Король - Андрей Посняков

– И кое-кого забыл пригласить, – язвительно буркнул барон. – Ну, конечно – королю куда интереснее с фрейлинами, нежели со своими вассалами. Еще чего пишут?

– Еще пишут, будто бы его величество собирается открыть университет. Только пока не ясно, где – в Оберпалене, Феллине, Вике?

– Хо! Нашел города для университета! – фон дер Гольц расхохотался со всей своей обычной желчностью и спесью. – Оберпален, Вик… Тьфу! Никакие это не города – деревни поганые, и народишко там такой же. Мужики-лапотники! Он еще бы на Эзеле открыл, вот бы студенты коровам хвосты крутили.

Барон снова захохотал, и ему несмело вторили приближенные: управляющий замком фогт Леонард Цорн, двое бугаистых парней-оруженосцев и одетый в дешевое, но модное платье паж Эрих фон Ландзее – юноша лет шестнадцати, единственный из всех – грамотей. Он и читал некие красиво отпечатанные листки, шитые вместе суровой нитью и еще снабженные забавными рисунками. Именовались листки не шибко благозвучно, зато с претензиями: «Ливониа Вахрхейт» – «Ливонская правда», и раздавали их, по словам пажа, на всех рынках – задарма, бесплатно.

В замке Гольц, как и во многих других пережитках феодализма в Ливонии, в свободное от войн и грабежей время обычно царила страшная скука, едва ль не сводившая с ума, а потому подобные листочки пришлись там весьма кстати. Хоть какое-то развлечение, причем – весьма забавное. И это уже был второй выпуск. Первого в замке не видели, упустили, а вот второй пришелся по душе, по крайней мере, и сам барон, и его столь же неграмотные приближенные слушали с интересом. А что еще длинным скучным вечером делать? За окнами снег пополам с дождем, враги где-то под Везенбергом застряли, подлых мужиков трогать – разбойничать – король строго-настрого запретил и уже пару ослушавшихся баронов повесил, не постеснялся ничуть.

– Ого! – округлив глаза, неожиданно ахнул Эрих. – Интре-е-есно…

– Чего тебе там интересно? – хозяин замка, сидя в черном резном кресле с высокой спинкою, подогнал пажа: – Читай, давай.

– Так я и читаю… – юноша задумался, наклонив голову, белокурые локоны его упали на грудь. – Только… Тут слово непонятное.

– Экий ты грамотей! – желчно хмыкнул барон. – Непонятно ему, ишь… Кто в Гетенберге учился, я или ты?

– Так ведь не доучился же… – паж жалостливо скривил губы. – Вот, читаю вслух – рей-тинг. И что это такое, спрашивается? Какой-то рейтинг.

– Ты читай дальше, – повелительно кивнул фон дер Гольц. – Там разберемся как-нибудь.

– Рей-тинг. Самый элегантный монарх… Первая десятка… Филипп Испанский, Елизавета Английская, французский Карл… потом Фредерик датский… Ага – на втором месте – наш король Магнус.

– Хм, интересно – места у них, – не выдержал фогт. – Как у борцов на рынке!

– На втором месте Магнус, значит, – старый Фридрих почмокал губами. – А на первом кто?

– Царь Московский Иоанн!

– Кто-о?! – следом за господином изумленно ахнули все. – Московитский царь – самый элегантный? Да он танцевать-то умеет ли?

– Тут написано – царь Иоанн «в свободное от управления государством время» стихи для духовных песнопений пишет, – заглянув в «Правду», пояснил паж. – Вот еще – самый щедрый государь… Ну, тут наш Магнус на первом месте, Иоанн – на втором… Ха-ха! А про шведского Юхана написано – «не вошел в десятку».

Фон дер Гольц радостно хлопнул в ладоши:

– Так и верно, что не вошел! Юхан скупец, каких поискать. Вы Стокгольм видали? Деревуха рыбацкая, а не столица. Грязно, свиньи везде валяются, рыба дохлая гниет… Ну, еще, еще что там пишут?

– Еще пишут: на балу блистала красавица королева Мария…

– Ну да, знаю, знаю – племянница царя Иоанна. Слышал, что очень красивая женщина… Хотелось бы взглянуть. Что там еще?

– Рейтинг придворных дам за прошлую неделю… Ха! – Эрих вдруг подскочил на скамье и с восторгом хлопнул себя по коленкам. – Понял! Понял, что такое рейтинг. Рейтинг значит – сравнение.

– И как же придворных дам промеж собой сравнивать? – озаботился фогт. – У кого титьки больше?

– А вот тут и написано – «по многим важным параметрам». Не уточняется, по каким… О-о! тут еще есть – рейтинг читателей!

Глаза барона азартно блеснули:

– Это что же, и мы можем написать?

– Да, тут и адрес написан, куда гонцов отправлять – Оберпален, королевский замок.

– Ага-а-а… И что там за прошлую неделю рейтинг? Кто на каком месте?

– На первом – придворная дама Элиза фон Веккельберг…

– Знаю я Лизку! Шлюха еще та.

– На втором – Агнета фон Марка, – продолжал чтение паж. – На третьем – Матильда фон дер… О! Пишут – еще одной красавицы нету, приболела, мол.

– Королева?

– Не, королева вне конкурса. Какая-то Александра фон Нейштадт, новая королевская фрейлина. Вот про нее написано: изящная, как цветок, стройная, как серна… еще отличается умом, скромностью и добродетельностью. Между прочим, хочет выйти замуж… то есть это его величество намеревается ее выдать. А вот жениха еще нет… Просят выбрать самых достойных! Уже и список предложен… Ого!!! – Эрих снова подпрыгнул. – Господин барон – и вы там есть!

– Где?!

Поспешно вскочив со скамьи, паж подбежал к своему сюзерену и показал листок:

– Вот тут, видите… Между Герлахом фон Нейе и Оффой фон Риппертропом!

– Что-то? Между этими двумя дураками?! Кто еще в списке? Читай!

– Еще барон Людвиг фон Ратт…

– Тупица!

Паж замялся и покраснел.

– Мой господин, я бы не…

– Не ты тупица, а Эрих фон Ратт! Болван набитый и сноб. Читай далее!

– Герман фон дер Шлак…

– Урод, каких мало!

– Йозеф фон Майер…

– Известный всем негодяй и бабник! Причем нищий, как церковная мышь.

Всех кандидатов в женихи старый Фридрих раскритиковал нещадно, а затем велел Эриху написать под диктовку письмо, в котором, как мог убедительно, доказал, что единственный достойный кандидат в женихи – это он, славный барон фон дер Гольц! В тот же день письмо было отослано с нарочным.

* * *

Писали в «Ливонскую правду» много, и Леонид веселился всласть. Выходит, не зря придумал все эти рейтинги! Веселясь, король вызвал Петера, бывшего слугу, а ныне – мажордома, коему было поручено отвечать за раздел «Новости из дворца».

Похвалив парня за все уже исполненное, Магнус попросил его сочинить статью о молодых дворянах. Об их веселой, богатой и чрезвычайно интересной жизни, полной рыцарских схваток, захватывающих путешествий и изысканных любовных интриг.

– Надо так написать, Петер, чтоб любой искатель приключений из хорошей семьи – третий сын или четвертый – обязательно поехал бы к нам и нанялся в войско. О богатстве не скажу, о любви – тоже, но слава у него будет – точно. Потому как слава нынче полностью в наших руках!