Шаги в темноте - Александр Конторович

Стрелять спутник смотрящего умел.

И уже вторая пуля толкнула воровского телохранителя в грудь, заставив его отступить на пару шагов. Вытащить оружие он так не успел.

А старый вор ещё был жив. Попавшая в горло пуля не убила его на месте, хотя и здоровья, разумеется, не прибавила.

Убедившись, что опасность со стороны вора невелика, стрелявший поднялся с места и подошёл к убитому охраннику. Быстро обшарил его одежду, достал «Наган» и уже из него произвёл два выстрела. И на этот раз пули достигли цели – Бакинский дернулся и перестал дышать.

– Вот так… – кивнул стрелок.

Протер платком рукоятку револьвера и вложил его в руку мертвого охранника. Затем вернулся к смотрящему и проделал ту же операцию со своим браунингом.

Огляделся по сторонам, поправил одежду и спокойно зашагал по пустынному переулку.

Вечером того же дня Гальченко вызвал на срочную встречу замначальника горотдела МГБ.

Ввиду особой ситуации, они пересеклись в условленном месте, вдали от любопытных глаз. Район был почти безлюдным, и по вечерам тут осмеливались ходить весьма немногие. Зато и вероятность наткнуться на постороннего зрителя являлась крайне небольшой. Правда, это приводило к тому, что Фомина прикрывали двое оперативников в штатском, которые теоретически могли заметить кого-нибудь из членов группы, но Гальченко счёл такой риск вполне допустимым – затягивать встречу было невозможно.

– Что там у вас такого стряслось? – эмгэбэшник выглядел усталым.

– События вышли на финишную прямую – завтра запланирован налёт на спецобъект.

Фомин аж поперхнулся.

– Вы серьёзно?!

– Возможно, послезавтра. Но не более. Нам предложено быть готовым завтра к четырём часам дня – нас заберёт грузовик.

– Откуда?

– Улица Яблоневая, пустырь напротив дома номер семь. Там еще какой-то разбомбленный дом стоит… Машина подойдёт туда.

– До объекта, если машиной ехать, оттуда путь неблизкий… часам к шести доберётесь, пожалуй…

Гальченко усмехнулся.

– Это ещё не всё! Нас хотят использовать исключительно как спецов по вскрытию сейфов – бандиты уверены, что смогут беспрепятственно проникнуть на объект. И нас обещают так же провести.

– Это невозможно, – покачал головой замначоперотд. – Объект усиленно охраняется, крепкие стены, двойные ворота… Любой доступ туда кого угодно, даже работающих на нём ювелиров, осуществляется под неусыпным контролем охраны. Даже в свои кабинеты они не проходят поодиночке – обязательно в сопровождении караульного.

– Обед? В туалет они как ходят?

– Нажатием кнопки вызывается сотрудник, который и провожает конкретного желающего в туалет. На обед он же провожает всех в столовую. И точно таким же образом – назад, на рабочие места.

– Сколько всего специалистов?

Фомин призадумался, искоса посмотрел на собеседника. Решился.

– Десять человек. Три кабинета, где они работают.

– Как доставляются к ним ценности?

– Все кабинеты выходят в один коридор. Ответственный специалист, который работает в центральном хранилище, отбирает объекты для исследования, помещает их в специальный металлический ящик и, в присутствии охранника, запирает его своим ключом. Далее вызывается вооружённый курьер, который и доставляет запертый ящик в конкретный кабинет, где его – уже своим ключом – вскрывает старший по данному кабинету. Разумеется, всё это фиксируется в специальном журнале. После изучения, объект исследования, вместе с актом экспертизы, убирается в специальный матерчатый, прошитый проволокой, мешок, который опечатывается личной печатью ювелира, производившего исследование. И обратным порядком доставляется в хранилище.

– То есть охрана практически всегда контролирует любое перемещение кого бы то ни было по дому?

– И по всей территории объекта.

– Сколько всего охранников?

– Десять человек солдат, старшина – командир отделения – и дежурный офицер, который отвечает за объект. Когда приезжают ювелиры, прибавляется ещё шестеро – водитель автобуса и пятеро сотрудников, которые отвечают за безопасность специалистов в пути.

Гальченко прищурился.

– Это одни и те же люди?

– Водители и охрана периодически меняются. Охрану объекта несут солдаты из отдельной роты внутренних войск. Они специально прибыли сюда на период проведения операции. Сопровождают автобус военнослужащие комендантской роты. Оттуда же и водитель. Да и сам автобус…

– Как происходит смена караула?

– Ежедневно в восемь часов утра. Машина привозит дежурную смену, офицер называет пароль, дежурный по объекту докладывает по телефону в город. И только после подтверждения пароля дежурным по горотделу МГБ охрана открывает ворота.

Гальченко возбуждённо приподнялся с места и зашагал по помещению. Фомин с интересом следил за ним, недоумевая, – какая такая муха укусила собеседника? Внезапно Проводник остановился и улыбнулся.

– Вот оно, значит, как… Угу! Кстати, а обещанные документы по всем этим жуликам вы принесли?

– Ну, тут не так много… Но кое-что накопать нам всё же удалось!

– Давайте!

Проводник принял из рук замначальника папку и опустился на место.

– Фонарик у вас есть?

Щелкнул выключатель, и желтоватый круг света лег на листы бумаги.

– Так… И что же у нас тут такое есть… Бакинский… Ну, с ним-то мне всё и так ясно. А это у нас кто? Красавец? Так…

Зашуршали переворачиваемые листы.

– А это тут кто такой? – Гальченко перевернул фотографию. – Колпачный Павел Семёнович, кличка «Копчёный». Вот как он, оказывается, раньше выглядел! И впрямь – Копчёный!

– Он из Узбекистана.

– Ну-ну… там, стало быть, и потемнел в своё время…

Гальченко закрыл папку и протянул её Фомину.

– Вот что я вам скажу… Вы, пожалуй, достаньте-ка блокнот да и запишите всё, что я вам сейчас буду говорить, самым тщательным образом. Мы тут ни в какой мелочи промашки допустить не можем! Второй попытки не будет!

– Но… может быть, есть смысл усилить охрану? Мы можем скрытно подвести к объекту взвод солдат и…

– И операция будет перенесена – только и всего. А вот меня, при таком раскладе, вы имеете шанс никогда больше не увидеть.

– Почему?

– Да потому, товарищ подполковник, что как только об этом узнают бандиты… А они узнают – уверяю вас! – рубанул воздух рукою Проводник. – Нас попросту перестреляют, стоит только забраться всем в кузов. Будут они искать стукача в своих рядах или нет, но нас в живых точно не оставят – мы для них чужаки.

– Так уж и…