Император - Серг Усов

— Мне-то хотя бы мог сказать, — присоединился к укору Чек, когда они направились от причала к карете, окружённой почётным караулом гвардейцев, — я же болтуном никогда не был.

— Тебе бы сказал, а другим нет — вот бы у них и была обида, — Олег обнял сестру и дружески толкнул друга первым залазить в транспорт, — А так…, лучше давайте рассказывайте, что вы тут без меня сделали. От Дениза я уже узнал кое-что, но без подробностей. А Гора-то чего не приехала меня встречать? Не простила ещё за мою самовольную отлучку из расположения части?

Конечно, скорость распространения слухов уступает скорости света, но о прибытии императора догадались работники причалов, и тут же моментально покатились круги об этой вести по всей Промзоне.

На выезде с территории причалов императора приветствовали восторженные крики толпы.

Не будь Олег попаданцем из иного мира и не читай в своё время разных книжек, его бы эти восторги могли убедить в огромной любви народа к своему государю. Но Олег прекрасно знал, как часто переменчивы настроения толпы и как ещё вчера обожаемых правителей свергали и убивали.

Нет, конечно столь массовое выражение верноподданнических чувств ему льстило. Только расслабляться и почивать на лаврах он не собирался.

— Гортензия, как раз, единственная в нашей компании, кто поддержал твой отъезд не попрощавшись, — Уля устроилась рядом с Олегом, держа его под руку, и отвечала с улыбкой, — Просто, когда гонец прискакал с известием, что ты уже прошёл пороги, к ней как раз явилось посольство от нового короля Синезии. Им было назначено заранее, а ты же знаешь, какая Гортензия формалистка.

— И ничего она не формалистка, — вступился за жену Чек, — она человек долга.

О том, что престарелому принцу удалось вернуть себе корону Синезии, разгромив республиканцев наголову на Оштерских болотах, Олег узнал ещё когда с Агрием отправлялся из Нимеи в Растин, но то, что новый король так быстро пришлёт посланцев к своему кредитору, даже не предполагал.

— Они деньги что ли привезли вернуть?

— Нет, ещё попросить взаймы.

Все трое рассмеялись. Не столько от ответа Ули, сколько от замечательного настроения.

— Как будто бы с войны победоносной вернулся, — напустив притворное недовольство, впрочем, не очень успешно, пробурчал Олег, комментируя бурную встречу, которую ему устраивали на всём пути следования кареты, — Жаль только, что барышни чепчики в воздух не бросали. Твоя недоработка, Чек, или Клейна?

— Я вне подозрений! — обрадовалась Уля.

Как ни хотелось Олегу сразу же окунуться в работу — измаялся от безделья, пока плыл от Рудного, и измучил себя мыслями о парсанцах и своём земляке — но весь оставшийся день его возвращения в Псков прошёл в праздности вместе с друзьями.

Гортензия наотрез отказалась обсуждать с ним сегодня дела, затискав его при встрече, словно маленького ребёнка. Да что Гортензия? Клейн, его универсальная машина делопроизводства, и тот вступил в явный сговор, как всегда невозмутимо заявив, что он не успел подготовить никаких документов и всё будет только завтра.

— Ты думаешь, нам самим не интересно узнать про результаты твоей поездки? — спросила Гортензия, когда придя из бани он обнаружил в своих апартаментах всех присутствующих в Пскове соратников, — Лично я просто сгораю от любопытства. Но мы решили, что сейчас нас всех ждёт отдых и веселье. А дела подождут денёк.

Оказалось, что встречей с друзьями дело не ограничилось. В большом зале дворца первая статс-дама организовала бал.

Злится Олег не стал, всё же по возвращении в столицу его не как Петра Первого, съездившего инкогнито в Европу, известие о стрелецком бунте не ждало. А совсем даже наоборот. Так что вечерний бал вместо утра стрелецкой казни был вполне логичен.

Но тратить много времени на развлечения и в самом деле было бы непростительным разгильдяйством. Поэтому, уже с самого утра он в кабинете встречал сестру и Гортензию, единственных магов среди его ближайших соратников.

Уля, та всегда была ранней пташкой, а вот Гора-то любила поспать подольше. То, что и она пришла к нему, что называется, ни свет, ни заря, подтверждало её слова об огромном любопытстве. Ну, сама виновата. Не он же вчерашнее шоу устроил?

— Интересная штучка, — сказала она, разглядывая вместе с Улей выложенный Олегом на стол парсанский артефакт, — Вижу огромное количество магии, а вот насколько она грозная, ощутить не могу.

— И я тоже, — Уля медленно протянула к кубику руку и не услышав от брата предостережения взяла артефакт в руку.

Заклинанию Познание Магии научить своих друзей у Олега ещё не получалось, но он был уверен, что рано или поздно они его выучат, а пока им придётся рассчитывать только на него.

— Весь секрет, над которым маги Тарпеции бились свыше сотни лет, на самом деле прост, — объяснил он, — И одновременно сложен. Прост в создании конструкта Оболочки, в которую заключаются наложенные на предмет исполнительные заклинания, и сложен в том, что запитать такой конструкт для его функционирования не хватит даже твоего размера магического резерва. Зато держится без подпитки два-три года, в зависимости от вложенных в оболочку заклинаний. Чем их больше, тем, естественно, меньше времени такой артефакт сохраняет свой функционал. Конечно же, количество применений каждой из таких штучек, — он взял из рук сестры кубик и подбросил его вверх, — ограниченно. Магия в нём заканчивается. Самое плохое для нас в данный момент то, что Оболочка усиливает вложенные в неё заклинания в два-три раза, а значит для того, чтобы проломить Сферу, созданную таким вот или подобным артефактом, тебе, Уля, придётся истратить почти весь свой резерв. Ну, не весь, но больше трёх четвертей точно. Да и меня хватит раза на три. А утешает то, что создавать такие артефакты могут только очень сильные маги и в очень небольшом количестве. И конечно, теперь и мы сами сможем делать нечто подобное.

— Форма артефакта имеет какое-то значение? — задала вопрос Гортензия.

— Никакого. Для магии никакого. Только для удобства использования. И ещё, вот этот цилиндрик, он позволяет применять артефакт людям без магических способностей.

Сестра и подруга, забрав у него кубик, довольно долго рассматривали его.

— Парсанцы серьёзные противники, — глубокомысленно изрекла Уля, но ты ведь всё равно всех сильнее, Олег.

Уверенность Ули в своём брате не знала границ. И это было не очень хорошо.

— Сильней надо быть не в магии. В данном случае, сильнее надо быть головой, — Олег забрал у Ули артефакт. Наигралась и хватит, — Значит теперь, с учётом серьёзных магических аргументов у наших противников, главная наша ставка будет на огненные трубы. Теперь нам надо будет не менее двух десятков пушек крупных калибров. Самый убедительный довод. Как-то так вот. Подробности своей поездки расскажу попозже. Теперь ваша очередь выкладывать, что вы тут натворили в моё отсутствие. Начни, Гора, ты. Как я понимаю, реставрация монархии в Синезии стала неприятным сюрпризом для оросских интриганов и для их подхрюкивающих лизоблюдов Линерии и Руанска. А то уж до меня доходили слухи, что эти недобитки опять там что-то пытаются злоумышлять против нас.