Хищный клан 4 - Виктор Молотов

— Я не пущу тебя одного, — он положил руку мне на плечо.

— Их не убить ни водой, ни огнём, ни проклятьями, — пояснил я. — Не хочу, чтобы ещё кто-то пострадал.

— Это дело клана, а не лично твоё.

Откуда-то из глубины дома раздались крики. Так орут только те, кого жестоко убивают.

— Лучше помоги слугам. Они не заслужили такой участи, — попросил я.

— Смертей можно избежать, — продолжил глухой голос.

— Переговорщик из тебя крайне фиговый, — крикнул я в ответ и смахнул с плеча руку отца.

Понимал все риски. Но лучше я возложу их на себя, чем на всех тех, кто стоит за моей спиной.

Другое дело, что они думали иначе. И стоило мне спуститься во двор, как за мной раздалось множество шагов. Да, кого-то отправили на помощь слугам, но большинство остались в холле.

— Дайте мне десять минут, — попросил я, не оборачиваясь, всё равно этого никто не увидит в кромешной темноте.

И пошёл дальше. Плавными шагами, ступая лишь на носок, чтобы не создавать много шума.

Знал, куда идти. И шёл. А внутри всё трепетало. Ведь магия — сложная штука, и никогда нет уверенности, что всё получится наверняка.

В меня полетело мощное проклятье. Я не увидел, а почувствовал его. Сердце на миг остановилось.

Вытянул руку и прищурился. Хорошо, что никто не видел того, что написано на моём лице. Ведь даже самые сильные способны переживать. Это был не страх, а ожидание боли. Я был готов умереть в любой момент…

Но вместо мучительной смерти проклятье остановилось у моей руки. И я втянул его в себя.

Фух, получилось.

Я шумно выдохнул, осознавая, что сделал. И пошёл дальше.

Но теперь уже под градом проклятий, что летели в меня абсолютно со всех сторон. Да и сама тьма была проклятьем, что ждало активации от своего создателя.

Я впитывал проклятья в источник точно также, как сухая губка впитывает воду. Одно за другим, точно капли воды.

Это было приятно. Словно меня обдувало лёгким ветерком, а потом эта прохлада впитывалась в кожу посреди жаркого дня. Ведь сейчас внутри этого купола было тепло, как в начале лета. Из-за того, что враги убирали всю воду и сушили даже воздух.

Вторым зрением я видел, как человеческие источники воды отдаляются, не в силах противостоять. Ведь нельзя убить проклятьями того, кто ими питается. А другой магии я здесь не ощущал.

Враги остановились у границы купола.

— Вот ты и попался, — зловещим тоном сказал я и схватил человека за плечо.

Мне нужно было лишь коснуться. Чтобы сидевшее внутри мужчины проклятье впиталось в мою руку. Осело в источнике и принялось укреплять стенки магических каналов, вместе с остальными.

Мужчина захрипел, а я убрал руку. Он упал на землю, словно мешок с картошкой. Мёртвый.

Но это не я его убил. А в нём изначально не было жизни. Лишь частица тёмного божества.

Я начал охоту, продолжая пожирать проклятья. И сейчас себя чувствовал таким же ненасытным, как моя саламандра.

Мне хотелось поглотить всё больше и больше сил. Потому что с каждым проклятьем я становился сильней. С каждым оставленным позади себя трупом.

Двенадцать. Тринадцать. И живых в саду не осталось.

Пришлось возвращаться в поместье, откуда доносились и крики, и звуки непрекращающейся битвы.

Стоило подняться в холл, как слух прорезал крик Мариссы. И я ринулся на её голос. На кухню.

Там, в кромешной темноте девушка отбивалась от проклятий с помощью водяного щита. Но попадавшие в него заклинания постепенно иссушали его.

Как понял, что происходит, стал двигаться тихо. На носках. Подошёл к человеку сзади и схватил за шею. А через мгновение он упал замертво.

— Ты в порядке? — спросил я у Мариссы, протягивая ей руку.

— Да, но источников почти не осталось, — ответила она, пытаясь отдышаться.

Её сильно вымотало это противостояние.

— Это уже не важно, — успокоил я её.

— Как их тогда убить?

— Нельзя убить мёртвых. Но можно вернуть их обратно в могилу.

— Ты в порядке? Не время говорить загадками. Совсем не время.

— Мне надо до них добраться. Так что пошли.

Я сам терпеть не мог, когда говорят загадками, но такой сложный процесс, как поглощение напрочь проклятой души не описать в двух словах.

У меня ушло ещё полчаса, чтобы уничтожить всех нападавших. Причём в первую очередь бежал туда, где клановым грозила опасность. Ведь они также, как и Марисса не могли отбиться от высокоуровневых проклятий.

— Это последний, — сказал я, когда упал последний труп.

— Тогда почему до сих пор темно? — задала резонный вопрос Марисса.

— Потому что это очередное проклятье. И надо найти его источник.

Руну поиска я источника для обычных высокоуровневых проклятий я помнил хорошо. Поэтому с пальцев мигом сорвались золотистые искры. И вскоре ветер начал подталкивать меня в спину. В нужном направлении.

Он тянул вверх, поэтому я поднялся на третий этаж. А клановые шли за мной, растягиваясь в длинную цепочку. Они не теряли бдительности, хотя это было уже ни к чему. Если бы тьма являлась проклятьем массового уничтожения, то я бы это уже почувствовал. От таких разит, как от гниющего на солнце трупа.

Ветер подтолкнул меня к знакомой комнате. К моей комнате.

Я взялся за ручку, дверь оказалась заперта. Впервые пожалел, что поставил там замок от всех, кто не считает нужным стучаться.

Пришлось попрощаться с дверью. Золотистые искры сорвались с рук и заполнили арку по периметру. После чего дверь развеялась прахом. Стоящая позади Марисса чихнула, а у меня зачесалось в носу.

О конспирации речь не шла. Ведь обычно в качестве источника столь мощных проклятий, а в этом случае оно являлось ещё и глушилкой от магии извне, используюсь неодушевлённые предметы. Чаще — макры, чтобы от них проклятье питалось как можно дольше.

Я зашёл в свою комнату. В кромешную черноту. Но вторым зрением увидел сидящий на кровати плавный силуэт.

Прямая спина. Руки на коленях.

Она сидела неподвижно. Но стоило мне сделать шаг ей навстречу, как девушка встала.

И по комнате пронёсся зловещий смех. Но он принадлежал отнюдь не обладательнице этого тела.

Но это не остановило меня. Однако что-то отталкивало от девушки. Словно плотность воздуха стремительно возрастала.

— Кто там? — спросила Марисса.