Аномалия - Вик Тори

— Анна, простите меня за все. Поймите…

— Не надо ничего говорить. Я все понимаю. Вы тоже простите меня.

— Я помогла бы вам, даже если бы не Лилечка.

— Андриана, можно еще кое о чем попросить? – я решила воспользоваться моментом.

— Конечно.

— Я обещаю, что всегда буду с вашей дочерью и буду ухаживать за ней, как за родной. А вы пообещайте, что отпустите с нами даже тех, кого никогда бы не отпустили.

— Вы о ком?

— Просто пообещайте. Они нужны нам там. Без них мы не справимся.

— Если нужны, обещаю.

Мы вышли во двор, быстро сели в машину и поехали домой. Мутная полоса рассвета белела на востоке.

* * *

Днем Феликс привез гостя. Точнее гостью. Ирина, бледная и ослабшая после болезни, с серыми кругами под глазами, вошла в тесный подвальчик и осталась с нами. Как же я рада была видеть ее живой и здоровой! Порываева и Смольскую тоже спасли, но они до сих пор находились в больнице.

Ира за это время сильно изменилась: раньше всегда веселая и озорная, теперь стала серьезной и молчаливой. Произошедшее в Африке заставило ее посмотреть на свою жизнь по-другому. Она больше не хотела работать на организацию, которая бросила нас умирать на другом конце земли. Здесь ее больше ничего не держало – не осталось ни родственников, ни друзей: единственного брата убили месяц назад при оказании сопротивления служащим спецотдела. Его беременную жену силой увезли на аборт. Больше о ней ничего не известно.

Ира согласилась лететь с нами, хоть ей, так же как и мне, не нравился конечный пункт назначения. Но других вариантов не было.

Вечером, собрав вещи и заколотив двери домика, мы отправились на аэродром. Там нас уже ждал небольшой самолет и машина Центра евгеники. Ни сотрудников, ни охраны видно не было, но мы все же решили перестраховаться: остановили микроавтобус возле выхода на взлетную полосу и договорились, что никто из машины не выйдет, пока мы с Ильей не разведаем ситуацию и не дадим знак, что можно подниматься на самолет.

Андриана была одна и разговаривала с пилотом. Рядом, на ступеньках трапа сидела Лилечка в желтом платьице и такого же цвета панаме. То, что девочка была с мамой, внушало доверие. Как только я увидела лицо Андрианы, ее уставшие и полные надежды глаза, успокоилась окончательно. Она не соврала.

— Здравствуйте, — Андриана улыбнулась и протянула руку мне, затем Илье.

— Здравствуйте. Ну что, мы летим?

— Да. Я оформила разрешение, хоть это было и не просто. Я также распорядилась, чтобы подвезли кое-какие припасы: еда, медикаменты, одежда, фильтры для воды – все уже в самолете. Еще есть сборный комплекс для жилья. Такой же, как та лаборатория, в которой вы жили в Африке, только меньше размером. Вся техническая начинка работает на солнечных батареях, чтобы вы не зависели от генераторов и аккумуляторов. Надеюсь, вы не повторите ошибки экспедиции.

— А как мы это все установим?

— Там нет ничего сложного. В ящиках найдете руководство по эксплуатации и необходимые инструменты. А, чуть не забыла! Еще есть компьютер со спутниковой связью. Не уверена, что эта техника проработает долго, но я хочу хотя бы знать, как вы там устроитесь. Анна, позаботьтесь о Лилечке, прошу вас. Все необходимые медикаменты, лекарства и инструкции есть. Вы врач. Я на вас надеюсь, — Андриана взяла дочку на руки и нежно поцеловала. Лилечка тоненькими ручками с лиловыми прожилками вен крепко обняла шею мамы.

В тот момент я увидела Андриану совершено другой. Почему я когда-то решила, что она мне враг? Обычная слабая женщина с необычно тяжелой ношей. Вряд ли такая работа, высокая должность и непомерная ответственность приносили ей счастье. Сражаться со старостью и смертью, держа на руках маленького старичка, смог бы далеко не каждый. А ей это было по силам. И даже поверить и отдать своего ребенка чужому человеку, летящему неизвестно куда, неизвестно зачем, она тоже смогла.

Еще сутки назад я и подумать не могла, что в жизни этой успешной и сияющей женщины может быть такое горе. И если так, то сколько еще людей, которые друг о друге ничегошеньки не знают, но предполагают, додумывают, дорисовывают… И получается одна большая ошибка. А ведь все просто: если убрать все эти сложности, навороченные горой неверные представления друг о друге, все можно исправить. Андриана останется с ребенком, который сможет свободно гулять по улицам, мама больше никогда не будет жить в подвале, женщины смогут рожать детей без разрешений и комиссий, не будет войны и голода. Это же не так сложно, надо только открыть глаза и понять друг друга.

Все просто… но чего же не хватает, чтобы все встало на свои места? Наверное, смерти. Простого и сложного регулятора, беспристрастного судьи. Или Бога. Может, тот Бог, о котором говорит Илья, которого боятся и на которого надеются, и есть смерть? Пока мы боимся умереть, в нас живет Бог. Когда мы перестаем умирать, Бог покидает нас, а мы остаемся наедине со своей бесконечно долгой и непомерно бессмысленной жизнью.

И как бы мы не старались прославлять бессмертие, как бы не стремились к красивой, идеальной вечной жизни – все замешано на смерти. Даже простые розовые конверты появляются в почтовом ящике только после того, как собран отменный урожай смертей. Идеальное общество существует только потому, что кто-то отдает приказ избавляться от неидеальных. Этот кто-то считает, что имеет право проводить такой неестественный отбор за место под солнцем.

— А вы что, летите вдвоем? Где ваша мама? – спросила Андриана.

— В машине.

— Вы можете проводить ее в самолет. Вылет через двадцать минут.

Илья повернулся в сторону, где стоял наш микроавтобус, и подал остальным знак, что можно выходить и подниматься на борт самолета. Из машины вышел Феликс с Ириной. Из открытого окна машины выскочил Шалопай и понесся за ними.

Андриана изменилась в лице – не ожидала увидеть тут сотрудников Центра. Наверное, испугалась, что мы ее подставили – устроили эдакую «проверку на вшивость».

— Здравствуйте, Андриана, — Феликс первым делом поздоровался с начальницей.

— Здравствуйте. Что вы здесь делаете?

— Андриана, — вмешалась я, — помните, что вы обещали вчера?

— Что? Я, кажется, уже столько всего наобещала…

— Что отпустите с нами даже того, кого никогда бы не отпустили.

— Да, помню.

— Они летят с нами.

Андриана растерянно посмотрела на Феликса.

— Я чего-то не понимаю. Они – сотрудники Центра, Феликс вообще моя вторая рука… нет, не пущу.

— Они нужны нам. Без них мы не справимся.

Андриана сильнее прижала дочку к себе. Феликс исподволь рассматривал девочку-старушку, но ничего не говорил. До этого дня он тоже не знал о тайне железной леди Центра.

— Пожалуйста. Вы обещали, — настаивала я. – Без Феликса мы не полетим.