Помещик - Михаил Шерр

— Андрей, Серафим, несите куски на кухню. Цех еще не готов, поэтому пока будем работать здесь.

Пока мужики носили мясо Пелагея, Настя, Мария и Анфиса начали готовить рассол. Дуняшу я распорядился сегодня не трогать и отпустить к отцу.

То, как Серафим с Настей начали работать, мне очень понравилось: с большим желанием и пониманием, очень старались и все у них быстро и ладно получалось.

К полудню первый этап приготовления полуфабриката был закончен. Тщательно обработанные и уложенные куски грудинки были опущены в подпол.

— А теперь, ребятки, давайте сами приготовьте вот это, — щечки, спинки и все остальное заготовленное мною для «эксперимента» с другими видами мяса, я решил в последний момент поручить обрабатывать будущим мастерам-беконоведам.

Они похоже уже чувствовали себя уже вполне уверенно и тут же принялись за работу.

Глядя как ребята работают, я вдруг подумал:

«А как дело пойдет, так сразу же могут появится конкуренты. Ума большого не надо, чтобы сообразить как такой продукт готовить. Тут и промышленный шпионаж не нужен».

Мне сразу же вспомнился разговор с губернским регистратором Волковым.

«Интересно как обстоят дела с моей протекцией и арендой дома? По идеи господин титулярный советник уже должен и нарисоваться, — я потрогал карман, на месте ли моя записная книжка. — Ну раз такая мысль пришла в голову, жди сегодня известий из Калуги».

Обед в итоге у меня получился позже обычного. Настроение у меня было на все сто: отличное самочувствие, без сучка и задоринки проведенная заготовка и засолка беконного полуфабриката, ни каких признаков туч на моем «горизонте».

После обеда меня ждала беседа со старостой. Сидеть в доме желания не было и я расположился в павильоне, где недавно принимал калужского полицеймейстера.

Староста немного робел, сразу же видно, что ему не привычно находиться в барской усадьбе.

— Садись, Сидор Матвеевич, в ногах правды нет. Мы с тобой я думаю о многом должны обстоятельно поговорить, — мое предложение было видимо полнейшей неожиданностью для старосты и он залился румянцем как красна девица.

Примостившись на краю стула, он ни как не мог начать говорить и вдруг к моему изумлению достал из кармана смятую грязноватую бумагу.

— Ты, Сидор Матвеевич, давай-ка садись по-людски, а то как воробушек примостился на жердочки. Того и глядишь, свалишься.

Старосту мои слова успокоили, а листок бумаги придал ему видимо уверенности.

Он положил его на колени и аккуратно разгладил. Мне хорошо было видны какие-то не понятные и мне каракули.

— Барин, дозволь сначала о своем.

— Мы все, — Сидор Матвеевич обозначил какую-то фигуру в воздухе, — интересуемся когда крестины будут у басурмана.

В этот момент я вспомнил, что перед завтраком Пелагея подала мне записку от батюшки. Я её положил в записную книжку и успешно забыл прочитать.

— Сейчас, мы с тобой это и выясним, — перебил я старосту и достал записку.

Отец Петр спрашивал, удобно ли мне будет провести крестины дней через пять. Если да, то он хотел бы познакомиться поближе с Вильямом и провести с ним несколько бесед.

Языкового барьера у них нет. Оказывается наш батюшка, в отличии от многих других, человек образованный и знает в частности языки. Тороповым невежда в фактически домовом храме был не надобен и они добились назначения на приход своего кандидата.

Наличие крестных Вильяму не обязательно, оказывается взрослого можно крестить и без них.

Я прочитал еще раз вслух записку батюшки и вопросительно посмотрел на старосту. Он довольно заулыбался, его смущение как рукой сняло.

— Хорошо, барин, хорошо. Вот и меня вопрос и просьба по этому поводу. А где вы, барин, желаете чтобы молодые жили?

— Да мне все равно, — пожал я плечами. — Решай как вам удобно. Марии я дам вольную, это будет мой свадебный подарок.

Старосту как подбросило со стула. Он рухнул мне в ноги.

— Спасибо, барин. Спасибо, благодетель.

В беседе невольно получился перерыв. Я спокойно подождал пока староста возьмет себя в руки и снова сядет на стул.

— Продолжай, Сидор Матвеевич.

— Мы, барин, то бишь я и все мои остальные, просим разрешения молодым жить у нас, — староста замялся. Ему вероятно сложновато барину объяснить почему он так просит.

— Не объясняй, — усмехнулся я. — Понятно почему просишь об этом. Если вам так удобно, — я развел руками, — баба с возу кобыле легче. Только на службу являться без опозданий. А как на другое поставлю, без звука и бегом.

Старосту такое решение явно устроило и обрадовало и он заговорил увереннее.

— Дозволь, барин, ему уже перейти к нам. Баловства я не допущу, а мы начнем приглядываться к нему. Уж очень чудно нашей девке за басурмана идти.

— Ну коли так вопрос ставишь, тогда давай поступим, — я выбил барабанную дробь пальцами, — давай поступим так. Я им даю отпуск до крестин, на крестины естественно и два дня после. Годится?

— Годится, барин, — на распев произнес довольный староста.

— Тогда, как с тобой закончим совет держать, забирай.

Почти час, после решения личного вопроса, староста рассказывал мне об общественном.

Оказывается вчера на деревне был сельский сход. Дорешивали сегодня с утра, поэтому никто мне ничего не рассказал, так как договорились барину сообщить уже готовое решение.

Решение схода меня порадовали. После длительных дебатов, временами переходящих чуть ли не в драки, решили предложить барину всю землю обрабатывать одним клином.

Особенно за это ратовали братья Степана. Они грамотные и оказывается провели свое исследование земель имения. По их подсчетам получилось, что не меньше пяти процентов пашни уходит на межевые борозды. Этот аргумент оказался решающим.

«Офигеь, — подумал я, услышав эту цифру. — Не меньше двадцати гектаров земли пустует».

Староста на этом месте сделал паузу, давая мне возможность переварить эту информацию.

Я позвал Анфису, которая что-то делала на крыльце.

— Принеси коньяк, два бокала, нарезанный лимон и сигары.

Анфиса ушла, а я продолжил:

— Не думал, что так много, — покрутил я головой. — Это же не меньше двадцати десятин.

— Да неправильно они, барин намерили. Я промолчал, да только земли больше гуляет.

— Даже так, — слова старосты меня вообще повергли в трепет.

Да только из-за одного этого коллективизация сельского хозяйства насущнейшая необходимость для страны. Особенно здесь в Центральной России.

Анфиса девица на ногу оказалась легкая и на столе передо мной появился коньяк, два бокала, тарелка с нарезанными