Поле боя - Василий Головачев

– Здравствуйте. Вам кого, гражданочка?

Женщина была молодой, крупнотелой, с хорошо развитой фигурой спортсменки и миловидным лицом, а вот глаза у нее были маленькие и недобрые, с особым прищуром, выдающим в человеке целеустремленную натуру.

– Здесь живет Крутов Егор Лукич?

Глаза незнакомки обежали лицо Егора, и он понял, что ответ ей не требуется: она его узнала.

– А зачем он вам понадобился? – спросил Крутов, прикидывая, что может сделать в сложившейся ситуации. Он уже не раз проигрывал в уме варианты появления контролеров ЛООС и заготовил кое-какие ответные шаги, но сейчас, глядя в глаза незнакомки, вдруг сообразил, что времени на размышления ему не дадут. Контролеры не ограничатся разведкой и проверкой – жив он или нет, они наверняка получили задание ликвидировать «внезапно ожившего» свидетеля.

В голове слабо хрустнула сухая веточка – так внутренний сторож отреагировал на появление прямой угрозы. Снова Крутов ощутил на себе знакомый прицеливающийся взгляд, протянувшийся к дому откуда-то со стороны. «Снайпер! – мелькнула стремительная мысль. – Сидит где-нибудь на крыше многоэтажки за рекой, откуда дом виден достаточно хорошо. Надо было предусмотреть и этот вариант. Но если эта стерва меня узнала (каким образом? отыскалось мое фото?), то как даст сигнал? По рации или условленным жестом? И брать ли ее в расчет вместе со спутниками в машине или они только опознаватели?»

– Мне хотелось бы поговорить с господином Крутовым, – раздвинула губы в двусмысленной усмешке незнакомка.

– Сейчас позову. – Егор сделал вид, что собирается идти в дом, лениво повернулся и успел заметить почти незаметный кивок женщины, явно предназначавшийся наблюдателям со стороны.

В то же мгновение Крутов нырнул вниз перекатом и услышал треск и глухой шлепок: пуля, выпущенная из снайперской винтовки с расстояния примерно в один километр, срезала штакетину палисадника на уровне груди (в том месте, где он только что стоял) и вонзилась в бревно нижнего венца дома. Вскочи он сейчас – вторая пуля наверняка нашла бы его, да и у опознавателей было оружие, которое они готовы были пустить в ход. Начни он отступать, лавировать, шансов уйти живым (а уж раненым – точно!) они бы ему не дали. Тогда Крутов, имея под рукой из оружия только две стрелки сюрикэнов и обломок кирпича (для красоты он сделал бордюрчик из белых кирпичей вдоль дорожки к дому), немедленно атаковал контролеров ЛООС, метнувшись не к дому, а от него – к машине.

Вторая пуля снайпера расколола кирпич на дорожке, третья снесла еще две штакетины палисадника – снайпер не успевал реагировать на нестандартное перемещение объекта, а потом он и вовсе замолчал. Крутов же, метнув кирпич в женщину, успевшую вытащить из-под плаща пистолет с глушителем, попал ей в плечо (пистолет выпал у нее из руки), бросил две стрелки в парня, вылезающего из кабины «девятки». Затем в подкате подобрал выпавший пистолет, выстрелил в остальных контролеров в кабине и нырнул за колесо, ожидая очередного выстрела снайпера.

Прождав две секунды и не слыша ни одного движения или ударов пуль, он выглянул на мгновение, увидел неподвижные тела контролеров-мужчин, а также лежащую на земле в неестественной позе женщину, спрятался, еще немного подождал реакции снайпера и встал, доверившись ощущению, что снайпер стрелять больше не будет.

Редкие испуганные прохожие жались к заборам близлежащих домов, а по улице к месту схватки бежала какая-то женщина с пламенем растрепавшихся волос за спиной; именно с «пламенем», потому что Егору показалось, что волосы светятся. Он мельком взглянул на нее, отвернулся и только потом понял, что это Елизавета.

– Жив! – выдохнула она, добежав и бросаясь к нему на шею. – Господи, ты жив! Я не опоздала!

Постояв несколько мгновений в объятиях жены, чувствуя ее горячее тело и стаккато сердца, Крутов отстранил Лизу, глянул на парней в кабине «девятки», на тело, свесившееся из распахнутой дверцы, и нагнулся к незнакомке. Она была мертва, но его кирпич убить ее не мог, мог разве что травмировать плечо. Перевернув ее лицом вниз и обратно, он убедился, что в женщину не попала случайная пуля, посмотрел на Лизу, еще не погасившую огонь в глазах.

– Что ты с ней сделала?

Лиза покачала головой, прижала кулачки к груди, судорожно вздохнула, успокаивая дыхание.

– Ничего я не делала… я просто очень сильно испугалась за тебя.

Берегиня может не только ослепить человека, вспомнил Егор слова Елизаветы, произнесенные не так давно в гостях у деда Спиридона, но и оглушить, сделать его безумным и даже остановить сердце…

Неужели она сделала это, почуяв опасность, грозившую мужу?! Не умея в должной мере контролировать свои силы? Господи, какими же силами владеют берегини, защищая своих избранников?!

Крутов посмотрел на крыши многоэтажек в километре за рекой. Неужели она «достала» и снайпера?..

– Все в порядке, родная, – прижал Егор к себе жену. – Иди в дом, я сейчас приду. Только отвезу этих людей в… больницу.

Глаза Лизы сухо блеснули. Она еще не поняла, что произошло.

– Разве они… не умерли?

Крутов осмотрел тела трех спутников незнакомки в кабине «девятки», убедился, что раны от его стрел и выпущенных из чужого пистолета пуль не могли быть смертельными, парни умерли от чего-то другого, и, подвинув водителя, погрузив на заднее сиденье тело женщины, сел за руль.

– Иди домой, я скоро вернусь.

Лиза, ссутулившись, покорно открыла калитку, ушла. Крутов тронул машину с места и вдруг заметил идущую навстречу девушку в знакомом прозрачном плаще с развевающимися черными волосами. Еще не разглядев ее как следует, он узнал Марию. Поравнявшись с ней, остановил «девятку». Некоторое время они изучали друг друга, словно не виделись много лет, потом женщина кивнула на трупы в машине.

– Сам справился?

– Помогли, – ответил Крутов.

– Кто?

– Лиза.

Брови-крылья Марии взлетели вверх.

– Она… сама убила их?!

– Вряд ли она осознавала, что делает. – Егор криво улыбнулся. – Она почувствовала, что я в опасности, и… испугалась.

– Славно, – опустила уголки губ Мария, свет в ее глазах погас. – Я не предполагала, что она сможет…

– Что?

– Пресечь циркуляцию ци по меридианам, как говорят мастера дим-мак. Или позвать на помощь Марену, богиню смерти, как говорят мастера живы. Поздравляю, Егор Лукич. Кажется, у вас действительно появилась берегиня.

Она посмотрела на Егора так, будто поцеловала и одновременно ударила его, помахала рукой и перешла на другую сторону улицы.

– Снайпер – ваша работа? – негромко спросил Крутов ей в спину.

Она оглянулась. – Я не смогла вычислить его сразу…

– Все равно спасибо.

– Не за что.

Проводив ее взглядом, Егор повел машину дальше и остановился лишь в пятнадцати километрах от города, в лесу, загнав «девятку» в копну старой перепревшей соломы. Стер следы своего пребывания в салоне, обыскал мужчин – все они имели удостоверения поручиков и вахмистров Легиона – и дал крюк по лесу, выходя к мосту через Ветлугу. Через час он был дома, где его ждала встревоженная долгим отсутствием мужа Елизавета.