Крабоид - Юрий Никитин

Я огляделся, посмотрел как изнутри, так и сверху, обломки здания в самом деле образовали высокий холм, а мы в самом низу и чуть ли не в центре кучи.

И сейчас потрескивает, где-то что-то проседает, уплотняется, большие пустоты уже заполнены, а сейчас и мелкие исчезают под огромной тяжестью.

Марианна сказала слабо:

– Не успеют… Либо от удушья подохнем, либо придавит и расплющит…

– Тогда нужно выбираться, – сказал я. – Тебе кота кормить, забыла?

Она буркнула:

– У меня нет кота.

– Ах да, это я читал, что все одинокие женщины заводят кошек.

– Я не одинокая, – прошипела она, – я просто самостоятельная!

– Это как? – спросил я. – Ты рассказывай, хорошо? Пока я все равно почти ничего не понимаю из того, что ты говоришь, но запоминаю хорошо. И могу… имитировать. Быть такими же. Ладно, не быть, а выглядеть таким же. А люди все, как сказал Шерлок, не такие с виду, как на самом деле. Все притворяются!

– Но не настолько, – ответила она сердито. – Ни о чем другом не могу ни думать, ни говорить! Хочу выбраться!.. Это тебе все равно…

Я понял, что мне должно быть не все равно, сказал с сочувствием:

– Мне здесь тоже неуютно, хотя мужчины, как говорит твой друг, не должны обращать внимания на такие мелочи.

– Он не друг, – возразила она, – а напарник.

– Не друг?

– Он друг, – ответила она, – но не друг в другом значении… Мы не вяжемся, понял?.. Хотя бывает, но не на постоянной основе. Без обязаловки, как прописывают в брачных договорах.

– А-а, – сказал я озадаченно, – вот что такое друг, когда не друг… Ладно, выбираться будем?

Она ответила слабо:

– А что теряем?.. Все равно издохнем. Только как?

– Вот тут можно ползком, – пояснил я. – Ах да, ты ж не видишь, а я нащупал за спиной… Вроде бы две плиты встали торчком, и получился такой длинный шалашик… Шагов на пять ближе к краю.

Рация щелкнула, прозвучал захлебывающийся голос Шерлока:

– Марианна!.. Марианна, откликнись!

Марианна прохрипела измученно:

– Слушаю…

Он воскликнул:

– Слава Богу!.. А то маячок начал двигаться!.. Думал, крыса тащит себе в нору…

– А меня, – спросила Марианна зло, – уже по кускам растащили?.. Ну ты и друг!

– Это комплимент, – прокричал он. – Что значит, ты худенькая!.. И почти дюймовочка, как хотят все женщины. Держись, Марианка, мы тут работаем…

Я постарался запомнить, что «друг» может означать и такое, Марианна ответила слабым голосом:

– Крабоид нащупал щелочку… Раз уж отсюда все равно не достанете…

Шерлок прокричал:

– С той стороны завал еще выше!.. Если обвалится…

Она ответила:

– Везде, если обвалится, нам не выжить… Конец связи.

– Там завал выше, – пояснил я, – потому что куски стен рухнули. Крупные. Между ними остались свободные места.

Я медленно раздвигал впереди плиты, мелкие превращал в состав, аналогичный атмосфере у самой земли, сверху время от времени сыпался песок, а также крохотные камешки.

Марианна ползла следом молча, часто тыкалась головой в подошвы моей обуви.

Я останавливался, прислушивался, наконец сказал:

– Здесь тупик, но… слышишь, техника работает?.. Если эту рухнувшую часть стены чуть приподнимут, сумеем выползти.

Она сказала зло:

– Если ее приподнять, рухнет все остальное!

– Рискнем, – предложил я. – Передай, что нужно сделать.

Она снова включила связь, я слушал невнимательно, моя задача упростилась, плиту поднимут механизмами, а мне нужно удержать все, что может рухнуть на ее место, только и всего. И еще, конечно, добавлять свежего воздуха, хотя сейчас сюда в самом деле начала проникать свежая струйка, хотя и слишком слабая.

Рев механизмов приблизился, плита дрогнула, донесся скрежет. Как я понял, ее зацепляют тросами, но там обламываются края. Через пару минут чуть приподняли, нам на головы тут же посыпался строительный мусор.

Я прокричал:

– Еще чуть-чуть, но не выше!.. Стоп, достаточно. Марианна, ползи на ту сторону. Там спасатели…

Она взвизгнула:

– Под этой плитой?.. Она вот-вот рухнет!

– Сейчас все здесь рухнет, – заверил я. – Здорово, да? Нижние обломки крошатся, оседают. Вот-вот верхние продавят и размелют здесь все в пыль… с примесью крови и раздавленных кишек. Или кишок, как правильно?

Она охнула и, опустившись с четверенек на живот, поползла, двигая оттопыренным задом из стороны в сторону, как ящерица хвостом. Дважды цеплялась одеждой на спине за выступы нависшей сверху многотонной плиты, я старательно удерживал эту плоскость и убирал зазубрины.

Наконец там далеко по ту сторону плиты послышались ликующие крики. Я вздохнул, опустился на живот и проскользнул под многотонной громадой быстрее, чем Марианна, хоть и старался двигаться не шибче, чем эти существа.

Через мгновение массивная плита сорвалась с тросов и с глухим ударом обрушилась на землю, разламывая мелкие осколки и обдав всех спасателей облаком сухой пыли.

Ко мне подбежали двое в ядовито-желтой одежде, еще двое примчались с носилками, попытались уложить меня.

Я без труда перехватил их руки и придержал:

– Все в порядке, я не поврежден. Займитесь теми, кто в помощи нуждается.

Ко мне подбежала молодая женщина с высокой прической и глубоким вырезом на платье.

– Я психотерапевт Виолетта Целиковская… Вам нужна моя помощь!

Я ответить не успел, к нам примчался Шерлок, обнял меня за плечи, а женщине с вырезом сказал счастливым голосом:

– Наш друг – человек-скала, никогда не нуждается в психотерапевтах, простите. Вместо него как-нибудь я приду, а то что-то вот смотрю и уже поплыл… Крабоид, пойдем, там Марианну отпаивают… нет, не горячим чаем, в таких случаях имеем право употреблять и на работе. Хотя сегодня, считай, отработали на неделю вперед!

– Да, – ответил я, – пойдем к твоей напарнице.

Самка-психотерапевт с сожалением смотрела нам вслед, крикнула:

– Я вас жду!.. А то сама приду!

Шерлок помахал рукой над головой.

– Я весь в ожидании и готовности к сеансу. Даже двум подряд.

Марианну укутали в одеяло, в руке у нее большая жестяная кружка с коричневой жидкостью, но не чаем, в нашу сторону взглянула с горячей благодарностью в глазах.

– Крабоид, тебе ничего не прищемило? А то все молчал, терпел…