкой нелегальных модификантов на рынок. И кочегары будут довольны.

– Ну, если так, – протянул с сомнением Балу.

Складские двери были распахнуты настежь. Бетонные стены, бетонный пол, представляю, какой тут дубак стоит зимой. Помещение явно не отапливается. Условия для работы нечеловеческие.

Навстречу показалась кладовщица в ватнике, сапогах и в шапке-ушанке. Если бы у нее на ногах были валенки, я бы заподозрил факт провала в советское прошлое. А так, ничего вполне себе современная сотрудница современного предприятия.

– Здрасьте. Вам что-то надо? – она недружелюбно нас приветствовала.

– Как нам найти начальника склада? – учтиво спросил я.

Дама достала из кармана ватника сигареты и зажигалку и закурила.

– А я вам, что – бюро справок?

– Женщина, чего вы такая невежливая? – начал закипать Балу.

– Ходят тут всякие, работать мешают, а потом в инвентаризацию товара не досчитаться.

Так низко я еще не падал. Эта мадам нас за мелких воришек приняла. Впору оскорбиться. Смотрю, Балу уже бурлить начинает, сейчас начудит чего-нибудь, а нам потом расхлебывай. Хорошо, иномиряне колдовскими штучками не обладают. И мы вслед за ними не подцепили вирус волшебства. А то в гневливых руках это штука опасная. Колданет Балу – и нет человека.

– Девушка, ну зачем же так. Мы по делу. К вашему шефу. Нас из офиса послали от самого… – я сделал многозначительную паузу и надул важно щеки, изображая САМОГО.

Девушка смерила меня взглядом, оценка явно была ниже плинтуса, но до разъяснений снизо-шла.

– Поднимайтесь на третий этаж. Последний кабинет направо по коридору.

– Спасибо, девушка. Вы просто чудо, – расцвел я в улыбке.

Но она была непрошибаема.

– И смотрите там. Руки к полкам не тяните. Я потом по камерам посмотрю, чтобы вы у нас ничего не свистнули.

Ну, как потом с такой дамой разговаривать. А ведь кто-то с ней в одну постель ложится каждый день. Об этом красноречиво блестело обручальное кольцо на правой руке. Интересно, а она перед сном тоже мужа наставляет на путь истинный. Смотри, мол, пока я сплю, ручки свои шаловливые никуда не тяни, а то я утром проснусь и все ложки и вилки на кухне пересчитаю.

С улыбкой на устах я отправился в указанном направлении.

Поднявшись на третий этаж, мы свернули направо и прошли до конца коридора.

– Что вот так просто войдем и потребуем вернуть технологию? – спросил Балу.

– Кто должен знать, где находятся «Колыбели», как не начальник склада? – резонно заметил я.

Мы вошли без стука. Надо сразу брать быка за рога. На сантименты нет времени.

Начальником склада оказался худощавый лысый мужчина лет сорока в теплой фиолетовой фланелевой рубашке и жилетке на меху. У него были ярко очерченные скулы и выступающий вперед кадык. Он сверял накладные с открытым на большом экране компьютера складским документом.

– Что вам надо? Вы кто такие? – Они тут, похоже, все страдают от излишней вежливости.

Начальник оторвался от документов и пристально уставился на нас.

Неопрятный, вызывающий отвращение человек.

– Нас к вам направили. У вас хранятся «Колыбели». Мы приехали их забрать, – вежливо разъяснил я цель нашего визита.

– Может, и хранятся. Документы предъявите. Доверенность. И накладные. Что я должен помнить все, что у меня на складе хранится. У меня десять тысяч наименований только своего товара. А тут еще шляются всякие.

Надо было все-таки группу захвата вызывать, а то сейчас Балу взорвется и устроит бойню.

– У нас нет никаких документов. И вы знаете, о чем я говорю.

Я достал из кармана удостоверение оперативника СББ и предъявил его.

На начальника склада моя синяя корочка не произвела никакого впечатления. С тем же успехом я мог ему показать жетон на метро.

– Без доверенности и накладных я вам ничего не отдам. Не мешайте мне работать.

Кадык на его шее нелепо дернулся. Начальник вновь уткнулся в бумаги.

– Сема, и чего ты с ним церемонишься? Дай я ему физию начищу, чтобы не выступал много.

– Покиньте помещение! – рубанул кулаком по столу начальник склада.

К такому повороту событий я не был готов. Одно дело сражаться с монстрами, другое дело – с крючкотворами и бюрократами. Нет страшнее зверя, чем конторская крыса.

– Повторяю в последний раз, нам нужны «Колыбели». Нас прислал Паук, – я попробовал еще раз договориться, но тщетно.

– Не знаю я никакого Паука, – отрезал начальник.

Балу не стал дожидаться приказа. Перегнулся через стол, сгреб за грудки складского и дернул на себя. На пол полетели бумаги, скоросшиватели, папки, ручки и степлеры, клавиатура ухнула вниз вместе с мышкой. Балу на этом не остановился. Он протащил начальника по всему столу и, пару раз сильно встряхнув, поставил на пол на своей стороне.

– Я вызову полицию, – жалобно пропищал начальник склада.

Его кадык нервно дергался, как пойманная в силки птица.

– Да хоть армию и спецназ. Ты меня уже достал. Веди нас к «Колыбелям», а иначе я из тебя сейчас душу вытрясу, – пообещал Балу.

Начальник склада ему поверил, но все-таки пискнул:

– Это произвол. Я буду жаловаться.

– Трибуна ООН тебе в помощь и Лига защиты прав человеков, – проворчал Балу.

– Следуйте за мной, – прохрипел начальник.

Мы вышли из кабинета и направились вниз по лестнице.