Сиф - Алекс Кинсен

Когда мы шли к ближайшему ресторану я всё-таки не удержалась:

— Кто такая Лианат?

— Моя жена. Она умерла триста лет назад. — Отрезал он.

Иногда нужно просто промолчать, именно это я сделала.

— Мне надо выпить. — Сказал Гайл, устало развалившись в трактире. Конечно, технологии были на высоте, но владельцы ресторанов и закусочных на Гарат-Нитере всегда старались сохранять атмосферу человечности и уюта. Робо-официанты были только в самых недорогих заведениях фаст-фуда. В заведениях чуть-чуть подороже обслуживали всегда только живые гуманоиды, было много настоящего дерева и текстиля. В таких местах взгляд отдыхал от постоянного вида металла космических кораблей, оружия, небоскребов и неона столицы. Именно поэтому такие рестораны всегда немного напоминали мне трактиры. Так я их и называла.

— Мне тоже не помешает. — Поддержала я.

— Ты же у нас теперь не пьянеешь?

— Я за компанию.

Гайл пристально смотрел на меня. И я подумала, что это похоже на свидание. Впервые мы сидели с ним вдвоём, друг напротив друга, в интимном полумраке отдельной ниши. В окно уже вовсю хлестал ливень, и оттого внутри трактира было еще уютнее и теплее. Я смутилась и, кажется, покраснела. Гайл хмыкнул и уставился пристальнее, гипнотизируя меня своими стальными глазами.

— Если ты не прекратишь, я выбью тебе под столом коленную чашечку. — Беззлобно выдала я, и он, наконец, улыбнулся.

— Узнаю Райгн.

Мы поели в полном молчании, но когда ужин подошёл к концу, мой сероглазый начальник всё-таки не удержался.

— Что ты чувствуешь? — Он опять уставился.

— Насчёт?

— Он нашёл тебя. Ты должна быть рада. Ведь ты из-за него не подпускаешь никого к себе.

— Говорю же. Я не нужна ему. Не дотягиваю до его уровня. У него просто навязчивая идея — упечь меня по гроб моей короткой жизни на какую-то планету Старейшин. Ясно? Чему здесь радоваться? Оставь уже эту тему.

— И что будешь делать теперь? У тебя есть гравинид. Можешь улететь на свою Гайю. — Гайл слегка напрягся и подался вперёд, ожидая моего ответа.

— Я бы хотела. — Осторожно сказала я и увидела, как он сжал челюсть чуть сильнее обычного. — Я бы хотела увидеть и обнять дочь. Хотела бы слетать на свою Родину. Но…

— Но?

— Теперь я чувствую, что моё место здесь. Сейчас — здесь.

— Здесь где?

— Если я скажу рядом с тобой, то ты можешь понять меня не правильно. Но я скажу. Здесь, рядом с тобой. И всеми нашими ребятами. Здесь — в Призрачных скатах Гайла. Хотя меня всегда ужасно раздражал пафос этого названия. Но…

— Но?

— Ты дашь мне увольнительную, чтобы я могла слетать к дочери?

— Увольнительную? На полтора года? — Строго выдал он, сдвинув брови, но я видела, что так он пытается замаскировать улыбку облегчения.

Я кивнула.

— Не дам. Для меня это слишком долго без… Не важно.

Я возмущённо уставилась на него, и он продолжил.

— Уверен, в той части Вселенной, нас ждёт-не-дождётся какая-нибудь супер-важная миссия. И наши лоботрясы тоже будут не прочь порасслабляться в дороге.

Я улыбнулась и уставилась в пустую тарелку. В груди растекалось приятное тепло.

Прощания я боялась. После Цирота, напряжение между нами усиливалось всё больше. На улице Гайл привлёк мою небольшую тушку к себе и крепко обнял, уткнувшись носом в макушку, затем отстранился и сразу отошёл на несколько шагов.

— Я… — Сейчас я впервые видела Гайла смущенным. — Я всё-таки должен это сказать, Сиф. Я понимаю, что как раньше не будет, и ты знаешь, что я жду твоего решения. И моё ожидание напрягает нас обоих. Но я не хочу давить. Я даже не знаю, сможешь ли ты меня полюбить. Но если не сможешь, пожалуйста, не отказывай мне только из-за этого. Ты не должна испытывать чувство вины по этому поводу, я не приму его. Я могу и буду любить тебя за нас двоих. Уже люблю. Мне достаточно будет, если тебе просто будет хорошо рядом со мной. Хотя бы просто лучше, чем одной.

Он не дождался моей реакции и быстро зашагал прочь, засунув руки в карманы. Его плечи были едва поникшими, и он шлёпал прямо по лужам, не обращая никакого внимания на то, что загребает воду. Чёрт, так не бывает. Этот мужчина что, вышел из сказки? И как тут не испытывать чувство вины от того, что ты влюблена в другого кретина? Может, к чёрту Терона, в конце концов?

Я уже была готова побежать за Гайлом и сказать, что готова быть с ним. Но в последний момент остановилась. Через две недели. Я пройду тестирование, разберусь со своими чувствами, успокоюсь, попрощаюсь, наконец, со своими мечтами о недостижимой любви, и в здравом и трезвом уме скажу ему «да».

Следующие две недели я провела в чарующем одиночестве. В Главный штаб Объединённых гарайских армий я отправилась далеко не сразу. Спровадив всех на Зеваон, я позволила себе несколько дней отдыха и полного отрыва. Получив, наконец, первую зарплату, которую мне уже не нужно было вкладывать в ремонт Ар-Мира, я сразу пустилась в разгул. Сняла себе номер в лучшем отеле города, проводила время в многочасовых шоппингах, часто затягивающихся до наступления полуночи. Три раза в день ела в дорогих ресторанах, посещала все туристические достопримечательности Гарат-Нитеры и снимала их на камеру, словно самый обычный земной турист. К концу седьмого дня я вдруг почувствовала себя совершенно нормальным человеком. Даже не так: обычной нормальной женщиной в голубом платье, с камерой и пакетами из дорогих бутиков. Осознание этого так резко ударило меня по голове, что зайдя в свой огромный номер, я встала посередине, оглядела ворох купленных в состоянии необъяснимого умопомрачения тряпок и сказала:

— Так. Ну, теперь хватит. Вся эта херня мне точно больше не подходит. Я в Штаб.

Переодевшись в свой любимый военный комбинезон и собрав небольшой вещмешок, я вышла из номера, оставив все безумные разноцветные приобретения на радость горничным. Через несколько минут я вернулась за камерой, законспектировавшей мои турпоходы.

— Алис потом покажу. — Сказала я оставшимся вещам.

— Ну. Опишите, пожалуйста, ваши отношения с мужчинами?

— Что, простите?

Главный психолог Главного штаба сидел напротив меня и рассматривал меня с видом патологоанатома, препарирующего свежепоступивший труп. С физическими нормативами я справилась за двое суток, сдав всё на твёрдую четвёрку, что для обычной земной девочки моего веса и комплекции являлось почти что недостижимым. Для спарринга меня поставили в пару с почти таким же рыжим, как я, но абсолютно квадратным шкафом. Мне казалось, что он был выше всех, кого я встречала. Выше Гайла точно.

— Это не честно, — бросила я