Вирус "Reamde" - Нил Стивенсон

Тут произошло нечто новенькое, а именно: Чонгор развернулся могучим торсом к Зуле и подался вперед, чтобы заглянуть Питеру в лицо. Одной рукой он крепко взялся за сиденье, другую положил на спинку у Зулы за головой – не касаясь ее, но так, чтобы она чувствовала себя под защитой. На месте Питера Зула испугалась бы его взгляда. Голова у Чонгора была с баскетбольный мяч, широко открытые глаза не мигая смотрели в глаза Питеру.

– Иначе бы она рехнулась, – сказал Чонгор.

– Но русские… – начал Питер, напуганный этой неожиданной стороной Чонгоровой натуры.

– Русским понравилось, – отрезал Чонгор. Потом, глядя на Зулу, добавил: – Они полвечера про тебя говорили. И вовсе на тебя не злятся. Я тоже.

– Он тоже не злится?! – Питер покосился на Иванова. – Нас должно волновать только его отношение.

– Насчет его точно не скажу…

Зула выставила руки между ними и опять ударила кулаком о кулак.

– Давайте лучше про ванбу, а то я ничего не знаю.

– Ладно, – кивнул Чонгор. – Другие русские поднялись ко мне и некоторое время наблюдали за игроками, которых ты приметила. Мы шесть часов за ними следили. Довольно скоро стало ясно, кто у них главный. Высокий, чуть постарше других, в фуфайке с Ману.

– С каким Ману?

– С Ману Джинобили, – сказал Питер, почти злясь, что Зула не знает элементарных вещей. – Он играет за «Сан-Антонио».

– Ману, как мы его между собой называли, сам в «Т’Эрру» не играл, ни за кого не болел – просто следил, что происходит, постоянно говорил по телефону и приказывал игрокам, – куда отправить персонажа, что делать. Так что один из этих, – Чонгор кивнул на спецов за машиной, – вышел на улицу и стал останавливать таксистов, пока не нашел такого, который немного знает английский. Сунул ему пачку денег и сказал: «Если поможешь мне, они твои». А потом объяснил таксисту, что будет сидеть в машине долго, хоть всю ночь, пока из ванбы не выйдет парень в фуфайке с Ману, и тогда за ним надо будет ехать.

– Я никогда не слышала про Ману Джинобили, – призналась Зула. – Это правда такая общеизвестная культурная реалия, что…

– Да! – хором ответили Питер и Чонгор.

– Итак, – продолжил Чонгор, – через несколько часов Ману вышел на улицу, и таксист поехал за ним до проулка, где Ману вошел в один из домов. Русский с таксистом пробыли там еще часа два, наблюдали за домом, но Ману больше не появился. Чуть позже его заметили на крыше: он кидал мяч в кольцо вместе с еще несколькими ребятами.

– У них на крыше баскетбольная площадка?

– Нет! – Глупый вопрос снова разозлил Питера. – Просто кольцо! Нам его из наших окон отлично видно.

– Правда?

– Правда. До той крыши полмили, если по прямой.

– Мы полночи смотрели на тех ребят в бинокль, – вставил Чонгор.

– А здание офисное или жилое? – спросила Зула.

– Жилое, – ответил Чонгор.

– Наполовину пустующее, – добавил Питер.

– Как в таком городе жилье может пустовать?

– Там рядом стройка, – объяснил Чонгор. – Это здание и соседние скоро пойдут под снос.

– Таксист как увидел пачку денег, сразу сделался чрезвычайно услужлив. Он вышел покурить, поговорил с людьми на улице и узнал про дом побольше.

– И?..

– У него довольно скверная репутация. Хозяин не может надолго сдавать квартиры в доме, который собирается сносить, но и прибыль упускать жалко. Вот он и пускает жильцов на помесячной основе, не задавая лишних вопросов.

– Картинка ясная.

– Например, там довольно много приезжих.

– В смысле филиппинцев?

– Нет, – рассмеялся Чонгор, – внутренних иностранцев.

– Как это понимать?

– Китайцев из таких далеких районов Китая, что это практически заграница.

– Экономические мигранты, – пояснил Питер. – Аналог мексиканцев.

– Ясно, – сказала Зула. – Но Ману не из них.

– Видимо, Ману и несколько его приятелей снимают одну квартиру на всех. Мы не знаем какую, – продолжал Питер. – Они поставили на крыше баскетбольное кольцо. Торчат там круглые сутки, курят и пьют пиво.

– С ноутбуками, – добавил Чонгор, удивленно качая головой.

– Да, и в два часа ночи их ноутбуки были включены. Головная контора, очевидно, в квартире, но на крыше явно есть Wi-Fi.

– Значит, вы думаете, Тролль – кто-нибудь из них, – сказала Зула, пытаясь собрать картинку воедино. – Или, может быть, все они коллективно – Тролль. Они запустили «REAMDE» из этой квартиры. Бандиты убивают тех, кто несет выкуп на пересечение линий силы, и Тролль нанял подростков, чтобы те весь день сидели в ванбе и убивали бандитов. Ману ходит в ванбу за ними присматривать, но постоянно держит связь с квартирой по телефону.

– Через пять минут после ухода Ману, – сообщил Чонгор, – вошел другой парень, ведя баскетбольный мяч, и заступил на его пост.

– Убийство бандитов идет посменно в круглосуточном режиме, – перевела Зула.

В последние минуту-две спецы забрались в микроавтобус, и теперь рассаживались. Мест не хватало, и один втиснулся между водительским и штурманским креслами. Соколов захлопнул задние двери, влез последним и сел на оставленное ему сиденье.

– Все готовы? – крикнула Юйся. Ее звонкий голос был отчетливо слышен даже в заднем ряду.

Иванов глянул на спецконсультанта, сидящего между ним и Юйсей. Тот кивнул. Иванов положил левую ладонь на правую руку Юйси, придавив ее к рулю. Спец подался вперед и защелкнул у нее на запястье наручник. Через мгновение он защелкнул второй браслет на руле. Иванов убрал руку.

– Что за фак?! – воскликнула Юйся и дернула рукой, убеждая себя: цепь есть на самом деле, что это и правда произошло.

– Ради твоего блага, – объяснил Иванов.

– Блага?!

– Полиция видит наручник, видит, что ты без выбора, а значит, ты невиновна.

– Невиновна в рыбалке?

Иванов распахнул пиджак и показал кобуру.

– В охоте. – Он щелкнул пальцами, и Соколов протянул ему карту, распечатанную, надо думать, из Гугла: спутниковый снимок города с наложенными улицами.

– Зула! Что происходит, детка? – крикнула Юйся.

– Меня похитили, – ответила Зула. – Вчера я пыталась сбежать, хотела тебя предупредить, но меня поймали. Мне очень жаль, что тебя в это втянули.

Прошлой ночью она сказала себе, что больше не заплачет, но сейчас слезы вновь брызнули из глаз.

Юйся заметила эту подробность в зеркале заднего вида.

– Я тебя выебу, мудак! – крикнула она Иванову.

– Может быть, потом, – сухо ответил тот.