Выше Солнца - AllianceSpecter

взгляд. Её дерзость была крайне опасна, особенно учитывая то, что происходило всё перед глазами наших иностранных гостей и врагов. Я же обязан был оставаться беспрекословным лидером, деспотом и тираном, в руках которого находилась абсолютная власть. Моё слово должно было быть законом, а не предметом споров. Если это в какой-то из дней поменяется, то междоусобные войны вспыхнут огнём тысяч домов и брат пойдёт на брата.

К сожалению, именно такие порядки у этого мира, и пройдут минимум десятилетия или даже века, прежде чем удастся хоть что-то поменять. До тех пор все советы будут закрытыми и только там, наедине с приближёнными, кто-то будет давать мне советы и указывать на допущенные ошибки.

— Прошу меня простить, — тем временем добавила Королева, поняв, что моя аура становится лишь тяжелее и опаснее.

— Ступай на охоту, возьми в плен как можно больше врагов.

Королева быстро убежала, а ледяной барьер тем временем растаял. Дружинники внизу стояли уже по пояс в воде, крови, некоторые из них держали раненых товарищей с переломанными ногами, другие готовились использовать остатки магических сил для атаки или защиты. Никто из них ещё не погиб, а тот желтоглазый маг молний, кажется, хотел убить меня одним ударом. Или хотя бы попытаться это сделать.

— Согласен?! — спросил я ещё раз, уже начав напрягаться, ведь пауза затягивалась. — Или ты так хочешь сдохнуть здесь ради славы?! О своих землях и семье подумай! Позор за эту осаду и так ляжет на весь твой род, но если ты ещё и сложишь голову здесь, и оставишь семью без главного защитника… ты понимаешь, о чём я говорю, Олег?!

— Понимаю, — тихо произнёс князь, глядя на раскаленные дула солнечных копий на балконе.

— Бросьте оружие. Крови уже пролилось достаточно.

Дрожащей рукой, глядя на своих готовых к смерти дружинников, Олег уже не думал о том, как бы смыть позор кровью. Ведь сколько крови в такой бойне не пролей, всё равно история запомнит лишь одно: сокрушительный крах сильнейших северян в осаде какого-то там портового городка.

Никто не будет вдаваться в подробности, узнавать детали, слушать рассказы про иномирные технологии и самодура короля, который вместо пополнения военного бюджета начал строить свои теплицы и висячие сады. Все запомнят лишь одно: как князь Олег повёл свою армию в бой и потерял всех до единого, не добившись ровным счётом ни-че-го.

И как только Олег провалился на дно, то под раскаленным маслом понял две вещи: стратегию войны надо было менять ещё несколько веков назад, и равной эпичной битвы явно не планировалось. Так стоило ли это всё жизни отцов и сыновей? Свою честь он опозорил, но если он выживет, возьмёт всю ответственность на себя и отречётся от титула… таким образом он спасёт от позора других. Только сейчас этот вариант показался ему разумным.

— Ты победил, — сокрушённо признал Олег, закрывая глаза и закапывая в могилу своё имя, котороё он с честью носил всё это время.

— Князь…

— Сложите оружие. Я вас подвёл. Меня обхитрили как юного волка… надо было догадаться, что орудия с того стального корабля уже внедрены в оборону, раз он ни разу не использовал их в контратаках по морю. Старость повлияла на остроту ума.

Так была подписана капитуляция. Я передал северянам раненых и тела их товарищей, позволил забрать с собой броню и оружие. Всё было проведено по чести, чему враг крайне удивился, но не сильнее моих вассалов, которые были в бешенстве, глядя, как заклятый враг грузится на галеры. Но спорить со мной никто не решился, ведь все хорошо помнили, как я размозжил череп Герлиону голыми руками, а с тех дней мои силы лишь возросли.

К утру третьего дня вокруг города остались лишь последние отряды северян, ведь остальные уже давно сбежали. Я стоял на берегу, а рядом находился хмурый Олег, который до сих пор не верил, что никого из них не повесят и даже не покалечат. Что уж там, я не взял даже обещания более не брать оружия в руки в войне против меня, ведь понимал, что такого слова мне не дадут. А если и дадут, то нарушат.

— Не расстраивайтесь, Олег, вы дрались достойно, просто… — произнёс я, после чего кивнул за свою спину, где находилась батарея солнечных копий. — Артиллерии плевать кого убивать. Будь у вас всё это — вы бы победили. А так… нивелировать качество количеством получается не всегда.

— Так значит это правда? Вы всё же из другого мира? Признаться, я в это до последнего не верил.

— Да, и в наших войсках было и куда более грозное оружие. Но пока что я внедряю только этот примитив. Всё же за один день солнечный мост с нуля не построишь, — ответил я и усмехнулся, чем ещё сильнее напряг Олега.

— Благодарю вас, Александр. За то, что проявили милосердие и не стали сжигать всех заживо. И за то, что позволили вернуться домой с оружием в руках, а не побитыми голодранцами…

— Вы бы поступили также.

— Нет. Не поступил бы, — честно признался Олег, после чего слегка поклонился и отправился на последнюю галеру.

Я же некоторое время постоял и проводил их взглядом. В этот момент ко мне подошёл Ариэль, который как всегда выглядел задумчиво.

— Таки вы не боитесь, что за ваше милосердие в следующий раз вы заплатите жизнями тысяч своих воинов?

— Нет, не боюсь, — спокойно ответил я и развернулся, чтобы вернуться в руины портового города. — И вы сами знаете почему.

— Ну конечно знаю! Север же всё запомнит!

Да, север всё запомнит. А война будет тяжёлой и долгой, как и земли потом нужно будет как-то удерживать. И при этом крайне важно, чтобы ко мне там не испытывали такой же ненависти, как к Герлиону. Да, мои союзники этого не оценили, но власть прочно сжата в моей правой руке.

В левой же… в левой же находится артиллерия. Крайне примитивная, не очень точная, весьма энерго и ресурсозатратная, однако всё ещё невероятно полезная. Кузнецы Стального работали в три смены, как и Лена уже обучила много подмастерьев для обработки стекла. И пока король Кроунлана витает в облаках, мечтая о великом, я скоро подпишу договор с землями Стали и Огня, а также с другими гостями.

За это время все увидели на что мы способны. И все, кто обладал хоть каким-то зачатком интеллекта, понимали, на кого нужно делать ставку.

Глава 27

Когда-то давно, ещё до рождения Герлиона и его отца,