Поступление - Элиан Тарс

Дворецкий, который все это время нас сопровождал, провел нас через просторный светлый холл в уютную гостиную и удалился.

– Аскольд, приветствую в нашем доме, – поднявшись с софы, улыбнулась мне Алиса. На Оболенской-старшей было надето длинное платье с маками и домашние туфли. Выглядела она в этой одежде просто очаровательно. Уже не походила на лицеистку-старшекурсницу, как в школьной форме, а казалась элегантной молодой женщиной.

– Алиса Андреевна, добрый день. Для меня честь быть приглашенным в ваш дом. – Я поклонился.

– Ух ты, какие манеры, – улыбнулась девушка и, быстро подойдя ко мне, двумя пальчиками взяла за запястье. – Но со мной можно вести себя проще. «Алиса» будет достаточно. Присядем?

Яна куда-то исчезла, и в гостиной мы остались вдвоем. Правда, двери в холл открыты, и где-то снаружи стоит лакей, а в отдалении слышится голос дворецкого, который отдает приказы служанкам.

Я сел в кресло рядом с софой, Алиса вернулась на свое место. Опершись рукой на подлокотник, девушка с любопытством смотрела на меня.

– Ну как тебе у нас? – спросила она.

– Приятный дом и обстановка. Разве может быть иначе в доме великого князя? – спокойно ответил я.

– Рада это слышать. Ну а в школе как дела? Больше в неприятности не попадаешь?

– Наверное, нет, – пожал я плечами. – Я никого не трогаю. И меня вроде бы тоже никто не трогает.

– Но, знаешь, уверена, достаточно тех, кто готов тронуть. Но мы со своей стороны – со стороны учсовета, постараемся тебя прикрыть. На наших ребят никто из лицеистов сильно давить не будет. Да и к тому же, согласно уставу лицея, никто не имеет права вызывать члена учсовета на дуэль без одобрения замдиректора.

– Да, я читал об этом, – кивнул я. – Хорошее правило, иначе вашу власть постоянно пытались бы оспорить.

– Власть? – переспросила она. – Мы всего лишь следим за порядком и отстаиваем интересы учащихся. Да и главу учсовета выбирают лицеисты.

– Но далеко не каждый может пройти отбор и стать претендентом на должность главы, – хмыкнул я.

– Конечно, критерии для отбора среди лицеистов, не входивших до этого в учсовет, высокие – оценки, личные достижения. А вот из действующих членов учсовета кандидатов в свои преемники выбирает сам глава, – пожала она плечами и улыбнулась. – А что? Хочешь стать главой учсовета? Для начала вступи к нам, напиши заявление и дождись положительного ответа.

Если это не открытое приглашение, то я мало что смыслю в дипломатии.

– Я подумаю, – улыбнулся я. – Но, честно говоря, меня больше интересует клуб инженерной мысли.

– Да, я знаю, что ты туда зачастил. – Замглавы учсовета не стала скрывать, что следит за моей школьной жизнью.

– Кстати, я думал, аристократы не начинают серьезные разговоры сразу, без предварительной светской беседы, – ровным тоном проговорил я, глядя в ее голубые глаза. Интересно, что она ответит? Скажет что-нибудь в духе: «Ну ты же не аристократ»?

Выдержав мой взгляд, Алиса расплылась в добродушной улыбке и рассмеялась.

– А ты правда хотел поговорить со мной о погоде? – просмеявшись, спросила она. – Я подумала, что не стоит утомлять тебя такой ерундой. Но если хочешь… Завтра дождь обещают.

– Может, он уже ночью начнется, – отозвался я, усмехнувшись.

Послышались шаги, а затем раздался недовольный голос Яны:

– Гляжу, вам тут весело. Скоро чай принесут, и мама с Линой подойдут.

Я обернулся к дверям и узрел красавицу-княжну в ярко-зеленом платье. Приятно посмотреть на знакомых лицеисток в другой одежде, помимо школьной формы.

Яна, чуть задрав носик, прошла мимо меня и плюхнулась на софу рядом с сестрой.

– Великая княгиня тоже выйдет? – решил уточнить я.

– Как и еще одна великая княжна, – произнесла Алиса, наблюдая за моей реакцией.

– О, так вас три сестры?

– Вообще-то нас пятеро, – усмехнулась старшая Оболенская. – Но две средние живут в Твери. А младшая находится на домашнем обучении, так что всегда с мамой, не важно, в Москве она или возвращается в княжество.

– Пятеро… – удивленно покачал я головой.

– Ха-ха! Обычная реакция, – улыбнулась Алиса, но, услышав размеренный цокот каблуков в коридоре, посерьезнела и чуть выпрямила спину.

Взгляд обеих сестер был направлен на открытую дверь. Через десять секунд я впервые увидел великую княгиню Надежду Григорьевну Оболенскую. Еще по пути в их усадьбу Яна убедилась, что я знаю, как зовут ее мать.

Та выглядела очень достойно. Высокая женщина с прекрасной фигурой, гордой осанкой и красивым лицом, на котором не было заметно ни единой морщинки. Рядом со старшими дочерями она уже не казалась такой высокой, но все же была чуть выше среднего – с учетом небольшого каблучка домашних туфель ее рост составлял сто семьдесят сантиметров. Русые волосы, чуть более темного оттенка, чем у дочерей, были собраны в аккуратную прическу. Облачена Надежда Григорьевна была в бежевое платье с небольшим декольте, самую малость приоткрывавшим вид на большую грудь. Хотя до размеров Шапочкиной ей далеко.

За матерью шла уменьшенная копия Яны. Девочка пыталась выглядеть величественно, как мать, что с учетом ее милашности и малого опыта получалось больше комично.

Я поднялся с кресла и поклонился хозяйке дома, а старшая из сестер проговорила:

– Матушка, это Аскольд Сидоров, про которого мы тебе рассказывали. Он – один из лучших поступивших в «Алую Мудрость» в этом году.

– Доброго вам дня, Аскольд, – ровным тоном проговорила великая княгиня. – Спасибо, что откликнулись на просьбу моей второй дочери провести с ней спарринг. – Надежда Григорьевна прошла до кресла, которое стояло по другую сторону от софы, и грациозно в него опустилась.

– Думаю, это будет полезно нам обоим, – с полуулыбкой ответил я.

– Возможно, – кивнула великая княгиня. – Вы уже знакомы с моей младшей дочерью? – Она указала глазами на девчушку, а та сделала легкий поклон.

– Василина Андреевна так же прекрасна, как ее мать и старшие сестры, – все с той же вежливой улыбкой ответил я.

– Благодарю вас, Аскольд, – чуть дрогнувшим голосом пропищала младшенькая и заняла последнее свободное место на софе рядом с сестрами. Ее матушка на мой комплимент ответила лишь едва заметной полуулыбкой.

Ну что ж, можно и мне снова садиться.

Когда процедура знакомства была окончена, княгиня велела подать чай. Через минуту служанки расставили на чайном столике чашки и вазочки с десертами.

– Как вам учеба в «Алой Мудрости», Аскольд? – завела светскую беседу великая княгиня, когда все взяли чашки с чаем.

– Прекрасно, Надежда Григорьевна. Очень рад, что смог поступить в один из лучших лицеев страны.