Андрей Юрьевич - Андрей Готлибович Шопперт

— Есть, не пожалеешь. Внукам будешь рассказывать о впечатлениях. Стой, а что архитекторов и каменотёсов нет. И ещё я слоновую кость заказывал. И овец.

Событие семьдесят пятое

Nil satis nisi optimum

Только лучшее достаточно хорошо.

Тут-то и всплыла оговорочка из начала разговора: «Привёз почти всё».

Слоновая кость была. Шесть здоровых бивней. Андрей Юрьевич даже головой покрутил, представляя сколько генуэзец за это потребует. Каменотёсы тоже были. Трое. Ну, да больше в принципе и не надо. Дать им каждому по десятку юношей и пусть обучают. Следующий раз других привезёт Агафон, можно несколько школ создать в обеих смыслах этого слова.

А вот архитектора не было. Никто к варварам ехать не хотел, а тем более к схизматикам.

— Слушай, Агафон, а нельзя добыть мастера в Византии? Там же наша вера. Они ведь правоверные.

— Да, зато не наша, и там к нам не очень хорошо относятся. Ведь генуэзцы были среди тех, кто захватил и долгое время удерживал Константинополь. Но я попытаюсь и у себя, и в Византии поискать желающих.

— А овцы? Овец с тонкой длиной шерстью привёз?

— Хм. Привёз. Ну, почти привёз.

— Почти? Тушёнку, что ли? — решил, что пошутил Виноградов.

— Не знаю, что такое тушёнка. Была буря сильная, ты же слушал. Потому, из десятка овец смыло за борт восемь. На твоё счастье, князь, остался баран и одна овца, но заплатить тебе придётся за всех, я потратил на них много серебра, — нахмурился грек.

— Вона чё⁈ С одним условием. Агафон, ты ведь ещё приедешь? Привези овец. Ну, в клетках, прибитых к палубе, их вези.

— Договорились. Ещё я, увидев твой интерес к редким растениям, решил купить для тебя орехов на Кавказе. И там даже для меня выкопали небольшое деревце. Оно тоже в бочке. А орехи вот, — грек прошёл к сундуку и вытащил такой же мешочек из парусины, что и из-под кофе. Пошуршал и вытащил из мешка небольшой грецкий орех. Далеко не такой, как в будущем. Нет, маленький и, наверное, толстокорый, ну, как были в детстве Андрея Виноградова, когда ещё попробуй их купи.

— Спасибо, Агафон. Надо подумать, в мире есть полно растений, которые я с удовольствием бы посадил у себя. Если уж заговорили про растения, то что с медикусами? И ещё, я просил привести учителей математики и римского права

— Не очень хорошо получилось. Твоё княжество никто не знает, и все боятся ехать в дикую Тартарию, хоть я и уверяю их, что тут безопасно. Всё же одного математика я привёз. Он молодой ещё человек. Зовут его Исаак Аргир. Он из Константинополя, хоть и родился во Фракии. Уверяет, что поклонник и ученик самого Птолемея.

— Птолемей умер тысячу лет назад…

— Он учился по книгам. Говорит, что кроме математики превзошёл многих в Астрономии и Географии.

Византиец оказался монахом. Тёмно-серая ряса, куколь на голове (от лат. — «капюшон»).

Из короткого разговора профессор понял, что молодой человек амбициозен и подвигло его на путешествие то, что князь Владимирский обещал сделать его ректором нового университета.

Ну, а чего. Обещал — сделает. Правда… Университета ещё нет. Построим.

Всё, больше ничего грек не привёз. Не так. Привёз полно всего, пряности восточные привёз, драгоценные камни и обработанные и нет, мускус — из стран Азии, оружие из Европы. Андрей Юрьевич меч свой достал, спросил у купца, сколько стоит вон тот полуторник, покивал головой услышав цифру в десять киевский гривен, это мол очень дорогой и хороший меч, который остальные мечи перерубает, и подозвал Георгия.

— Я заплачу. А ты держи его в руках, крепко держи.

Парень молодой, здоровый на вид. К тому же полуторник, вполне можно двумя руками держать. Оказалось, что меч и правда не плох. Явно шведское железо с никелем. Меч сломался только после третьего удара, при этом на клинке у самого Андрея Юрьевича образовались три заметные зарубки.

— А теперь, смотри Агафон, чем я собираюсь с тобой расплатиться.

Пока он торговался и вино попивал, диверсанты добежали до замка и организовали перенос заранее приготовленных сундуков. На корабль их тащить не стали и ярмарка вся выстроилась вокруг небольшой площадки перед трапом с большой галеры.

Князь Владимирский открыл сундук и достал замотанный в белую льняную тряпку фантазийный меч из синего харалуга, под восхищённый вздох сотен людей.

— Это железо гораздо лучше того, что в клинке моего меча, а мой меч легко перерубил твой. Оцени Агафон, как она переливается на Солнце. И представь, сколько стоит сей меч.

Глава 26

Эпилог

Возок, тот самый, в котором перевозили зажигательные снаряды, увозил князя Владимирского из Галича в этот самый Владимир. Между прочим, тут он недавно интересную информацию получил. Оказалось, что в зависимости от… главности, что ли? Престижа? Древности? Ну, в общем от совокупности всех этих качеств на Руси сейчас существует градация городов. И если городов с одинаковым названием несколько, то он пишется без привязки географической, а второстепенные города имеют эту привязку. Так вот его столица — город Владимир. А тот самый Владимир, что на Севере Руси всего лишь пока Владимир-на-Клязьме. И в свете того, кто сейчас едет вместе с ним в этом возке, так, возможно, навсегда и останется -на-Клязьме. Сейчас там сидит узурпатор как бы — Дмитрий Михайлович Грозные Очи Тверской. Он с кресла Великого князя Владимирского спихнул уже Юрия Даниловича и тот сейчас всего лишь князь Московский и Новгородский. Насколько понял из объяснений книжника рясофора Егория именно младший брат Юрия Даниловича Иван Данилович, который сейчас вообще никто и будет Иваном Даниловичем Калитой.

Но это всё их мелкие периферийные делишки. Нищая отсталая, всеми забытая провинция. У них сидел митрополит Всея Руси. Сидел, до сегодняшнего дня. Теперь просто митрополит. Теперь митрополит Всея Руси будет сидеть в настоящем Владимире, так как купец Агафон забыл упомянуть главное. Вместе с ним в торговом караване прибыл посланник из Константинополя, который привёз томос. И в нём говорится, что патриархом Константинопольским Исайей и синодом епископов возведён в сан митрополита Владимирского и всея Руси епископ Владимирский Афанасий.

Кроме всего прочего привёз посланник и два