Планетолог - Олег Казаков

– Анджей, поднимитесь и заходите сверху, там почище. Со стороны Солнца пыль отжимает в облако, там более плотный поток, а со стороны Юпитера пыль разлетается быстрее, там есть лакуны, через которые можно попытаться войти.

– Над плоскостью эклиптики?

– Нет, вверх от Солнца, Солнце низ.

– А, понял, спасибо за совет.

– Давай! Удачи вам и держитесь, если что, старайтесь сразу вылететь наружу, а тут мы вас побререм.

Патрульный корабль пристроился рядом с границей облака и выровнял скорость. Казалось, половина пространства просто задернута каким-то темным пологом. С одной стороны ярко горели звезды, а с другой едва-едва пробивалось далекое Солнце, и то время от времени его перекрывали темные тени. На локаторах картинка была другая, расширяющаяся граница облака была похожа на бущующее море, из которого вырывались и рассеивались в космосе длинные языки из пыли и камня.

– Есть проход, но скоро закроется, – доложила Сандра.

– Идем внутрь, всем на радарах смотреть по сторонам, мелочь мы выдержим, главное под большие осколки не попасть, – распорядился Ковальски.

Пилотам на шлемы передавалась реальная трехмерная картинка со всех сторон, искусственный интеллект корабля обрабатывал всю поступающую внешнюю информацию и преобразовывал ее в удобный визуальный ряд. Корабль мягко пошел в облако, пилоты маневрировали, уклоняясь от больших камней. После трех недель перегрузок мягкость и неторопливость полета казалась совершенно безопасной. Но тут по обшивке замолотили камни. Небольшой рой налетел с левого борта, и пилот дал импульс маневровыми, выравнивая боковую скорость с потоком. Что-то ударило в передний щит, но пока он выдерживал «обстрел», отклоняя набегающий поток в стороны.

– Никто не задавался вопросом, удастся ли обломкам собраться обратно в планету? – спросила Сандра, воспользовавшись паузой, возникшей в кабине.

– Я спрашивал у Лео, – сказал майор. – Если бы ядро уцелело, большая часть фрагментов упала бы обратно. А так как общее гравитационное поле исчезло, сейчас они все разлетаются в разные стороны. Что-то может собраться вместе, но пока у них разные массы и скорости, так что в основном они бьются, дробятся и дефрагментируются, после чего их раскидывает еще больше. Когда они разлетятся подальше друг от друга, то, возможно, начнут притягиваться обратно. Но тогда на них большее влияние будут оказывать Солнце и Юпитер, растаскивая их все больше.

– Они не соберутся вместе, – влез в разговор Сафар. – Будет большой новый пояс астероидов, более плотный и более опасный, чем старый. Луна, Земля, Венера, все будет бомбардироваться метеоритами. Космические полеты станут во много раз опаснее, чем сейчас. Вероятность попасть под поток камней многократно возрастет. Спутники будут сноситься с орбит. К тому же, чем ближе к Солнцу, тем больше будет скорость.

– Безрадостная картина, – заметила Сандра. – И что же делать землянам?

– В космос выходить, – откликнулся Сафар. – Я так считаю, сейчас, пока есть время, надо срочно создавать колонии вне плоскости эклиптики и расселять туда людей. Если на Землю упадет хотя бы один крупный астероид, это будет катастрофа.

– Сам же говоришь, полеты станут опасны, снабжаться они как будут? – спросил Ковальски.

– А пусть на самообеспечение переходят, – отмахнулся Сафар. – База летит в сотнях световых лет отсюда и сама себя обеспечивает. Выдолбят астероид, заселят, заполнят воздухом и пусть живут. Тут Солнце рядом, свет и тепло будут.

– Сколько лет уйдет на подготовку первой колонии, скорее остатки Марса до Земли долетят, нереально, – отвергла предложение Сафара Сандра.

– У меня брат строитель, он готов хоть завтра набрать команду и улететь на астероиды, – убежденно сказал Сафар. – И таких людей много, они понимают, что на Земле могут погибнуть.

– Он разве не участвует в беспорядках? – спросил майор.

– Что, если араб, то должен обязательно бегать по баррикадам в шлепанцах и кричать «Аллах акбар!», – обиделся Сафар.

– Да нет, конечно, не принимай на свой счет, – улыбнулся майор.

Пилоты увернулись от крупного осколка, и корабль вылетел на относительно чистое пространство. Пыли здесь было значительно меньше, да и мелкие куски почти все улетели на край облака. Большие скалы, медленно вращаясь, шли одним потоком, постепенно расходясь в стороны.

– Никогда не думала, то увижу такое в реале, – восхитилась Сандра, уставившись на панорамный экран. – Всегда думала, когда старые фильмы о космосе смотрела, что это фантастическое преувеличение.

– Повезло, сказка стала былью, – поддакнул майор.

– Да уж, жизнь, как в сказке, чем дальше, тем страшнее, – сказал Сафар.

– Есть направление, сигнал, – доложил пилот. – Дальность двести километров.

– Подойти можем? – спросил Ковальски.

– Постараемся, но там много мусора, похоже, столкнулись два фрагмента.

Корабль подвернул и стал осторожно пробираться между летящими скалами. Сигнал в динамиках звучал все четче.

– Попробуйте связаться с ними, – распорядился майор.

Сафар начал вызывать терпящий бедствие катер. В динамиках кто-то закашлял.

«Пожаловали… по мою душу…»

– Кто говорит, опознайте себя! – произнес майор.

«Джексон… инспектор…» – голос опять закашлял.

– Джексон, это спасательный корабль флота, майор Ковальски, мы вас вытащим, держитесь, мы уже рядом.

«Бесполезно это все… – раздался голос Джексона. – Лучевая болезнь, мне осталось недолго…»

– Джексон, вы работали с группой, рассчитывающей новый Марсианский Проект?

«Да, а вы откуда… Хотя, конечно, кто еще мог за мной прилететь…»

– Джексон, я веду запись разговора. Все, что вы скажете, может быть использовано как в вашу защиту, так и против вас. Вы понимаете, что я говорю?

Сандра протянула майору планшет с данными, пробиться к источнику сигнала не было никакой возможности, слишком плотный рой обломков кружил вокруг него. Майор кивнул в ответ.

«Я понимаю… Давно должны были вычислить… Вы от администрации председателя или…»

– Я веду независимое расследование с начальником Управления Гео. Мы нашли ваше имя в списке, неизвестном Управлению. Мы считаем, что это вы изменили параметры запуска установок, это так?

Динамики молчали пару минут. Потом в них снова раздался усталый тихий голос.

«Значит, вы нашли Гилиана… Уж до чего был скрытный старик… Как он там?»

– Его повесили. Но сначала связали руки, засунули в петлю и прострелили обе ноги.

«Сволочи… Он же все для них сделал… Вы знаете, в последние недели я разговаривал только с пилотом и капитаном… А они оказались очень неразговорчивыми… Я сейчас отправлю вам журнал… Когда в нас попал кусок Марса, катер завертело, и я на мгновение потерял контроль. Они набросились на меня. Пилота я застрелил сразу, а капитан перед стартом успел надеть скафандр. Он несколько дней мучился, а я не мог ему помочь. Я прострелил кабину и весь воздух вышел. Я привязал их к креслам, я несколько недель с ними разговаривал, особенно с капитаном, а он умер, истек кровью. В остальных отсеках никого не осталось, когда мы упали на этот обломок, катер сильно разбило, он застрял в скале. Я видел, как кто-то выскочил из катера и попытался закрепить швартовые тросы. Ему удалось вбить один конец в скалу, а потом его сбило камнем и сорвало… Где-то там, в этом облаке, полном смерти, летит человек, который пытался нас всех спасти… Он даже не знал, что я успел расстрелять двух человек… Я до сих пор слышу крики с Марса, Игараси понял, что случилось, и прорвался в радиорубку… Они так кричали… Только Игараси был спокоен. Он просил меня, если я выживу, навестить его мать в Японии. Он даже ни в чем меня не обвинял, хотя давно подозревал… Что я за скотина…»