Стать жестче - Олеся Шеллина

Дед с матерью вышли из комнаты, точнее дед выволок слегка упирающуюся дочь, а мы с Егором переглянулись и расхохотались.

Штаны я успел натянуть, и даже надел вычищенные до зеркального блеска ботинки, когда, вопя нечто нецензурное, в комнату ввалился Вольф.

— Костя, ты совсем охренел? Уже гости наполовину собрались, а ты ещё голый стоишь. И Мария где-то потерялась. Ты в курсе, что Андрей Никитич с моей матерью и твоей женой, — он ткнул пальцем Егора в грудь, — гостей встречают, пока вы здесь непонятно чем занимаетесь!

Егор, услышав про гостей, только зубами скрипнул. Не известно, кто сейчас болтается по вверенной ему территории, которую он должен охранять, а сам Ушаков вместо этого разгребает последствия кошачьего произвола.

— Не ори, у нас форс-мажор случился, — я надел пиджак и поправил галстук. — Мой костюм сожрал Паразит, пришлось вспоминать, где у меня запасные. Хорошо Ушаков ещё не уехал, он быстрее нас с матерью об этом вспомнил.

— Так, я не буду спрашивать, почему Ушаков знает, где у тебя что лежит лучше тебя и твоей матери, — Юрка схватил меня под руку и потащил к выходу. — Но его задачей было доставить жениха к алтарю. И я даже не знаю, справился он, или завалил такое простое на первый взгляд дело?

— Юра, заткнись, иначе до алтаря доедет только жених без свидетеля. — Процедил Егор.

— Вот оно, преимущество грубой силы перед интеллектом, — Вольф весьма ловко запихал меня в машину. Судя по всему дед с матерью уже уехали, потому что у дверей никаких других машин, кроме вольфовской, не наблюдалось.

— Вы замолчите, оба? — я обхватил голову руками. — Что на вас нашло?

Егор сел рядом со мной, и машина рванула с места.

— Вообще-то, не только ты нервничаешь, — ответил мне Юрка. — То, что жених у алтаря почти в обмороке, и невеста кое-как на дрожащих ногах стоит, это нормально. Этого все ждут и такой расклад никого не удивит. На то и существуют свидетели и друзья, чтобы вовремя подставить плечо. И в этом случае все как раз и ждут, чтобы друзья оставались собранными и надёжными. Вовремя заполняли паузы, пошло шутили и всячески отвлекали внимание от молодых, если кого-то из них начало тошнить. И да, я волнуюсь. Ты хоть сам в курсе, сколько там уже народу собралось? Да вы подарки только неделю разбирать будете. После того, как Ушаков всё проверит, естественно.

— Вот ты мне сейчас охренительно помог, Юра, — я выпрямился. Так, ничего страшного не происходит. Это всего лишь свадьба. Соберись, тряпка. Пару раз я даже легонько ударил себя по щекам. И тут машина остановилась, и я действительно почувствовал, что меня начало подташнивать. Чёртов Вольф.

Егор выскочил чуть ли не на ходу и сразу же поднёс руку к уху. Похоже, его здесь ждали, чуть ли не больше жениха с невестой.

Вольф без лишних сантиментов потащил меня к часовне. Там я встал у своего выхода и принялся ждать сигнала. Хорошо что мы спрятаны от многочисленных свидетелей второго круга, набившихся в семейной часовне Ушаковых, как селедки в бочке. Всё-таки венчание — это таинство, и близко от нас и священника будут находиться только свидетели. Когда-то мы с Анной как раз держали венчальные венцы над Вольфами. Теперь их очередь. Хорошо ещё, что Влада уже оправилась от родов, чтобы принять участие в этом празднике жизни.

Дальнейшее выпало из моего восприятия. Я делал то, что мне говорят. Опускался на колени, вставал, куда-то шел, что-то делал, надел на тонкий пальчик тяжёлое обручальное кольцо...

— Константин, ты можешь поцеловать свою жену, — зычный голос священника вывел меня из этого своеобразного транса.

Я откинул с лица Анны фату. Она была бледная, и очень красивая. Моя жена. Я долго смотрел в запрокинутое личико, на котором отразилось волнение и лёгкий испуг. А потом прикоснулся к её холодным губам своими.

— Привет. — Прошептал я ей в губы.

— Привет, — ответила она и слабо улыбнулась.

Словно этот лёгкий поцелуй послужил сигналом к завершению таинства. Нас тут же начали поздравлять, старались дотронуться, похлопать по плечу. Кто-то уже нечто неприличное выкрикнул, намекая на плодородный брак.

Юрка не мог отогнать всех желающих, а Егор был где-то на периметре, поэтому я, чтобы уже выйти из небольшого душного помещения, подхватил Анну на руки и понес к выходу. Мой жест все присутствующие оценили и даже похлопали в ладоши. Я же, не останавливаясь дошёл до выхода. Дверь распахнулась, я шагнул уже с женой на руках на улицу и мы тут же попали под вспышки камер. Чертовски романтично, лучше и не придумаешь.

Опустив Анну на землю, я впервые рассмотрел её. Платье было с открытыми плечами, да и вообще создавалось ощущение, что оно вот-вот с неё свалится.

— Сегодня все без исключения мужчины будут на тебя смотреть в ожидании, что платье упадет и они насладятся прекрасным видом. Вон, даже Ушаков косится. А ведь его сложно сбить с пути истинного. Для него сейчас только одна женщина существует.

— Так и было задумано, — Анна снова улыбнулась. — Как ещё бедной девушке привлечь внимание на этом празднике жизни?

— Ты само очарование, - я поднёс её руку к губам и коснулся холодных пальцев. — Не бойся, всё самое страшное уже позади. А брачная ночь нами отрепетирована, так что никаких проблем быть не должно.

— Керн, ты меня иногда ставишь в тупик, я не знаю, как на тебя реагировать.

— Расслабься, и улыбайся. Мы счастливая влюбленная пара на свадьбе года. Не надо создавать у гостей и журналистов впечатление, будто тебя насильно за меня выдали. — Каким образом Егору удалось организовать нам уединение в толпе, не доступно для моего понимания, но ему это удалось. И мы смогли поговорить без лишних ушей.

Анна улыбнулась на этот раз искренне. Взяла меня под руку и прижалась всем телом.

— Или тебя заставили жениться под дулом пистолета.

— Неправда, им не нужен был пистолет. Меня всего-то на полгода лишили женской ласки. В таких условиях что только не сделаешь, даже женишься, — вот теперь Анна рассмеялась и ударила