Сильнейший ученик. Том 4 - Андрей Сергеевич Ткачев

Дальше змеёй вывернуться из его захвата ног и самому повалить противника на пол, нацелившись в ноги. Два удара под колени и вот он уже сам валится на пол. Короткие мгновения борьбы и мне удается перехватить инициативу, выворачивая его руки. Мой противник ещё пытается брыкаться и использует свою силу, чтобы вырваться из этого положения, но я не собираюсь давать ему такой возможности и выворачиваю конечности из суставных сумок.

Это в достаточной мере болезненно, чтобы парень, тихо вскрикнув, отрубился от болевого шока, несмотря на всю свою ярость. Я поэтому и постарался действовать сразу с двумя руками, чтобы эффект наложился, да и остальные повреждения должны были давать о себе знать, просто он игнорировал сигналы организма в угаре боя.

Устало выдохнув, я окончательно добил оставшихся двоих, а то они уже начинали более активно шевелиться. И да, я не удержался и ещё раз мстительно проехал по ребрам того парня, из-за которого я упал. Не совсем достойное поведение, но если бы я не успел вовремя среагировать, то из-за его действий проиграл бы бой. В следующий раз определённо нельзя оставлять за спиной недобитков, даже если они кажутся недееспособными из-за травм.

— Вот значит как? — сощурив глаза, посмотрел на меня тот лидер банд, который был в очках. — Справился с нашим бешеным другом. Значит, это про тебя говорят на улицах?

— Не знаю, не слышал, — хмыкнул я, стараясь дышать размеренно и не выдавать, что я действительно подустал играться сразу с четырьмя противниками, которые всё никак не хотели сдаваться. — Слухи разные ходят, если ко всем прислушиваться, то можно и сойти с ума.

— Но всё же стоит сказать нашему другу спасибо, ведь теперь тебя будет легче поколотить, — демонстративно похрустывая костяшками пальцев, произнёс тип в безрукавке.

Вот эта вся игра мышцами лишь показывала, что он любит демонстрировать свою силу и привык, что на это обращают внимание. Более того, на кого-то это могло оказать достаточно деморализующий эффект, а значит, сражение будет выиграно ещё до его начала.

Жаль, но меня подобным не напугать, тем более я видел, что он слишком сильно сосредоточился на своих руках и если не даваться ему в захваты, то вполне можно победить и без особых усилий.

В этом плане меня больше напрягал его сосед. Он был худощав и в то же время в достаточной мере раскачан, чтобы говорить о том, что парень уделяет много времени своему развитию. У этого очкарика даже всё выглядело довольно гармонично, но вёл он себя слишком спокойно и лишь проявлял лёгкое любопытство. Он пока оставался для меня тёмной лошадкой, о которой я ничего не мог на данный момент сказать.

— Не суйся, я с ним сам справлюсь, — пренебрежительно бросил татуированный силач своему товарищу. — Масочники будут очень мне признательны, если я им доставлю того, кто устроил шорох у нас на районе. Ты что та мелкая вошь, вроде и не мешаешь, но раздражаешь одним своим присутствием. Да и с твоим спутником, — кивнул он в сторону Кайны, — мы тоже позабавимся. Зря сюда втянул мальчишку. Это игры для больших мальчиков.

Не представляю, как моя подруга удержалась в этот момент. Я слышал лишь как скрипнули рукоятки тонф в её руках, но она благоразумно осталась на месте, положившись на меня.

Я, конечно, понимал, что фигура у Кайны не выдающаяся и её наряд отчасти скрадывал все её особенности, но это же надо быть настолько слепым, чтобы не понять, что перед тобой девушка?! Сразу понятно, что кто-то сосредоточился на посещении качалки, а не на собственном развитии.

Больше не став ничего говорить, силач бросился ко мне, утюжа воздух рядом с моей головой своими пудовыми кулаками. На самом деле он пытался попасть мне в голову, и для кого-то другого даже одного попадания было бы достаточно, чтобы поплыть, а то и вовсе потерять сознание, но мой противник из-за своих габаритов был слишком медлительным. Да и работа ногами у него была на совершенно отвратительном уровне, так что он мог побеждать, только благодаря напору и своей физической мощи.

Я не торопился сходиться на сближение, и пока позволяла обстановка, уклонялся и отступал. А то было уже пару раз, когда после удара кулаком он пытался уцепиться за мою одежду. Что будет после этого, достаточно очевидно, и в такую западню попадать мне совсем не хотелось.

Но самое напряжное было не это, а то, что последний мой противник всё это время внимательно следил за мной, будто анализировал, как я буду поступать. Специально позволяет остальным сражаться со мной, чтобы изучить, как я действую? Если я прав, то нельзя давать ему увидеть многое. Да и я, хоть и мог похвастаться своей выносливостью и вообще стойкостью, понемногу начинал сдавать. Чтобы восстановиться после первых минут боя требовалось куда больше времени, и его мне никто не собирался давать.

— Ну, иди же сюда! — радостно улыбался этот бугай. — Хватит убегать как трусливый цыплёнок.

— Неужели это когда-то помогало? — отскочив от очередного его замаха, спросил я.

— Ты не представляешь, насколько много людей, которые не любят, что их называют цыплятами, — охотно ответил он, продолжая наседать на меня. Пусть и двигался парень медленно, но стоит признать: выносливость у него была на высоком уровне, так как он даже не замедлялся, несмотря на большую трату энергии. — Что скажешь, цыплёнок? Может, ты тоже такой?

— Не угадал, — хмыкнул я.

За миг до этого я специально сместился ближе к одной стене и сделал вид, что совсем не ожидал её обнаружить позади себя. Мой противник с радостью купился на эту уловку и бросился вперёд, вложив силу в свой удар.

Нырок вниз и перекат в сторону. Это позволило мне избежать попадания, а вот кулак парня влетел в стену и, что удивительно, не встретил никакого ощутимого сопротивления.

Да он её пробил насквозь! Я, конечно, понимаю, что эта стена не несущая, но с какой же силой он бьёт, что выбивает кирпичи из кладки?

Более того, мой противник даже не поморщился от боли и демонстративно спокойно вырвал руку из дыры и отряхнул её от пыли. Заодно показал, что она у него от этого столкновения нисколько не пострадала.

— Неужели думал, что какой-то жалкий кирпич в один ряд сможет меня остановить?! — рассмеялся он.