КрасавЕц - Елена Бади

Венера заметно обрадовалась, словно тяжкий груз упал у нее с плеч. Все-таки, как иногда выражался Шторм, Великие силы существуют в природе и ссориться ни с сестрой, ни с единственной подругой у нее не было никакого желания. Учитывая, сколько ей пришлось пережить, чтобы ее мечты исполнились, она не хотела терять ни одно из приобретений. Ни Лею, чудом найденную в просторах Вселенной, ни новых друзей, не позволяющих произносить гадости за ее спиной, ни верного супруга, любящего ее такую, какая она есть и никого она не отдаст ни за какие коврижки и уж тем более за космоденьги, предлагающие в обмен за них дебильным Содружеством. Даже ИСИ они забрали с собой и установили в этом доме, не желая расставаться с техническим существом, сыгравшим немаловажную роль в их жизнях.

— Болит? — Венера участливо положила руку на ширинку мужа, ощущая твердый бугор, который еще чуть-чуть и обретет голос, ругая нерадивую жену. А она ведь обещала супругу!

Вжик. На волю выскользнул покрасневший от злости орган, готовый извергнуться от любого прикосновения девушки. Циклон схватился за шаловливые конечности супруги, стараясь остановить ее предварительные ласки. Передерка в душевой кабине не помогала, а на большее она пока не смел рассчитывать.

В этот раз Венера зашла намного дальше, вгоняя Циклона в эротический ступор. Мужчина округлил глаза, наблюдая за тем, как девушка соблазнительно исследует обделенное вниманием достоинство и доводит его тело до мелкой дрожи. Только когда мужчина кончил в прямом смысле этого слова в ее рот, то только тогда сообразил, что он натворил. Бухнувшись перед ней на колени, Циклон запричитал:

— Маленькая, зачем, зачем, зачем… Тебе же нельзя. Это опасно. Ты могла подавиться, я бы потерпел.

— Знаешь, что милый, — довольно вытерла губы супруга, — это конечно замечательно, что мы все время признаемся друг другу в любви. Однако хочется какого-то подтверждения словам.

— А можно я тоже? — своевременно спохватился супруг, желая доставить Венере такое же неземное блаженство, какое испытал сам минуту назад.

— Да без проблем, — девушка дернулась и тут же схватилась за живот, болезненно протянув, — только чуть позже. По-моему твоя дочь просится наружу.

— Я же говорил, стоит поберечься, — как обычно влез ИСИ.

— Заткнись, — злобно буркнули оба, готовясь к появлению нового члена их семьи.

Двое мужчин с нетерпением ожидали окончания родов, проходящих с помощью технологий. Уже несопротивляющуюся от болей девушку уложили в барокамеру, настроив определенную программу.

Циклон не позволил наблюдать Шторму за таинством процесса. Кроме того, барокамера защищала роженицу от непроизвольного выброса энергии, и любое изменение состояния девушки контролировалось соответствующими настройками.

Когда изрядно перенервничавший мужчина был приглашен ИСИ обратно, Шторм не ожидал, что его воодушевленность сдуется за несколько секунд. Циклон с любовью и аккуратно поддерживал малышку на руках и вглядывался в орущего ребенка. Шторм поморщился. С ее криком могла посоперничать сама банши с планеты Альтоцин. В принципе голос был не самым главным недостатком. Кожный покров ребенка был морщинистым и бледным, а на голове виднелось несколько белых пушистых волосинок.

— Красивая? — с придыханием обратился к нему Циклон. Шторм еще раз взглянул на кроху, обратил внимание на черно-белую едва различимую татуировку у нее на шее и перевел глаза на платформу барокамеры, где безмятежно спала Венера, укрытая белым покрывалом.

— Мг, — поддакнул он, не отводя взгляда от последней. По-моему ему пора бежать и устраивать себе жизнь каким-то другим образом. Тяга к Венере так и не прошла, а ребенок — он пока еще просто ребенок. По всем параметрам девочка родилась стихийницей. В связи с этим, в зрелом возрасте, Шторму придется взять себя в руки, чтобы попробовать переспать со страшилищем и привязать себя к ней.

Может как-то обойдется, и он сможет разорвать незримые узы, как когда-то сделал Вулкан? Из-за Циклона с его супругой ему ничего не светит, а их дочка… Что на ней свет клином что ли сошелся.

— Мне нужно прогуляться, — попятился Шторм к выходу, загрузившись нелегкими мыслями и устремляясь в ближайший космопорт.

Циклон прищурил глаза и выпалил вслед: — Скатертью дорога, — если хвостатый думает, что такое бегство простит его семья, то глубоко заблуждается.

Двадцать долгих лет Шторм скитался по Галактике, приставая к каждой симпатичной, по его понятиям, женской особи и пытаясь унять боль в груди. И если он мог утихомирить ненадолго похоть, то, что касалось в остальном — претерпел неудачу. Он жалел, что покинул планету, не попрощавшись и не объяснившись толком ни с кем. Первое время Венера пыталась найти его через различные службы, передавая короткие сообщения о том, что надеется на его возвращение. Но чем больше мужчина оставлял за собой шлейф разбитых сердец, тем меньше он получал весточки из далекого прошлого. И когда, наконец, про него окончательно забыли, он с неудовольствием понял, что хочет вернуться обратно.

Настоящее время. Планета Шаула.

Шторм который час стоял на пороге знакомого особняка, оббивая ступеньки и пререкаясь с ИСИ. Интеллект не постарел ни на йоту, в отличие от него самого. Мужчина заматерел и как-то перестал принимать вид бесшабашного и безалаберного доходяги. Поскитавшись по Вселенной в поисках своего счастья, он наконец-то осознал, что все это время знал, где оно находится. Прикупив подарки каждому, и заранее отправив их курьером, Шторм понадеялся, что его хотя бы пустят в дом и выслушают. То, что он испугался в первую очередь внешности ребенка, он решил тактично умолчать и надавить на не проходящие чувства к Венере. Сам-то он разобрался, что к этой девушке испытывал лишь благодарность.

— Шторм, Шторм, Шторм, — взял паузу ИСИ. — Нет, к сожалению, такого имени не припомню, — это было сказано так по-издевательски, что мужчина проникся, пытаясь вычислить, чем успел обидеть комп. Хотя это невидимое существо без плоти не должно иметь ни чувств, ни эмоций.

— ИСИ, хочешь, я навсегда сотру тебя с поверхности этой пустынной планеты? — пригрозил мужчина, прекрасно разбирающийся в электронике, программах и их взломах.

— Нечего угрожать моему дворецкому, — послышался уставший голос Венеры. — Все равно ничего не сможешь ему сделать. Кое-кто постарался, — со смешком добавила она. — Проходи, в ногах правды нет.

Шторм поддался вперед, намереваясь обнять ту, которую когда-то вожделел, но сдержал неуместный порыв. Как она к нему относится? Возненавидела или ей все равно, фиолетово на него? Девушка несильно изменилась, как будто они расстались пять минут назад, а недолгие двадцать лет.

Они прошли в гостиную и уселись в кресла напротив друг друга.

— Знаешь, мне было неприятно, — издалека начала девушка. — По крайней мере, я не заслужила такого отношения к себе.

Мужчине стало стыдно. Все доводы, которые он хотел привести в оправдание, показались ему незначительными.