Пилот - Антон Перунов

— Как не быть, — отозвался казак и положил на стол офицерский планшет, очевидно, снятый с покойного Бакшеева.

Бережно вытащив из побитой осколками полевой сумки подробную топографическую карту, он аккуратно расправил ее на освобожденном от посуды столе.

— Вот завод, — начал он водить мозолистым пальцем по схеме. — Вот тут наш прежний лагерь был. А тут, значит, японцы острог для работяг учинили…

— Бакшеев рисовал? — поинтересовался Зимин, склонившись над картой.

— Не, — мотнул головой Петр. — Андрейка Лосев. Он у господина есаула ординарцем был и что-то вроде писаря. Кликнуть?

— Успеется, — покачал головой командир, после чего обернулся к Колычеву.

— Что скажете, господин младший пилот. Есть идеи?

— Парочка найдется, — отозвался воспитанник.

[1] Ципао — тип китайского женского платья, широко распространившееся после свержения цинской династии.

[2] «Дед» — старший механик. «Маслопуп» — любой матрос механической специальностью. (жарг.)

[3] Visage — лицо (фр.)

[4] японское название ритуального самоубийства (харакири)

[5] Ку:гун тайи — старший обер-офицер (空軍大尉 яп.) — капитан-лейтенант ВВФ Японской Империи.

[6] Крещёные буряты, женившиеся на русских женщинах и русские, женатые на крещёных бурятках. Их деревни в Хоринской долине получили название «карымских», от слова «карым» (по-бурятски «харим» — чужой, изменивший своей вере).

[7] Кроки — чертеж участка местности, выполненный глазомерной съемкой.

Глава 16

— Ето какие же у вашего благородия мысли? — и не подумав скрывать скепсис, поинтересовался вахмистр.

— Я не офицер, — уголками губ улыбнулся Колычев. — Так что можно без титулования. Лучше расскажите мне, Петр… как вас?

— Митрофанов я, сын Расков.

— Японцы вас долго преследовали?

— Нет, не особо. Пошли, конечное дело, по следам, но больше для порядка. Да и нет у них тута следопытов дельных. Мы от них враз оторвались, а потом мелкими группками сюда вернулись.

— И после того, как был разорван контакт, вы их более не тревожили?

— Ишь ты, контакт! — озадаченно крутнул головой казак.

— Так что?

— Не трогали мы их, — признал вахмистр. — Думали, коли помощь не придет, так подождем еще чуть и сами навалимся. Груз не отобьем, так хоть помстимся!

— Отобьем, Петр Митрофанович, — поспешил успокоить его Март. — Всех найдем, всех победим, всех убьем, всех ограбим… рейдеры мы или нет?

— С корветом-то оно дело нехитрое, — задумался собеседник. — Подойти и вдарить со всех стволов. Только японцы, они ведь тоже смотреть не станут. Зенитные батареи у них уже стоят. А если поймут, что мы пленных хотим освободить, то к бабке не ходи — покрошат всех! Народец-то хоть и не совсем дикой, а злые страсть! Иной раз думаешь, сырым мясом их вскармливали что ли?

— А вы, казаки, белые и пушистые?

— Ты это брось, паря! — строго посмотрел на него Расков. — Мы, конечное дело, не ангелы, но и зверств почем зря не творим. Особливо после боя. Когда дерешься, там, да. Не разбираешь, а…

— Что ты надумал? — прервал грозившую перейти в ругань дискуссию Зимин.

— Завод и шахту охраняет, судя по отметкам на карте, усиленная рота пехоты, то есть под две сотни штыков, пулеметы и минометный взвод. Плюс батарея ПВО. Но на постах и в караулах одномоментно самое большее треть, то есть пятьдесят-семьдесят бойцов. Нужно пробраться внутрь и посмотреть, что и как…

— Ты серьезно?

— Вполне. Сами посудите, вполне вероятно, наших казаков перевели в какое-нибудь иное место. Скажем, в бывшую контору или казарму. И тут появится «Буран» и разнесет все это хозяйство. Оно нам надо?

— Да, пушки у вас серьезные! — не смог не согласиться Расков. — Вдарят, мало не покажется!

— Ну, допустим, ты прав, — задумался Зимин. — А что дальше?

— По обстоятельствам. Если наши в лагере, то разведчики превращаются в диверсантов и нейтрализуют зенитчиков. Потом в дело вступает рейдер, и одновременно атакуют пешим порядком казаки. Такого японцы точно не ожидают.

— Самураи так просто не сдадутся.

— А нам и не надо. Главное, вызволить наших людей и, если это удастся, мы будем точно знать, где груз. Дальше дело техники.

— А как мы узнаем о результатах разведки? Допустим, батареи для рации казаков у нас найдутся, но пока натянут антенну, пока…

— Вообще-то есть один способ обойтись без радио, — скромно улыбнулся Колычев.

— Что? — не веря своим ушам, взглянул на него опекун. — Ты имеешь в виду связь через «сферу»?

— А почему нет?

— Но тогда в разведку придется пойти одному из нас.

— Совершенно верно. Мне!

— Парень, ты случайно ханьшину не перебрал? — чуть не сплюнул от услышанного вахмистр. — Колдовские штучки ваши, конечно, дело хитрое, но тут пластуны нужны…

— А если вот так? — возразил Март, одновременно заставив казака отвлечься, и тут же оказался за его спиной.

— Как это? — ошеломленно прошептал Петр, сообразив, что именно произошло. — Неужто глаза отвел?

— Вроде того, — скромно улыбнулся Колычев. — И поскольку владею подобной практикой только я, то и идти мне.

— Это невозможно! — решительно возразил Зимин.

— Напротив, это единственная возможность выполнить контракт и избежать при этом ненужных потерь!

— А еще пару-тройку людей прикрыть сможешь? — перешел к обсуждению практической части вахмистр.

— Не очень надолго, но смогу.

— Надолго и не надо. Коли так, я с тобой пойду и еще пару казачков возьму.

— Конечно. Надо же мне будет как-то ваших карымов узнать.

Поскольку эта ночь уже подходила к концу, выступать было решено на следующий день. А пока уже было отчаявшиеся дождаться помощи забайкальцы отдыхали и отъедались за все дни вынужденного поста. Колычев же, тем временем, занимался подготовкой к походу.

Первым делом надо было решить вопрос со снаряжением. И главное с оружием. Во-первых, конечно, меч. Верный гунто. Несмотря на то, что это попахивало каким-то Голливудом, Март чувствовал, что сроднился с клинком и без него ему было иной раз даже неуютно. Во-вторых, пистолет. Продукт слияния оружейного гения Джона Мозеса Браунинга и технологические возможности бельгийской Fabrique Nationale явили миру настоящий шедевр «Хай Пауэр».

Единственным недостатком было отсутствие возможности автоматического огня, так что, в-третьих, нужен был пистолет-пулемет или, как его все чаще начинали