Мастер дорог - Андрей Земляной

А еще обсуждали стройку имперского представительства, которое вело в Москве армейское подразделение империи, и делало это быстро и качественно, на глазах поднимая ажурное кружево небоскреба, в котором должны были уместиться все службы, выставочный и конференц-залы, зимний сад и многое другое.

На этом фоне было совершенной мелочью появление в аптеках универсальной вакцины от всех вирусных заболеваний и других весьма полезных лекарств, за которыми сразу кинулись иностранные покупатели, но препараты выдавались строго по рецептам, а рецепты выдавались только гражданам России.

Несколько десятков нечистоплотных врачей и аптекарей сразу поехали осваивать заповедные районы Сибири и Дальнего Востока, и ситуация быстро нормализовалась. К двадцать второму веку системы контроля и наблюдения сделали преступность уделом совсем тупых или отчаявшихся, так что любой преступивший закон сразу попадал не только в цепкие руки следователей, но и под опеку социальной службы и психологов.

А еще жители Земли рьяно обсуждали фото и видео с ослепительной красоткой, которую прозвали Бойцовой Кошкой, а дамы вовсю интересовались личностью юного полковника, награжденного высшей наградой России.

Особо ушлые представители Европы тоже быстренько протащили через парламенты своих стран указы о награждении какими-то орденами, но Алексей просто никак не отреагировал на предложения приехать и получить награды. Ему это было совершенно не интересно.

Не скучал и герцог Играви. Простая вроде комбинация завершилась оглушительным провалом. Видео, где его сын избивает связанную Кошку, уже стало причиной существенного падения общего социального рейтинга Играви, а следом и цены предприятий, а значит, и подъема стоимости страховки контрактов, что в свою очередь сильно снижало рентабельность, которая и так была на грани из-за обострившейся конкурентной борьбы. Молодым производителям было наплевать на громкий титул и связи, и договариваться с ними становилось все сложнее и сложнее.

Прокол с герцогом Роковым был тем обиднее, что произошел на ровном месте. Психологи точно просчитали его реакцию, и Ридор Играви, не дрогнув ни единой жилкой, послал на верную смерть одного из своих сыновей – Дехона Играви. Сыновей у него было много. Живший третью тысячу лет герцог за это время успел побывать официальным мужем у трех десятков женщин, не считая сотен любовниц и просто случайных связей, от которых он наплодил два десятка детей, и деньги ему были куда ближе, чем один из многочисленных отпрысков.

Но результат был совсем не таким, как нужно. Дехон жив и рассказал Внутреннему контролю все, что их интересовало, а значит, и что-то из конфиденциального утекло на сторону. Тоже не страшно, но все вместе, да еще и подпитанное волной всеобщего негодования, вызвало такой сбой в делах, что потери уже перевалили за сотню миллиардов.

Взвесив все за и против, глава дома дал команду, и младший герцог дома Играви, Дехон Играви, врезался в землю, не справившись с автоматическим управлением.

Что подумали народные массы, было неважно, но контрагенты дома Играви поняли все как надо, и дела стали выправляться, а долг герцога Рокова возрос еще на довольно приличную сумму, которая обязательно будет взыскана.

Но не сейчас. А сейчас глава дома даже велел перевести этому выскочке сто миллионов в качестве компенсации за беспокойство. Распоряжение об этом он дал вечером, а уже утром с некоторой оторопью читал в новостях о том, что новоявленный герцог сделал вклад в имперский благотворительный фонд ровно на ту сумму, которую ему прислали в виде компенсации.

Что это означало, Ридор понимал. Его деньги, а вместе с ними извинения не просто отвергли, а его фактически послали далеко и надолго. Но вот почему? Это же деньги! Поэтому служба охраны дома Играви получила команду отслеживать все контакты Рокова и вообще как можно плотнее придвинуться к нему, для того чтобы знать о каждом шаге. Враг, способный на неожиданные поступки, вдесятеро опаснее.

Как таковой светской жизни в империи Тессарин не было. Да, богатые, знаменитые и те, кто мог причислить себя к элите общества, собирались и общались в своем кругу, но только круг этот бы настолько велик, что край неизбежно цеплял другие страты, привнося в себя массу проходимцев, карьеристов и просто нуворишей, урвавших у жизни льготный проездной. Поэтому элита была как бы двух сортов. Первый сорт – старая власть. Дома, насчитывавшие по двадцать-тридцать тысяч лет истории. К ним примыкали роды просто старые, и обрамлял первый сорт, круг медиаперсон – свежих знаменитостей, модных проповедников, красоток и красавцев, а также прочих клоунов на мелком прайсе, потому что без них тусовка сразу теряла блеск и интригу.

Второй сорт – просто богачи, молодые дома, генералитет, не принадлежащий к старой власти, и вообще все, кто сумел пробиться к деньгам, известности или силе.

В этом табеле Алексей был на достаточно высоком месте. И дело было вовсе не в звании полковника в столь юном возрасте и не в орденах. Все это не имело значения по сравнению с двумя триллионами сарс, которые возносили его если не на вершину горы, то уж на саму гору точно.

Слухи о деньгах подобны жидкому водороду. Достаточно отверстия в размер молекулы, и все мгновенно разлетится по свету. Так и произошло с информацией о деньгах герцога Рокова. Кстати, его фамилия на тессар произносилась с ударением на вторую букву «о» – Роко́в.

Размер состояния молодого полковника вызывал жгучий интерес у огромного количества людей. Инвесторы всех сортов, дамы, промышленники и прочие жулики, готовые помочь в расходовании столь неприличной суммы, ринулись искать подходы к молодому герцогу.

Но его коммуникатор, сопряженный с имплантом, как и у всех старших офицеров, был армейского образца, поэтому связаться с Алексеем являлось непростой задачей. Нужно для начала войти в сеть Главного штаба, а после внятно и четко рассказать искусственному интеллекту, зачем тебе нужна связь с полковником Роковым. И получалось это лишь у тех, кому действительно это требовалось по службе. Где-то проще было даже дозвониться до управляющего Канцелярии императора. Поэтому Алексея не беспокоили через сеть. А после того, как специалисты охранной компании заменили всю устаревшую систему безопасности, перестали появляться лично.

Вокруг границ владения ему установили два десятка автоматических защитных станций, способных разнести в щепки довольно крупный корабль и сбить любой небронированный летающий транспорт с одного выстрела, и станции подводных механоидов. Система могла пропустить только терпящее бедствие судно и только на время, когда к нему спешит спасательный бот.

А шторм и вообще случайности на воде были весьма редким явлением, так что Алексею не приходилось вытаскивать из обломков яхт и лодок полубесчувственные тела красоток в неглиже, отгонять репортеров и как-то нервничать. Жители других островов тоже ценили покой и уединение.

Но в Гирахе его подлавливали регулярно, куда он прилетал временами для того, чтобы поужинать в ресторане или просто вдохнуть городской жизни.

Отпечатанные по всем правилам «высокого» этикета приглашения на вечера и прочие увеселения обычно передавал курьер почтовой службы или распорядитель ресторана, и Айрис, перебирая картонки тонкими пальчиками, поясняла по ходу дела, кто есть кто и кто за кем стоит.