Кромка - Василий Сахаров

В Норброде, куда мы без особых приключений добрались через шесть суток, было людно. Даже слишком.

Несмотря на усталость, это бросилось в глаза сразу. И, послушав разговоры дружинников, я смог немного разобраться в обстановке.

Полным ходом шли переговоры относительно большого похода против демонов, и в логово ведьмака Вадима съехались делегаты от разных анклавов. Президент (Комендант) преображенцев Антон Сергиенко с верными полковниками. Зеленогорцы и вожди окрестных племен. Главари алексеевцев. Представители Дымно, Свалино, Вереи и нескольких морских городов-республик. Ну и конечно же послы каменецкого князя. С каждым делегатом — охрана и советники. Отсюда и многолюдство.

За закрытыми дверями серьезные мужчины решали, как жить дальше, куда направить воинов и надо ли это делать. Но меня сие не касалось, не мой уровень, и я собирался отправиться в свою комнату. Вот только не получилось. Когда заходил во двор, один из каменецких воинов будто случайно оказался рядом и прошептал:

— Привет от Николая Владимировича.

— Какого Николая Владимировича? — Я не понял, о чем он.

— От Савельева.

Я совсем забыл, что помимо всего прочего являюсь агентом каменецких сыскарей, и теперь мне об этом напоминали. Четких инструкций по контактам с людьми князя не было, и, может быть, следовало вести себя осторожно. Но обучение у Вадима и походы под командованием Сыча изменили меня. Несмотря на недолгий срок, Олег Курбатов сейчас очень сильно отличался от того Олега, которого Савельев вербовал в Каменце. Я стал гораздо увереннее в себе, закалился и чувствовал незримую поддержку учителя, авторитет которого непререкаем.

«Да кто они такие, эти сыскари?» — пронеслась в голове мысль, я почувствовал раздражение и сказал каменецкому агенту:

— Николаю Владимировичу тоже привет… Большой и пламенный…

— Нам надо встретиться один на один, — снова прошептал сыскарь. — Найди возможность выйти в поселок.

— Не вижу в этом необходимости.

Отвернувшись, хотел продолжить движение, но он схватил меня за рукав:

— Ты не понял, парень. Это не пожелание, а приказ. Или ты хочешь, чтобы фотография с твоей подписью под вербовочным листом попала к ведьмаку?

Вот тут я не выдержал, резко развернулся и ударил его. Красиво получилось, как учил Сидор из отряда Ирика. Кулак врезался в челюсть каменецкого агента, и он отлетел в сторону.

Моментально защелкали оружейные затворы, и ко мне подскочили каменецкие дружинники. Они пытались возмущаться, но рядом были воины ведьмака, которые меня прикрыли. А потом поднялся агент, который махнул рукой и выкрикнул:

— Всем назад! Порядок! Я сам виноват!

Он сказал это, дабы не возникло конфликта, а потом прошипел, чтобы только я его услышал:

— Еще встретимся…

— Обязательно.

Докладывать о происшествии некому, учитель занят, а старшие ученики рядом с ним. Поэтому я отправился в дом, упал на кровать, завернулся в одеяло, прижался к теплой стене и заснул…

Ночью снилась всякая ерунда. Обрывки видений и оскаленные звериные морды. Покоя не было, выспаться не удалось, и я проснулся с первыми солнечными лучами.

В доме тихо. Делегаты анклавов разъехались и остались только преображенцы, которые находились во дворе, возле повозок. Рядом стоял Сыч, и я подошел к нему.

— Проснулся? — Старший ученик покосился на меня и кивнул: — Это хорошо. Я уже собирался дружинника послать, чтобы он тебя разбудил.

— Куда-то поедем?

— Вадим решил взять тебя с собой к земному порталу. О чем-то поговорить хочет.

Он замолчал, и я задал вопрос:

— Как прошли переговоры?

Сыч ответил сразу:

— Как и предполагалось. Вольные города Дананского моря согласны прислать воинов, но взамен просят оружие и технику. Зеленогорцы, алексеевцы, преображенцы и горцы — с нами. Без условий и торга. Свалино, Дымно и Верея отправят небольшие отряды, при условии, что горцы не станут их тревожить. А каменецкие требуют от ведьмака лично прибыть к князю, поклониться ему в ножки и признать его власть.

— И Вадим согласился?

— Да.

— Думаю, это ловушка.

— Учитель тоже так считает. Но он все равно поедет и медлить не станет.

— А когда начнется поход? Сроки оговаривались?

— Летом пойдем. Сбор в Ольгинске.