Опричник - Антон Демченко

Устроенное моим будущим тестем празднование, собравшее в его особняке львиную долю московского боярства, по сути, стало первым шагом в исполнении предложенного эфирниками плана, изрядно допиленного напильниками Вербицким и Бестужевым. Но прежде, чем начать воплощать идею наследников покойного Никиты Силыча в жизнь, я «сбегал» на базу. Нужно было закрыть один вопрос, и желательно до того, как закрутится вся эта карусель.

Илона Стенич встретила меня в давно и хорошо знакомом ресторанчике «У Мазо». Одна, без сопровождения. Что ж, уже хорошо. А вот раздражение, внешне тщательно скрываемое, но так и плещущее в Эфире – совсем нехорошо.

– Сильвер, – кивнула майор «Пардусов», когда я подошел к занятому ею столу.

– Ведьма, – зеркально отразив жест собеседницы, отозвался я, усаживаясь напротив.

Стенич недовольно дернулась. М-да, а самоконтроль у нее сейчас не очень. Или раздражение слишком велико? Не ожидал, что так легко «пробью».

– Я внимательно тебя слушаю, Кирилл, – взяв себя в руки, проговорила женщина.

– А поговорить? – Каюсь, не сдержался… и взгляд Илоны, полыхнувший яростью, показал, что анекдоты она тоже знает и, может быть, даже ценит. Но не в данной ситуации. Пришлось сдать назад. – Извини, не удержался.

Майор глубоко вздохнула, отчего ее и без того внушительная грудь, затянутая в грубую ткань «камка», волнующе поднялась, заставляя работать мужское воображение, и… я вовремя отвел взгляд. Успел до того, как на миг прикрывшая глаза Илона вновь уставилась на меня.

– Проехали, – словно затвором стреломета, лязгнула майор. – Кирилл, у меня очень, подчеркиваю, очень плохое настроение, поэтому оставь свои шуточки и переходи сразу к делу.

– К делу так к делу, – кивнул я и, выудив из нагрудного кармана куртки инфокристалл, катнул его по столу в сторону собеседницы. – Взгляни и оцени.

Илона перевела взгляд на «подарок», чуть помедлила, но все же взяла кристалл в руку и, сунув его в гнездо коммуникатора, развернула перед собой невидимый окружающим экран.

– Сто шестидесятая минута записи, – произнес я, едва Илона закончила манипуляции с коммуникатором.

Женщина хмуро кивнула и, прокрутив запись до нужной отметки, вновь уставилась на экран. Миг – и Илона скривилась. Скользнула взглядом по экрану, вновь жестом отмотала запись, очевидно возвращаясь к той же отметке. Еще несколько вращательных движений пальцами для изменения ракурса… и тихий, но злой матерный шепот на трех… нет, пяти языках. Сильна Ведьма! Я бы так не смог.

Хлопок ладонью по столу – и инфокристалл вылетает из гнезда коммуникатора. Женщина берет его, словно ядовитую букашку, осторожно, с явной брезгливостью и, явно едва сдерживая желание раздолбать стекляшку в пыль, аккуратно кладет ее на блюдце, стоящее посередине стола.

– Кирилл, я… – Голос Илоны Стенич звучит хрипло, с натугой. – Богами клянусь…

– Мне не нужны клятвы, майор, – прерываю я чуть ли не рычащую женщину, от которой так и шибает злостью, страхом и болью. Болью не физической, а душевной. – Мне нужно объяснение. Объяснение причин, сподвигнувших отряд «Червонных Пардусов» на нарушение договора о поддержке, заключенного вами с отрядом «Гремлины». Это предательство, Ведьма. И я хочу знать, зачем и почему.

– Кирилл… Сильвер… – Стенич сгорбилась, обхватив себя руками за плечи. Голова женщины опустилась. – Я понятия не имела, что мой… что кто-то из моих подчиненных способен на подобный шаг. Тем более мой сын. «Пардусы» всегда исполняют свои договоры и всегда держат слово.

– Вижу. – Я кивком указал на лежащий между нами инфокристалл, и майор совсем сникла. И ведь не играет, насколько я могу судить по колебаниям Эфира вокруг нее, но легче от этого не становится. Я вздохнул и, выдержав паузу, сменил тон. – Скажи спасибо, что у меня хватило выдержки провести нормальное расследование, прежде чем выдвигать претензии, и я знаю, что ни ты лично, ни «Пардусы» в целом непричастны к действиям Олега Стенича. Но в связи с этим происшествием у меня возник вопрос. Илона, твой сын – идиот? Он не понимает, что фактически поставил на кон существование вашего отряда вообще и жизнь своих родных в частности? Не вскидывайся и не сверкай глазами, майор Стенич! Сколько у тебя в отряде стихийников? Пять, шесть? И ни один из них не поднялся выше младшего воя. А у «Гремлинов» только старших воев – пятеро, не считая моих учениц, две из которых вышли в потолок теми же старшими воями, да еще две – гридни, и тоже в потолке. О том, что в бой я могу выставить два десятка ЛТК, и вовсе молчу. Так сколько бы вы продержались против нас? Посчитай…