Темные воды - Эльвира Коваленко

— Добрый день, не могли бы вы соединить меня с доктором Оливией Кэнтон, это Даг Мёрфи.

— А здравствуйте, шериф Мёрфи, конечно, сейчас соединю.

Даг не стал разубеждать Эбби, в том что он все еще состоит на службе города, в конце концов, какое это сейчас имело значение?

— Мистер Мёрфи? Здравствуйте!

— Здравствуйте, доктор Кэнтон! Я звоню по поводу Анны Мартинес, не могли бы вы уделить мне несколько минут?

— Конечно, слушаю вас?

— Видите ли, я немного обеспокоен. Сегодня у нее случилось что-то вроде припадка или… даже не знаю, как это правильно назвать. Миссис Мартинес как-то резко и часто начала моргать, из глаз потекли слезы… даже не знаю, казалось, что ей очень плохо.

— Хм… Как долго это продолжалось?

— Недолго, меньше минуты. Ее сиделка сразу сделала ей укол… секундочку… — Даг поднес ампулу к глазам и прочитал название доктору. — Она сказала, что вы предупреждали о подобных припадках и даже выписали миссис Мартинес данный препарат, это действительно так?

— Ну, разумеется, выписала, а что заставило вас усомниться в ее словах?

Даг на мгновение стушевался. Сложно было объяснить доктору, что с тех пор, как ему довелось столкнуться с инопланетным вторжением, он стал довольно мнительным человеком. Вместо этого Даг просто описал свои ощущения. Как любил говорить его отец: если не знаешь, что сказать, говори правду.

— Понимаете, просто это не было похоже на обычный припадок, по крайней мере, в моем представлении, хотя я, конечно же, не врач. И вот какая мысль в связи с этим пришла мне в голову. Глаза ведь единственный способ общения для миссис Мартинес, так?

— Так. — согласилась доктор Кэнтон.

— И мы с вами знаем только, как она говорит «да» или «нет», и все. Но ведь был же у нее с сыном какой-то сигнал на случай ЧП. Например, если ей вдруг станет плохо или больно. Да что далеко ходить, в жизни ведь бывают и более прозаичные ситуации, когда требуется привлечь внимание, например если еда слишком горячая или что-то мешает. «Да» или «Нет» на эти случаи не годятся. Должна же она была как-то сигнализировать сыну, что ей нужна помощь, особенно если это срочно. Некий аналог крика, что ли. И мне подумалось, что частые моргания как раз и могли быть таким сигналом. Рики, к сожалению ничего мне об этом не рассказывал, но, до недавнего времени, я вообще мало что знал о его матери, кроме их условной системы общения «да»/«нет» через моргания, и то, только потому что как-то раз он вскользь упомянул об этом в разговоре. Можете считать меня параноиком, но по-моему, что-то такое определенно должно было быть. И так-как миссис Мартинес заморгала, как только ее сиделка вышла за дверь, то я предположил…даже не знаю, что она пытается подать какой-то сигнал.

— Да, мистер Мёрфи, тут, очевидно, сказывается профессиональная привычка. Зря вы так. Я кончено не очень долго знаю миссис Лосано, но мне она показалась приятной женщиной, по-моему, она искренне привязана к своей подопечной, и самое главное, она сказала вам чистую правду, я действительно предупреждала ее о возможных приступах. После того как Анна Мартинес попала в наш центр у нее было три подобных эпизода. Это реакция на сильное потрясение плюс необратимые повреждения мозга после инсульта. В спокойной обстановке эти приступы должны стать реже, но к сожалению, совсем исключить их мы не можем, сами понимаете у миссис Мартинес поврежден мозг. Просто это не похоже на… как вы выразились «обычный припадок» в классическом представлении, потому что пациентка от шеи парализована и конвульсии проявляются только на лице, а это действительно выглядит довольно необычно для человека непосвященного.

— Но разве не должна была она… не знаю… голову что ли запрокинуть или что там еще бывает в таких случаях?

— Это зависит от обстоятельств. Во время приступа она находилась в своем кресле?

— Да.

— Тогда не должна была. Голова у нее, скорее всего была зафиксирована, в сидячем положении она ведь не может ее держать. Не переживайте вы так, мистер Мёрфи, на мой взгляд, миссис Мартинес в надежных руках. По крайней мере, судя по стабильному набору веса я могу сделать вывод об отменном аппетите, но если бы ее что-то тревожило, вы правда думаете, что она так быстро пошла бы на поправку? Вы же сами видели ее состояние несколько месяцев тому назад.

— Тут вы наверное правы, сейчас она действительно выглядит намного лучше. Но, доктор Кэнтон, насколько опасны такие приступы? Может, нам не стоило забирать ее из больницы?

— Если бы это было так, я никогда не дала бы своего согласия на выписку, мистер Мёрфи. Главное, чтобы у сиделки в аптечке всегда был выписанный мной препарат, а где миссис Мартинес сделают укол, дома или в больнице, значения не имеет.

— Что ж, спасибо вам, доктор Кэнтон, вы меня успокоили. Сами понимаете, я чувствую свою ответственность за миссис Мартинес. Это ведь была моя идея — перевезти ее домой.

— Прекрасно вас понимаю, мистер Мёрфи, я ведь эту идею поддержала и поставила свою подпись в документах на выписку. Не стоит так волноваться, вы же сами каждый месяц привозите миссис Мартинес ко мне на осмотр, если что-то будет не так, я это обязательно увижу, даже не сомневайтесь. И, разумеется, если что-то покажется мне подозрительным, я сразу дам вам знать. Ну что, удалось мне развеять ваши опасения?

— Да, доктор Кэнтон, большое спасибо!

— Не за что, мистер Мёрфи, рада была вас слышать и всего доброго!

— Доктор Кэнтон, еще кое-что…

— Да?

— Если можно, я бы предпочел, чтобы этот разговор остался между нами.

— Разумеется, я все понимаю.

Глава XIX

Тссс!

Дверь в спальню распахнулась и в комнату вошла Мария Лосано. Зажав подмышкой принесенную аптечку, она склонилась над постелью миссис Мартинес и потрясла спящую женщину за плечо, но та никак не отреагировала. Шумно втянув ноздрями воздух, сиделка отвесила своей подопечной звонкую оплеуху. Миссис Мартинес распахнула глаза и растерянно заморгала.

— Проснулась наконец-то? Есть разговор. — Лосано придвинула к кровати стоявший у стены стул и села напротив миссис Мартинес так, чтобы видеть ее глаза. Взгляд женщины отчаянно заметался по комнате, в то время как все ее тело оставалось абсолютно неподвижным.

— Ищешь шерифа и его подружку? Они уехали три часа назад. — сухо сообщила Лосано.

Теперь взгляд миссис Мартинес застыл в одной точке, вперившись в часы,