Сын Анубиса - Михаил Ежов

— Традиция, — кратко объяснила Ливия, поправляя на мне складки одежды. Сирофана на примерке не было, зато Нефертари и сёстры обступили меня, придирчиво обсуждая каждый элемент наряда. Я даже почувствовал себя вроде ростовой куклы. Фоон волновался, хотя было очевидно, что результат его работы безупречен. — На самом деле, в очках вообще нет нужды, мы же в городе.

— Но я видел, что многие носят осмотические маски. Несмотря на силовые поля, не дающие песку занести город.

— Это люди с окраин, где песка больше. А мы едем почти в центр города.

Я решил больше не расспрашивать. В конце концов, не всё ли равно? Главное, что мне предстоит встретиться с одними из самых влиятельных представителей аристократической элиты. А практики у меня в подобных мероприятиях нет. Воскресные праздники в академии экзорцистов, понятное дело, не в счёт. Там никаким высшим светом не пахло.

В общем, я немного волновался. Куда сильнее, чем отправляясь убивать Одержимых. Ну, не смешно ли?!

Наконец, женская часть семейства Кормонов удовлетворилась и осмотром шмоток, и тем, как они на мне сидят. Фоон с облегчением уехал шить остальной гардероб, а мы отправились на взлётную площадку, где нас дожидался кортеж из десяти тяжелых вооружённых кораблей. По случаю того, что все члены семьи оказывались в одной корзине, в машины вкачали огромный запас шехира для генерации надёжных защитных полей.

Нам пришлось немного подождать Сирофана. Когда тот появился, мне выпала возможность оценить парадный наряд главы рода: белоснежные развевающиеся одежды выгодно подчёркивались бордовыми элементами и золотой отделкой. На груди красовались два герба. Не вышитые, а выложенные самоцветами в драгоценных оправах. Кроме того, он держал в правой руке короткий бронзовый посох с изящно изогнутым в крюк концом. На нём мерцали индикаторы, выдавая в предмете не просто символ власти и статуса, а технологичный гаджет.

Загрузившись в корабль, мы пристегнулись и поднялись в воздух. Через иллюминаторы виднелись остальные боевые машины сопровождения. Весь кортеж окутался насыщенными синими полями.

— Как я фыглязу? — спросила Асо. — Красифая? Сколько зенихов севотня найду?

— Меньше, чем я, — подмигнув, отозвалась Ливия. — Думаю, не больше двух.

Мелкая презрительно фыркнула.

— Есё чефо! Минимум десять! А фот ты, злюка, не потцепись и одново!

— Хочешь пари? — тут же предложила Ливия. — Если я тебя опережу, отдашь своего сокола.

— Итёт! — азартно сверкнув глазами, ответила Асо. — А с тебя тогда шакал! Согласна? Што, испугалась?!

— Ха! Ни капли! Шакал, так шакал! Хотя он куда лучше твоего сокола, если честно.

— Нисего подобного! Дафай, по рукам! Я тебя сделаю, дазе не напрягаясь, вот увидись, сестритька! Будесь рыдать в подуску горько-горько и долго-долго, пока фся фодитька ис тебя не фыйдет, и ты…

— Ну, всё, перестань! — поморщилась Нефертари. — Это уже не спортивно.

— Да, вообще-то! — поддержала мать Ливия. — Ты ещё не выиграла, чтобы ехидничать.

— Ферно, — легко согласилась мелкая. — Буду торзестфофать после праздника.

— После тебе будет не с чего торжествовать.

— Так, девчонки, не пора ли скрепить спор? — вмешался Сирофан. — А то слишком много слов.

Девчонки обменялись рукопожатием.

— Вы все свидетели! — объявила Ливия.

— Как есть, пред лицом великого Ра, — поднял ладонь Сирофан.

Нефертари сделала то же самое. Мне не оставалось ничего, кроме как повторить жест и слова за ними.

Корабли проносились над Мемфисом, и меня в который раз удивила его география: мегаполис был разделён на территории кланов, или, как их здесь называли, Домов, и в каждом блоке имелись районы, плотно застроенные небоскрёбами, храмовые комплексы, некрополи, промзоны, военные комплексы, парки и сады, а также ирригационные постройки. Сверху это напоминало города, построенные игроками в стратегии. Сходство усиливалось тем, что преобладали прямые линии и углы. Вообще, квадрат являлся основой географии и архитектуры Луксора.

Кортеж проносился между небоскрёбами, огибал острия пирамид, венчавших чуть ли не четверть зданий в городе, маневрировал в потоке других летающих транспортов. Наконец, впереди показался огромный дворец рода Садек, и мы пошли на снижение.

Аэродром, окружённый рослыми пальмами, уже был занят несколькими десятками кораблей. Повсюду виднелись прибывшие на праздник. Встречавшие гостей слуги провожали их к распахнутым дверям шестиэтажного дворца, выглядевшего куда внушительней того, что принадлежал Кормонам. В воздухе, напоминая стервятников, кружили дроны наблюдения. Пока мы приземлялись, прибывали другие гости. Силовые поля выключались только над самой посадочной площадкой, отчего белые плиты то и дело приобретали ледяной голубой оттенок.

Мы спустились по трапу в положенном порядке: сначала Сирофан с Нефертари, затем я, а замыкали шествие Асо с Ливией. Охрана оставалась с кораблями. В дом вооружённые солдаты по понятным причинам не допускались. Ответственность за безопасность гостей целиком возлагалась на хозяев праздника, так что в небо уставились всевозможные орудия, истребители Садеков были наготове, а по территории вокруг дворца разгуливали ощерившиеся пушками и пулемётами бронеходы, похожие на песочного цвета огромных жуков.

Нас встретил слуга. Торжественно поприветствовав, пригласил в дом и, кланяясь, повёл к дверям, стараясь прокладывать маршрут так, чтобы он не пересекался с траекториями движения других процессий, некоторые из которых были куда длиннее наших.

Когда мы поднялись по широким ступеням, пришлось пройти через сенсорную рамку, установленную на входе. Как только мы оказались в огромном холле, отделанном в традиционном египетском стиле (камень, барельефы, иероглифы, фонтаны, бронза, позолота, белый и синий цвета, а также куча ростовых статуй местных богов), к нам направился невысокий плотный мужчина в роскошных фиолетовых одеждах. В его чёрной курчавой бороде сверкали драгоценные камни, а глаза переливались чуть ли не всеми цветами радуги, что выдавало дорогущие полисенсорные импланты.

— Мой дорогой Сирофан! — воскликнул мужик, воздевая толстые, унизанные золотыми перстнями пальцы. — Как же я рад, мой дорогой! Госпожа Нефертари, звезда южного небосвода! Как всегда, бесподобна! Прошу, друзья мои, проходите скорее! А это кто?! — мужик театрально округлил глаза, сверкнувшие множеством разноцветных искр. — Неужели ваш сын?!

Глава 52

— Именно так, дорогой Телегон, — Сирофан развернулся ко мне и сделал знак подойти. — Прошу познакомиться. Ахенатон. Мой наследник.

— Слышал о вашей радости, — расплылся в улыбке глава рода Садек. — От души