Симбионты - Олег Дивов

«Я стараюсь ее понимать. Ей сейчас трудно. Ей тридцать семь, и, может быть, текущий контракт — последний в ее жизни. Может, ей никогда больше не дадут главную роль. Она хватается за все. Она спешит наколотить денег, чтобы уйти из актрис в режиссеры или продюсеры. Папа не даст ей десять-двадцать миллионов на съемки, у него все в производство вложено — вот она и старается заработать сама. А обо мне она не волнуется. Она же знает, что с папой мне лучше. С папой я получу образование, я не подсяду на наркотики, не свяжусь с каким-нибудь рок-музыкантом. Думаешь, если бы я жила с мамой в Европе, мне было бы легче? Там я или годами сидела бы дома с нянями, или моталась бы по съемочным площадкам. Нет, я не в обиде на нее. Я у нее даже многому научилась. А когда я буду баллотироваться на каких-нибудь выборах, она поддержит мою предвыборную кампанию».

Мария действительно многому научилась у мамы. Точнее, разучилась. Просто общаться, просто дружить, просто жить у нее получалось год от года все хуже. Зато она все успешнее и успешнее коммуницировала, манипулировала и продвигалась. Обычных человеческих радостей у нее осталось всего ничего — мешать папе воровать колбасу из холодильника да таскать за собой Дашу. С папой они друг друга очень любили, но когда тебе целых пятнадцать лет, как-то неприлично уже лезть к отцу на колени, сворачиваться клубочком и мурлыкать. А Дашка… Ну, это Дашка, и все.

Жестокий облом, который ей устроил Михалборисыч, подействовал на Марию отрезвляюще. Она крепко задумалась, все ли в жизни делает правильно. Свежим взглядом посмотрела на Дашу, Леху и Принца — людей, выбирающих совсем другой путь. Много размышляла о политике и своих карьерных устремлениях. И пришла к неутешительным выводам.

Похоже, она была излишне самоуверенной и недостаточно эффективной. Ей казалось, что она умело использует Михалборисыча, тем временем этот опытный интриган попользовался ею.

Спасибо за науку, господин директор. Теперь Мария будет умнее и осторожнее.

Ох, она ему устроит.

А заодно и всем покажет.

* * *

— Вот же гады! — выпалил Петя и быстро огляделся по сторонам: не заметил ли кто.

— Гады, не то слово, — сказала Мария. — Я не знаю, что делать.

— Ну и ну… Сначала загубили гениального ученого и великий проект, а теперь сами гонят репликаторов… А ты уверена? Я ведь не то что «девять плюс», я живой «девятки» толком не видел.

— Вот поэтому и не видел. Потому что ты сразу поймешь, что с ботами непорядок.

— Ну, не сразу, ты меня не переоценивай…

— Ты научник, Петя. А я кто? Девочка на побегушках. Я долго выбирала, кому рассказать. Но тут все какие-то… Слишком корпоративные. Вписанные в систему. Потом вспомнила про тебя. Ты не такой, как остальные. Ты свободный человек. У тебя есть собственное мнение. Это самое главное.

— Послушай… — Петя таял как мороженое, но все еще немного трепыхался. — Я понимаю, мне лучше не знать, кто твой источник. Но все-таки… Откуда такая уверенность?

Мария подняла глаза к потолку: точно в сторону дирекции.

— Так — яснее? Этот человек сам не понял, что проболтался. Решил похвастаться, впечатление произвести на хорошенькую дурочку. Чего она понимает, верно? А дурочка неплохо рубит в микробах. Уж основные-то принципы знает назубок. Чтобы быть лицом Нанотеха, одного лица мало. Ты «девятки» и не видел, а я ее в себе целый день таскала.

Петя нервно сглотнул.

— И как?.. — спросил он севшим голосом.

— Счастливая была, — процедила Мария. — Теперь представь, что эта дрянь — репликаторная. Сегодня она встала на поток. Сырая, наспех оттестированная, репликаторная дрянь. Что она может натворить, как ты думаешь? И что мне делать, Петя?

Петя явно хотел засыпать Марию вопросами, да не на ту напал. Она на него правильно смотрела, правильно дышала, правильно держала руки. У нее даже ноги под столом правильно стояли.

— Я тебя не прошу мне помочь, ты хотя бы подскажи.

Петя сел прямее и выпятил грудь.

— Ну почему же, — сказал он. — Я могу помочь. Нужен только образец «девятой плюс», минимальный рой в три кубика. Лучше побольше, но и три куба сойдет. Я отсканирую прошивку, расковыряю ее, и если это репликатор, мы с тобой директора посадим. И Рыбникову, гаду, не поздоровится.

— И Зарецкому! — вырвалось у Марии.

— Ему-то за что?

— Он в курсе всего. Осторожнее с ним, Петя.

— Так это… Это он тебе сказал?!

Мария выразительно промолчала.

— Если так, значит… Значит, так, — не очень внятно по форме, но понятно по контексту выразился Петя.

Программист сел еще прямее и совсем развернул плечи. У Марии вдруг мелькнула мысль, что этот тип не такой уж недотепа. И не дохляк-научник, присохший к монитору, вон мышцы какие… Но скорее всего, она просто его правильно замотивировала.

— Мне нужны образцы, — сказал Петя твердо. — Если что-то не заладится, Семенов поможет.

Мария изобразила легкий испуг.

— Не беспокойся, наш человек, — заверил Петя. — Совсем не корпоративный. Не знаешь Семенова? Это бывший личный техник Деда. Ага, вижу, понимаешь, о чем речь… Он на репликаторах съел такую собаку, что Рыбникову и не снилась. Кстати, Семенов большой друг твоего одноклассника.

— Только Лехе ни слова, он совсем мальчик еще, — быстро сказала Мария. — Это дело… Оно между нами. Оно для взрослых. Если ты понимаешь, о чем я.

После этой реплики Петя должен был, по идее, тяжело задышать, вывалить наружу язык и пустить обильную слюну. Но программист только моргнул пару раз.

— Да бог с ним, с Лехой. Он не поможет нам достать образцы. А у меня нет пропуска в «яму», это другой сектор, да и не мой уровень. Вот в чем проблема, Машенька.

— Не проблема, — сказала Мария. — Просто дай мне свой номер и жди звонка.

— Примерно когда? Надо подготовиться.

Мария на миг задумалась.

— Дня три-четыре. Нет, три. Через три дня у тебя будут образцы.

Трое суток она потерпит. Она должна играть честно и дать возможность Лехе проявить себя. Если за это время Леха ничего не придумает — что ж, он упустил свой шанс. Если Леха придумает, но провалится — будет запасной вариант.

Который уж точно не провалится, ведь его подготовила она.