Не ДРД единой - Инди Видум

Дашка чувствовала что-то неладное и нервно теребила лямку рюкзака. Того самого рюкзака, который я делал для нее. И выглядел он как новенький и очень любимый. Дашка перехватила мой взгляд и обрадовалась:

— Ой, ты же не видел мой рюкзачок. Классный, правда?

Она стащила рюкзачок со спины и, хвастаясь, повертела его прямо перед моим носом. И пусть основное достоинство этой вещицы было внутри, но и снаружи она выглядела достойно.

— Согласен, классный.

— Да что он понимает в классных вещах? — буркнул Агеев. — Это в моем роду могут позволить себе покупать вещи такого уровня.

— Слушай, — не выдержал Федя. — У тебя друзей, что ли, не осталось, возле нас трешься? Шел бы ты к своим, к горнодобывательским.

Агеев ничего не успел ответить, как на мне кто-то сзади повис и промурлыкал голосом Фурсовой:

— Вот мы тебя и нашли, Илюша.

Даша на нее глянула так, как будто заподозрила, что лысой Фурсова будет выглядеть куда приятней ее сердцу.

— Маш, я не прятался вроде. Как отзанимались?

Она прошла чуть вперед и встала рядом.

— Без тебя все пошло наперекосяк, — она намекнула, что некому было улучшать ингредиенты, но Агеев этого не знал, поэтому насмешливо откашлялся, намекая специально для Даши на мои отношения с Фурсовой. — Но преподша отнесла это на наши переживания.

— Сильно переживали? — усмехнулся Федя.

— Ой, сильно, — ответила ему Уфимцева, которая, в отличие от Фурсовой, подойдя, повисла не на спине, а на руке. — Мы вообще за Илюшу сильно переживаем. А уж как за него переживает наша целительница. Прям на занятия бегает.

— Неужели? — холодно бросила Дашка. — Целительницы обычно ни за кем не бегают.

Остальная часть группы, как я успел заметить, тоже подтянулась, но пока в разговор не вступали.

— Так это обычно, — манерно протянула Фурсова, и отбросила назад мешающую ей прядь, продемонстрировав свою выдающуюся шевелюру. Вообще, Арина Ивановна ради меня расстаралась: подобрала действительно красивую девушку. — А эта бегает, да только безрезультатно. — Она посмотрела на насупившуюся Дашку и добавила специально для нее: — Или небезрезультатно? В гости-то Илюша к ней сходил, и они точно там не алхимией занимались. Свечку над ними я не держала, но Дарина делилась очень интересными впечатлениями.

— Даш, пойдем к своим? — предложил Агеев. — Нужно нам слушать, про то, кто с кем встречается в этой убогой алхимической академии?

Сейчас любой мой ответ показался бы жалким оправданием. Меня спасло только то, что наконец закончилась регистрация и началась жеребьевка. Происходила она исключительно электронным путем, поэтому на табло постоянно вспыхивали парами фамилии. К сожалению, мы с Агеевым в ближайшем поединке не сойдемся: его фамилия появилась одной из первых, а мне назначили другого соперника. Агеев тоже внимательно отслеживал и довольно заметил:

— Все, Даш, болей не болей — без разницы. Илье прошлогодний призер достался из военного училища. Вылетит твой друг после первого же боя, так что пойдем к своим, поболеем за более достойных.

Даша сделала шаг к нему, потом повернулась ко мне и сказала:

— Я все равно буду за тебя болеть и надеяться, что тебе повезет.

— Спасибо, Даша, — сказал я уже ей в спину и даже не был уверен, что она услышала. Повернулся к Фурсовой: — Маш, тебя какая муха укусила? Тебе никто не говорил, что сплетничать нехорошо? Ты не только меня задеваешь, но и свою подругу.

— Она мне не подруга, — зло ответила Фурсова.

— Пойду я тоже к своим, — сказал Федя. — А то у вас тут внутренние разборки намечаются. Но я тоже буду болеть за тебя. Подойду после поединка, сходим куда-нибудь, хорошо?

Похоже, в мою победу он не верил. Ребята из группы тоже мрачно молчали, а тут еще подошел Богданов с паническим:

— Вот же не повезло нам с жеребьевкой. Как чувствовал. Вся надежда была на тебя, что хотя бы во второй тур пройдешь. Но первый день — бои на выбывание.

— Я выбывать не собираюсь.

— Оптимист, — он махнул рукой и пошел воодушевлять других участников нашей команды.

Глава 25

Пока ждал свою очередь, смотрел с интересом на остальные поединки. Нужно же было прикинуть средний уровень соперников. Победители обычно определялись сразу, хотя пару раз наблюдал и бои противников примерно одного уровня. Как получилось с Агеевым, например. Ему с противником даже дополнительное время пришлось дать, на котором Агееву повезло и удалось проскочить дальше. Его противник откровенно расстроился, потащился на галерею к отсеку жюри и начал качать права, но его быстро выставили. Хотя шанс добиться пересмотра был: на мой взгляд, оба участника выступили примерно одинаково.

Скоро должна была подойти моя очередь, поэтому очередной бой я смотреть не стал, отошел в раздевалку и быстро переоделся в спортивную форму, которая не сковывала движений. Вернулся я аккурат к окончанию поединка, который в этот раз был короче выделенного времени за явным преимуществом одного из соперников.

Это было правильным решением, потому что участников оказалось много, и сокращение даже на пару минут давали такую себе неплохую экономию времени. По-хорошему, следовало бы пару помостов для поединков устроить, тогда дело пошло бы бодрее, но, видно, решили, что жюри за всеми не усмотрит, а на одни защитные артефакты со встроенными датчиками касаний полагаться не стали.

Честно, говоря, поединки по большей части были совсем неинтересными. Первый же с участием парня из нашей академии остановили через две минуты, потому что это был не бой примерно равных, а избиение более слабого более сильным. Моя группа после этого сильно загрустила, начали проскальзывать выражения в духе: «Важна не победа, а участие». Это реально злило, поэтому я перестал отвлекаться на посторонние разговоры и занялся прокачиванием одного из доступных сейчас навыков: медитации. Причем занимался я ей, продолжая следить