Оболочки - Андрей Никонов

Фёдор стрелял и стрелял, пока не высадил весь магазин. Бжезецкий лежал на полу, не шевелясь, из пробитых отверстий вырывался пар. Крови не было.

— Возвращаемся? — Купченко быстро перезарядил пистолет.

— Нет, пойдём посмотрим, откуда он пришёл, — я зачем-то решил поиграть в героя, словно шило в задницу кольнуло. — Наверняка со стороны базы, значит, должен быть проход.

Выход в тоннель появился через двести метров, всё это расстояние мы шли очень быстро и постоянно оглядываясь, но метрвец, видимо, умер окончательно и нас не преследовал. Небольшой выступ в мёртвой зоне прожекторов выходил прямо на площадку перед шлюзом, я спрыгнул первым, Фёдор — вторым.

— Молчок, — предупредил я его, и пошёл докладывать Ланской, перед этим тщательно заперев шлюз и запретив всем выходить наружу.

Кроме Купченко, пришла его очередь дежурить. Фёдор отказываться не стал, полез наверх, через десять минут вниз спустился Сайкин. Он попытался спросить, что, собственно, произошло, но я сделал ему знак, мол, позже, и закрылся у себя в каюте.

— Отлично, — полковник госбезопасности на появление мертвеца никак не отреагировала, зато на кристаллы — очень даже. — Поздравляю, Николай Павлович, не ожидала, что у вас получится. Контейнер этот спрячьте, и ждите дальнейших инструкций.

— В одном помещении с этой гадостью? — спросил я. — Записи с американцами отлично помню, и то, что с ними произошло.

— Не допускайте контакта с кожей, и ничего не случится, — отрезала Ланская. — Если боитесь, спрячьте их на поверхности, в ангаре. Отбой.

И отключилась. На поверхность выходить не хотелось отчаянно, всё геройство, которое переполняло меня последний час, куда-то испарилось. Я достал коробочку с кристаллами, в этот раз мой кулон на них не отреагировал. Значит, он тянулся на мертвеца, просто я намёк неправильно понял. Положил пакет с коробочкой в контейнер, который мне выдали, нажал кнопку, дождался, пока диод не изменит цвет с зелёного на красный — теперь, кроме конкретных, хотя и неизвестных мне людей, никто его просто так, без мощного взрыва, не откроет. Поискал глазами пистолет, и понял, что оставил его рядом с шлюзом, на скафандре.

— Оружие ищете, Николай Павлович? — мне в затылок уткнулось что-то твёрдое.

— В чём дело, Варя? — я старался сохранить спокойствие.

— Вы ведь наверх собирались? — капитан Урсляк потянула ручку контейнера к себе. — Не стоит, я это сделаю сама.

И тут же схватила меня за шиворот — в коридоре стоял Сайкин. Майор явно не ожидал увидеть радиста, который держит командира на мушке.

— На пол, Витя, — в голосе Урсляк прорезались металлические нотки. — И не двигайся, иначе буду стрелять.

В глазах майора проскользнуло удивление, потом — сомнение. Штатный десантник прокручивал в голове ситуацию, я бы на его месте лёг и не отсвечивал, но Сайкин решил иначе. Он оттолкнулся ногой от стены и прыгнул в сторону, одновременно выхватывая из-за пояса пистолет. Гэбэшнику не хватило доли секунды, Варя не сомневалась, она выстрелила, на лбу у майора появилось красное пятно, а тело по инерции ударилось о переборку, потом о другую, после чего свалилось вниз.

— Дурак, — презрительно сказала Варя. — Был бы такой же умный, как полковник, остался жив. Да, Николай Павлович?

Я кивнул. Рисковать из-за горстки инопланетной фигни не хотелось.

— Тогда давай прогуляемся.

Мы прошли гуськом мимо валяющейся в небытии Нестеровой, добрались до командирского терминала. Мне казалось, что Урсляк нужны мои ладонь и глаз для разблокировки пульта управления станцией, но женщина прекрасно справилась без меня. Она ввела какой-то код, нажала несколько клавиш.

— Ну вот и всё, товарищ командир. Сработало, а я сомневалась. Теперь марш в свою комнату.

Капитан заблокировала дверь снаружи, я кинулся к терминалу, вызывая Фёдора, но связь не работала. Не работала связь и с Ланской, и с лунными станциями. Только камеры исправно передавали изображения. Как человек в скафандре поднимается на поверхность, машет рукой, из вездехода появляется другой человек — Фёдор Купченко. И падает на реголит с разбитым пулей забралом шлема. А потом его тело плавно пролетело мимо нашей станции и скрылось внизу, на дне тоннеля. Урсляк скрылась в ангаре на несколко минут, вернулась, вездеход тронулся, и когда отъехал на несколько сотен метров, волоча за собой мачту связи, ангар взорвался. Мы остались на станции вдвоём — бессознательная Нестерова и я, запертый в каморке три на три метра.

* * *

Вездеход бодро двигался на юг, развив максимальную скорость. Варя сидела, сжав губы и следя за картой, мачту она сбросила неподалёку от станции, навряд ли кто-то ей ещё сможет воспользоваться. Возле места с переданными координатами она остановилась, отключила батарею и активировала направленный передатчик. Через сорок минут неподалёку прилунился небольшой летательный аппарат.

Варя подхватила контейнер, и заспешила к челноку. Стоило ей подойти, шлюзовое отверстие выкинуло манипулятор, который подхватил скафандр и затащил его внутрь. Там были привычное давление и атмосфера, Урсляк сняла шлем, улыбнулась черноволосому мужчине с кривым носом. Тот дождался, пока Варя отсканирует свою радужку и ладонь, и только тогда улыбнулся в ответ.

— Всё в порядке? — спросил пилот, — что с остальными?

— Заперла на станции, как и приказано, — Варя стащила перчатки, — когда?

— Через двадцать минут рванёт грузовик, я уже послал сигнал, и у нас окно где-то в полчаса, потом никто отсюда не уйдёт. Готова?

— Да.

В руке у женщины появился пистолет, она прижала его к голове напарника, выстрелила. Мужчина умер, так ничего и не поняв. Варя перетащила его на своё место, сама уселась в кресло пилота, вдавила кнопку старта. Челнок загудел, реактивные струи вырвались из двигателей, бросая его вверх, к звёздам. Когда он пересекал орбиту станций, где-то вдали, в тысяче километров, грузовой корабль советских ракетно-космических сил, пристыкованный к станции Луна-2, взорвался, засоряя пространство мелкими металлическими частичками, которые начали свой путь вокруг Луны. Но челнок они не задели, кораблик вырвался в межпланетное пространство.

На экране появилась Ланская, она что-то спрашивала, но Варя не стала отвечать, отключилась. Через час, на расстоянии в пятнадцать тысяч километров от Луны, челнок начал менять траекторию, уходя от Земли. Урсляк постоянно сверялась с компьютером, корректируя движение. И ещё через два часа почти поравнялась с космолётом, на котором виднелась эмблема Южноафриканского Союза. Трос с прицепным механизмом соединил оба аппарата, и большой корабль медленно затащил в себя маленький.

(43). Сторона 2. 20 июня, суббота

(43). Сторона 2. 20 июня, суббота.

Я выбрался на поверхность только