Рыцарь мечей - Ник Гернар

А Эмма уже шла к выходу.

Захлопнув дверь за спиной, на мгновение остановилась. Перевела дыхание. Покосилась на запертую дверь.

Это была мелкая, даже глупая победа. Но зато ее собственная. От начала и до конца.

Эмма улыбнулась, и отправилась поговорить с лечащим врачом.

Она больше не хотела здесь оставаться. Среди этих женщин, вони и безнадежной грязи, которую ни один дезинфектор не в состоянии вытравить. Кризис миновал, дальше она на таблетках как-нибудь справится.

Ей почти восемнадцать. Пора выбираться из-под крыла. Найти себе какой-то угол, работу. И какую-то свою собственную жизнь, не зависящую ни от кого.

* * *

Услышав, что Отшельник — это я, Крестоносец замер, словно в него ударила молния. Его глаза, широко раскрытые, впились в меня так пристально, что мне стало не по себе.

— Ты?.. — недоверчиво проговорил он.

Я кивнул, не отводя взгляда.

— Да. И если у тебя есть что сказать мне, то говори сейчас.

Великан медленно поднял голову, прикрыл глаза и монотонным голосом заговорил:

— Когда тропу Рыцаря Мечей пересечет дорога Отшельника, и взойдет на трон Императрица, и Луна покажет миру свой мрачный лик, и Дьявол сойдется в смертельной схватке со Смертью, тогда мир накроет новая волна. И откроется множество врат, и за каждыми будет тайна, несущая гибель. И прежде, чем это случится, Отшельнику нужно найти Жреца. Дальше он назвал цифры. 31.241350, 121.445218.

Крестоносец открыл глаза.

— Это… все? — спросил я.

— Да.

Лицо Егора красноречиво вытянулось.

Я тоже озадаченно потер лоб.

Императрица, Луна, Дьявол со Смертью. Прямо Нострадамус какой-то, скрещенный с Парацельсом.

Насколько это все вообще реально?

Уж очень переданное послание походило на оригинальные очерки безумного Крестоносца.

— Ты… Уверен, что в точности запомнил его слова? — осторожно поинтересовался я.

Великан взглянул на меня с таким выражением лица, что я сразу же поспешил его заверить:

— Понял, понял, вопрос снят. Сейчас я только кое-что проверю…

Я вытащил свой телефон. Интернет то ловился, то отваливался, но с горем пополам я смог ввести названные Крестоносцем цифры, переспросив последнюю.

Карты сначала немного зависли, но через минуту отметили мне нужную точку.

К моему изумлению, ею оказался… Шанхай. Ни много, ни мало.

— Ну-ка, а если поточнее?.. — нахмурился я, пытаясь приблизить карту, чтобы узнать, какое именно место попадает под координаты.

И тут интернет отрубился. Совсем.

— Расскажи, как ты был в Золотом Руне, — попросил вдруг меня Крестоносец.

Я сразу понял, что он на самом деле хотел спросить. И потому без обиняков ответил, убирая телефон в карман:

— Она жива и здорова. Остальное давай уже в машине, нам надо уходить отсюда. Наверняка Белая Корона уже в курсе вторжения, и в лабораторию скоро могут нагрянуть их люди. Егор, где там Зеленая застряла? Покричи ей, что пора выметаться.

Тот кивнул, и расслабленной походкой двинулся к ферме.

Через пару секунд раздался его взволнованный окрик:

— Эй, Зеленая⁈..

Я подскочил со своего места и ринулся внутрь.

— Что стряслось⁈

Влетев в кровавый коридор, я увидел в голос матерящегося Егора, горы битого стекла, изуродованные тела мертвых людей — и совершенно пустой коридор.

Женьки нигде не было.

— Ушла, блоха паскудная! — выругался Егор. — Собрала все глаза и сбежала, как крыса!

Зато на металлической перегородке в самом конце тоннеля мигала красными лампочками система безопасности, сломанная крышка которой валялась тут же, на полу. В диалоговом окне мигало: «экстренная блокировка».

А на двери зияла кривая надпись, сделанная, по всей видимости, испачканным в крови пальцем. Всего три размашистые буквы «Sry».

Типа «сорри», только коротко.

И все.

Егор пнул осколок стекла.

— Вот тварь… — сквозь стиснутые зубы процедил он. — Если когда-нибудь эту дрянь увижу — убью нахер, собственными руками!..

Я несколько мгновений тупо смотрел на кровавую надпись. И в моей голове никак не могло улечься очевидное.

Тебя кинули, Монгол.

Ты сегодня из шкуры выпрыгивал, чтобы прикрыть Зеленую. А она тебя кинула.

Ради нее с Егором вместе под пули полез в лагере Командора. Из лаборатории ЦИР по стене тащил на закорках, чтобы выжила.

А она тупо сбежала с камнями.

На душе стало так гнусно, что даже почти смешно.

Дурак ты, Монгол.

Люди за мертвую козу убивают друг друга. А тут…

Я медленно подошел к перегородке. Присел, поднял выломанную крышку. Приложил к родному месту.

Черт возьми, вообще почти не видно.

Хотя, если честно, я как-то эту стенку и не разглядывал.

Меня так поразило происходящее вокруг, что я совершенно упустил из виду такую возможность, как скрытую дверь.

Я швырнул крышку на пол. Со вздохом поднялся.

— Твою мать, это ж сколько денег она в карманах сперла?.. — продолжал сокрушаться Егор. — Кошка драная. Знал бы, еще на дереве пристрелил! Нет, ну ты только подумай. Дура!!! — рявкнул он так громко, будто пытаясь докричаться до беглянки.

Егор подошел к двери, сосредоточился, поднял засветившуюся от переполнявшей ее энергии руку вверх — и хорошенько ударил ладонью чуть повыше панели.

Дверь чуть погнулась, но даже не думала уступать.

Я поморщился.

— Да поздно уже, Егор. Если мы тут сейчас останемся сейфовую дверь выламывать, нас прямо на горячем парни Короны и возьмут. Поехали! Хрен с ней.

И я решительным шагом пошел прочь.

Егор сплюнул на пол и отправился меня догонять.

— Нет, ну какая тварь, а. Да она же теперь себе целый дом в городе купить сможет!

— Очень вряд ли, — сказал я. — Подумай сам: мы тут всю охрану положили, а доблестные медики даже не попытались сбежать через эту дверь. Тебе это странным не кажется?

— Кажется, — отозвался Егор. — Только если эти самые медики знали про дверь. Ну или код от этой самой двери.

— Думаешь, такое возможно?

— А почему нет. Мало ли…

— Ну что ж…

Может быть, и так. И Зеленая легко и свободно несется где-то уже по поверхности.

С камнями.

С моим доверием.

И глупой надеждой, что не все в этом мире измеряется деньгами, а люди порой бывают не такие уж сволочи.

Впрочем, все это уже не имело значения.

Егор вдруг побледнел.

— Бизон!!! Только бы эта крыса нашего Бизона не увела!

Подхватив с собой Крестоносца, мы вышли из лаборатории.

Серая пустошь встретила нас неожиданной тишиной. Ветер полностью стих, и теперь стало слышно, как песок поскрипывает по подошвами ботинок. Небо потемнело. Из рыжего вдруг стало почти коричневым, грязным, с зеленоватой кромкой подсвеченных облаков.

Окинув взглядом пустошь, великан проговорил:

— Буря скоро!

И, подобрав камень с земли, подложил его под дверь, чтобы та не закрывалась.

Я сразу понял его идею.

Юрки любят запах крови.