Последний шанс - Эдгар Крейс

– Вооон к тому маленькому, скромному домику, – произнесла Старс, показывая на четырехэтажный рядный дом. – Левая секция моя.

– А ты мне за дорогу все уши прожужжала, что бедствуешь. Голодных деток кормить нечем! – усмехнулся Кальянов, выходя из машины оглядывая дом «звезды». – Метров на семьсот потянет?

– Бери выше – десятсотпятьдесят! – довольная от произведенного эффекта, растягивала слова Старс. – А детей я просто ненавижу! Терпеть не могу!

– Ну, это и понятно. У тебя то их быть и не может, благодаря весьма бурной молодости, – усмехнулся Кальянов.

– А это тебя никаким боком не касается! Понял! Не лезь в мою жизнь! Я тебе не указываю, как тебе жить! – агрессивно сузила глаза Старс.

– Да, ладно тебе! Не кипятись, у кого в молодости чего не было, о чём и потом вспомнить тошно. Не зря ведь говорят: «Кто старое помянет, тому глаз вон!», – засмеялся Кальнов.

– «А тому, кто забудет – оба!», – проворчала Старс. – пошли уж умник, раз приехали оттягиваться нечего из себя святошу корчить и схватив Кальнова за шею, приложила чип к кодовому замку.

И парочка из «сливок высшего общества» оттянулась по полной программе. На утро они с трудом помнили, что делали и чем занимались. Уборка разбросанные по всему дома отдельные предметы одежды и множества разбросанных по разным этажам пустых бутылок могла и подождать, но вот сведённые в кучку глаза нужно было срочно разводить в разные стороны, ибо через пару часов начиналась съёмка ток—шоу Кати Старс с участием Михаилом Кальяновым. Времени оставалось мало и Старс разъяренной фурией носилась по огромному дому в поисках подходящего наряда, а Кальнов в гордом одиночестве на не менее огромной кухне, забравшись на высокий табурет бара, в полном отрешении от бренного мира, сосредоточенно через трубочку сосал винный коктейль и закусывал большим солёным огурцам. Огуречный рассол стекал с его толстых пальцев и капал на стойку бара, но Кальянов не обращал на это ни малейшего внимания. Он не признавал химический способ отрезвления своего могучего организма и предпочитал ему незатейливый народный.

– Что сидишь!?, – с криком подлетела к нему Старс. – Скоро съемки, а он коктейль посасывает.

– Мне так было хорошо, пока ты не пришла, – скривил лицо Кальянов. – Тише, и так голова трещит по швам.

– Меньше пить надо было, – зло сказала Старс. – На, выпей таблетку, будет легче.

– Нее, у меня народный способ. Я что, не народ? И хватит мной помыкать! Я кандидат в президенты! – рассвирепел Кальнов и резко оттолкнул положенную на стол таблетку..

– Ладно народ—президент. Через пару часов своему народу и объяснишь, что ты от него хочешь и что ты ему дашь. А я пошла, мне еще себя в порядок надо привести, чтобы достойно представить народу его будущего правителя, – сказала Старс и побежала к лестнице.

– А твоему народу, я вот, что должен! – прокричал Кальнов и показал в след Старс две увесистые дули своих огромных ручищ. – Это они мне должны ботинки лизать, за то, что я их вытаскиваю из дерьма долбанной российской жизни!

– Давай, собирайся спаситель народа! – крикнула с лестницы Старс. – Студия нас ждать не будет, мы её сняли всего лишь на два часа!

В назначенное время спасители народа были уже в небольшой студии. Старс, закинув ногу на ногу в облегающем серебристом платье с глубоким разрезом, сидела на ярко—красном диване, в тон своей губной помаде, за низким столиком, рядом с угрюмым, безуспешно пытавшимся сосредоточиться Кальяновым.

– Расслабься, Кальянов, нас ещё не записывают. Да не бери ты в голову понатыканную здесь технику. Не всё так страшно, как ты думаешь, не бойся! – раскачивая ногой, уговаривала «звезда».

– А я и не боюсь, хреново мне очень, понимаешь? – почти, что жалобно простонал Кальянов.

– Я тебе уже говорила, меньше пить надо, Миша, – насмешливо ответила Старс.

– Да не скули, лучше дай чего-нибудь, – Кальянов посмотрел просящим взглядом и отвернулся.

– Подожди, я сейчас, – ответила Старс

Она достала из сумочки большие, белые таблетки и кинула в стакан с водой. Таблетки с шипением растворились и Старс протянула стакан Кальянову. Он поморщился, но стакан взял и большими глотками осушил его. Старс отнесла пустой стакан и вернувшись, снова уселась рядом с Кальновым.

– Сейчас полегчает и минут через десять начнём. Как—то за нашим делом нам, так и не удалось поговорить о твоём деле, – ухмыльнулась получившемуся каламбуру Старс.

– Мне американцы предложили спонсорскую помощь, – начал Кальянов.

– Это не новость. Они всегда нам помогали в нашей бестолковой драчке с властями.

– Да, нет. Сейчас всё будет по—другому. Есть у них один пронырливый человечек, который все время норовит скинуть действующую власть в нашей стране. У него уже были попытки, но пока неудачные. Так вот, теперь он решил идти по—крупному и у себя в стране стать президентом.

– Ну и станет он у себя за большой лужей президентом, а нам-то какая от этого выгода?

– Выгода в том, что он собирается объединить весь западный мир в единое государство. Представляешь себе – США, Канада и вся Западная Европа станет одним большим целым!

– И, чёрт с ними, пусть объединяются, пока не поздно, а то на них Китай давно зубки точит. Так хоть не окочурятся от страха, – усмехнулась Старс.

– Да ты просто не понимаешь. Этот мужик собирается владеть всем миром и, по—моему, у него это может получиться!

– Нашёлся мне, новый завоеватель. Были уже такие: и Наполеон, и Гитлер. А где они теперь? – спросила Старс и заглянув под диван, развела руки в стороны. – Испарились, наверное, чего—то я их здесь не наблюдаю!

– Не так примитивно. Он не собирается никого захватывать насильно. По его мнению, нынешние правители Америки не учли ошибок Гитлера. Не надо было идти завоёвывать и тем самым губить свой народ. Надо дать народу сопредельных государств самим принять идею вхождения в Западный союз, – с ухмылкой ответил Кальянов.

– Ну и как мы будем в него входить, – «звезда» скептически посмотрела на Кальянова.

– Элементарно, Ватсон, через националистические движения. В каждом государстве есть свои националисты и, если дать им возможность придти к власти, почему потом не бросить клич: «Националисты всех стран объединяйтесь!». Разве не слышала о таком лозунге? – ехидно спросил Калянов.

– Немного в другом контексте слышала, – ответила Старс и отвернулась в сторону. – И тебе совсем не страшно?

– А чего мне бояться! Мы руководители. Это пусть у холопов чубы трещат, – рассмеялся Кальянов.

– И как ты себе это представляешь?

– Это не я, а один очень влиятельный американский дедок предложил деньги и хорошую, но простую идею – как сделать из рассеюшки нормальное, западное государство.

– Но если в России придут к власти националисты, государство потонет в крови, могут миллионы людей погибнуть и тебе их не жалко?