Рейд за бессмертием - Greko

— Да, слава Богу! — тут усмехнулся. — Слава Богу! Я хоть и крещеный, а в церковь там и не заходил совсем. Даже не размышлял, верю в Бога, не верю.

— А тут начал.

— Да. Каждый день вспоминаю и благодарю за то, что жив и не опозорился.

— Это нормально. И это хорошо.

— Предков своих стал понимать. Людей. Что наших, что черкесов. Я же не только о Боге. Я мало над чем там задумывался. А тут… Голова порой кругом.

— Так ты рад, что сюда попал?

— Поначалу нет, конечно. Клял все на свете. Понятно, наверное, почему. Попробуй, посиди месяцами в цепях. Столько смертей повидал. Столько крови. Я и там был солдатом. Но все равно. Не сравнить. Рад ли я? Наверное, все-таки, нет. Не рад. Но я принял это. И только, когда принял, успокоился, что ли. А потом спас двух пацанов: Дадо и Ваську. Потом спас тебя, даже не зная, что ты муж Тамары Георгиевны. А когда узнал…

— То решил, что это и была твоя миссия?

— А разве не так? Сам посуди. Какова вероятность, что два попаданца окажутся в одно время в одном и том же месте? Какова была вероятность, что я сначала узнаю твою жену и Бахадура? А узнав их, я как раз и смирился, и принял это время окончательно. Я, чего уж там, полюбил твою жену. Но ты понимаешь, как я полюбил её.

— Без грязных мыслей.

— Да. Да. Я завидовал тебе, я завидовал Бахадуру, которого Тамара любит. А он так и вовсе её боготворит, жизнь отдаст не раздумывая. Я захотел всего этого. Я изменился. В Чиркее, когда пошел за тобой в аул, не то чтобы не старался… Но… — Вася искал слова. — Но, может, случись что, отступил бы. Когда бы понял, что невозможно, что и сам пропаду и людей погублю, а тебя не вытащу. А в Черкесию пошел за тобой, понимая, что не отступлю, чтобы не случилось. Спасу обязательно. Чтобы Тамара и Бахадур не горевали, потеряв тебя. Странно звучит?

— Нет. Нормально.

— Помнишь, как ты уезжал в Тифлис?

— Конечно! Мы тогда узнали, что заочно знакомы через Тамару и Бахадура.

— Вот тогда я и понял, что все не зря. А сейчас уверен в этом. Ты прав: на Бога надейся, сам не плошай. Тебе нужно пройти весь путь до 53-года. Так Господь замыслил. Для чего? Не знаю. Это твой путь. А меня он сюда послал, чтобы я помог тебе дойти до конца. Наверное, там ты и найдешь ответ на вопрос: для чего все это.

Коста с улыбкой смотрел на Васю и сейчас восхищался им: «Простой парень, а как сказал!»

Вася оценил взгляд Косты, засмущался.

— Наговорил, да? — усмехнулся, краснея.

— Нет. Очень хорошо сказал.

— Что думаешь?

— Что ты прав, конечно. Тут не поспоришь: чтобы двое из будущего в одно время и в одном месте… А только, кажется мне, прав ты не до конца.

— Почему?

— Потому что ты жив. Причем, благодаря мне. Я тебя вытащил. Стоп-стоп! — Коста поднял руку, чтобы Вася не лез со словами благодарности. — Для чего-то ведь это было нужно… Значит, и твой путь еще не пройден. Значит, Господь от тебя еще чего-то ждет. Надеется на тебя.

— И чего он хочет?

— Я бы не ломал голову, Вася, — улыбнулся Коста.

— Это почему?

— Что тебе сейчас предстоит?

— Вернусь в отряд охотников.

— Ну, вот, — Коста продолжал улыбаться.

— Что: вот⁈ — Вася занервничал.

— А то, что скоро в этот отряд прибудет Михаил Юрьевич!

— Лермонтов⁈

— Он самый, Вася. Не правда ли, круг замкнулся?

Вася неожиданно рассмеялся.

— Ты чего?

— Получается, что я накаркал! — с детской улыбкой сказал Вася.

— Каким образом?

— Как-то пожалел, что Пушкин уже погиб, что не доведется с ним увидеться. А потом подумал, что есть зато шанс увидеть Лермонтова. Ну, вот! Накаркал!

— Ну, или просто таков путь, заложенный в твою голову.

— Может быть.

Помолчали.

— Коста?

— Что?

— А ты не думал все это бросить? Уехать. Снять мундир.

— Ох, Вася! — Коста вздохнул. — Если бы ты знал, сколько раз я об этом думал. Как я хочу к Тамаре под бочок! Все время быть рядом с ней, не отпускать ни на минуту, ни на шаг от себя. Любить её каждый день. Нарожать детей. Сколько раз!

— И что?

— Мы с тобой, Вася, люди подневольные. Как бы это нескромно и пафосно ни звучало — Богом избранные. А если по-простому, считай, что с нами заключили контракт. Путь, Вася. Путь. И его нужно пройти. Нельзя отвертеться. Не получится. Уверен, если задумаем обмануть Его, дадим слабину, и наш с тобой проект тут же закроют. Ты же знаешь, что делают с неудачными проектами или невыполненными контрактами?

— Знаю, — кивнул Вася. — Закрывают.

— Ну, вот. А ты? Думал?

— Конечно.

— Что решил?

— А что тут решать? — Вася хмыкнул, — Хотел же с Лермонтовым винца попить. Поеду. Попью. Если получится, спасу.

— А раз понял, запомни: как бы ни повернулась твоя служба, из штанов выпрыгни, но окажись в начале лета следующего года в Пятигорске!

— Дуэль?

— Да! И только ты сможешь ее остановить.

[1] Первая публикация «Тараса Бульбы» — сборник «Миргород» 1835 года.

[2] Именно так и случилось. Не спасла горцев добыча, взятая в крепостях. И подаяние просили у русских, и детей своих им предлагали буквально через несколько месяцев. Впрочем, захват Вельяминовского форта имел то последствие, что в Туапсе возобновилась работорговля. Из камней крепости сложили постройки для турецких купцов.

[3] Полностью цитата звучит так: " Я не позволял себе в России и тем более не позволю себе здесь использовать меня в той или иной политической игре… Твой дом остается родным, независимо от того, каким образом ты его покидаешь… Как бы ты в нем — хорошо или плохо — ни жил. И я совершенно не понимаю, почему от меня ждут, а иные даже требуют, чтобы я мазал его ворота дегтем. Россия — это мой дом, я прожил в нем всю свою жизнь, и всем, что имею за душой, я обязан ей и ее