Ледяной бастион - Алексей Бессонов

Вшестером они не без труда втиснулись в узкую кабинку лифта. Не тратя времени на размышления, Кириакис уверенно коснулся самого нижнего сенсора панели управления, и лифт, издав короткий жалобный стон, провалился вниз.

Салун Лины Адамс, служивший фасадом для весьма оригинального и доходного борделя, нахожился на нижнем, «минус восьмом» этаже башни. Ниже его начинались бездонные лабиринты фундамента, в которых нередко происходили довольно странные вещи: дотошный сыщик, спустившись туда, мог бы обнаружить немалое количество скелетов, накопившихся там за годы, прошедшие с момента строительства порта.

За поляроидными дверями заведения дорогу Арифу решительно заступили два могучих почти квадратных парня, под короткими камзолами которых без труда угадывались очертания армейских бластеров. Следом за Кириакисом в салун вошли Роберт и охранники. Окинув увешанных древним имперским оружием людей, вышибалы опустили глаза и расступились, освобождая дорогу запыленному джентльмену и его людям.

Йоськи в зале не было.

– Кэт, сядь за столик и закажи выпить, – негромко распорядился Роберт. – Вы, парни, присядьте пока рядом…

Не оборачиваясь на него, Ара прошел вглубь зала и приблизился к освещенной разноцветными трубками стойке. Бармен, существо совершенно неопределенного пола со слегка небритым девичьим лицом и тяжелой волнистой гривой цвета морской волны, вопросительно наклонился к нему.

– Маму надо, – процедил Ариф, глядя в сторону, – скажи, сына Ара привалил. Сына скажи, да?

Окинув его коротким оценивающим взглядом, бармен кивнул и исчез в закрытом деревянной бахромой внутреннем выходе. Спустя минуту он вернулся и прошипел, опасливо косясь на подошедшего Роберта:

– Мама здесь… заходите.

Пройдя через раскрывшуюся в стойке дверку, друзья нырнули за хрустящий занавес бахромы и очутились в просторном полутемном помешении, уставленном какими-то грязными пластиковыми ящиками. Ариф хорошо знал дорогу: ухватив Роберта за рукав, но быстро поволок его в пыльный темный угол, в котором обнаружился едва заметный светящийся прямоугольник неплотно прикрытой двери.

За дверью начинался слабо освещенный коридор, такой же пыльный и запущенный, как и предыдущее помещение. Пройдя сквозь него, Ариф вывел Роббо на узкую грязноватую лестницу, которая вела куда-то вниз. Они спустились на еще один нижний этаж, и здесь Ариф решительно рванул на себя облезлую ручку очередной двери.

– Привет, Лулу, – сказал Роберт.

В небольшой комнатке с обтянутыми красной тканью стенами стоял диван, невысокий столик с прорвой бутылок и тарелок с закуской и пара видавших виды кресел. На диване сидела хозяйка заведения – пронзительно яркая брюнетка в весьма откровенном наряде, не утратившая за долгие годы и десятой доли своей привлекательности, сводившей когда-то Роберта с ума, а в одном из кресел мрачно крутил в пальцах рюмку с виски Йося Мыльный. Глаза Лины, такие же черные, как и ее мягкие волнистые локоны, весело блеснули:

– Давно ж вы здесь не появлялись, мальчишки! Небось, позабыли про старуху мамочку? Только не врите, что дела замучили!..

– Боюсь, что их они и вправду замучили, – отозвался Мыльный, поднимая на вошедших измученные глаза. – Привет, парни. Спасибо, что прилетели…

– Ты мог бы вылезти на свет божий и раньше, – недовольно отозвался Роббо, садясь в свободное кресло.

– Рассказывай, – потребовал Ариф.

Мыльный глубоко вздохнул и отправил содержимое рюмки себе в глотку. Роберт тем временем нервно оглядывал стол в поисках свободной посуды – обнаженные ноги Лины, обутые в изящные туфельки на высоком, не по моде, каблуке, вдруг пробудили в нем давно забытое томление, и он, дьвольски стыдясь себя самого, судорожно пытался отвлечься от нараставшего в нем желания разложить старую бандершу прямо здесь, на ее диване. Ариф уловил его состояние. Стрельнув в Роббо коротким досадливым взглядом, он вновь поднял глаза на Мыльного: требовательно и жестко.

– Вокруг Райделла крутились нехорошие аврорские парни, – коротко сказал тот. – Те сволочи, что таскают с Авроры зелье. Я сразу понял, чем это для меня пахнет, и залег на дно. Но они меня нашли, они опять здесь, и теперь они до меня точно доберутся.

– Жопу б тебе надрать, – флегматично отреагировал на его речь Ариф. – Где ты раньше был, чамора укаканная? Мы роем под этих артистов не первый день, а ты? Ты на очко ходить еще не боишься? Смотри, того и гляди кишка на улицу выпрыгнет…

Йося печально опустил свою круглую, неопрятно лысеющую голову. Роберт тем временем обнаружил среди бутылок чистый высокий стакан и не церемонясь наполнил его до краев дорогим коньяком из пыльной пызатой бутыли с золотой этикеткой. Махнув в пару глотков почти половину порции, он сразу почуствовал облегчение, и смог слушать разговор, не мучаясь воспоминаниями о тех светлых днях, когда мама Лулу обучала его настоящему искусству любви.

– Где сейчас эти красавцы? – спросил Ариф. – Ты что-то знаешь, или ты только и делаешь, что кушаешь мамин виски в ее борделе?

– Он появился здесь недавно, – сочуственно сказала Лина, – после обеда, и сразу завопил, что только вы ему можете помочь.

– Можем, – в голосе Арифа прорезались скрипучие нотки, – если он перестанет ходить под себя и объяснит толком, кого и где нам искать.

– Суперкарго класса «Киссел», – произнес Мыльный, подкрепившись очередным глотком, – экипажный модуль стоит в зоне «Ф», а «хвост» с грузами болтается в терминале внешнего орбитального створа. Они почему-то не спешат его сажать. Люди из экипажа шатаются по порту, я видел их в твоей башне, в «Юниверсале».

– Зона «Ф», – повторил Ариф, – ага. Роббо, надо связаться с Гордоном, пускай он начинает подтягивать туда своих людей – всех, кого только сможет поднять. Кажется, пришло время действовать, только не так, как тогда, в терминале у Бака… убей меня бог, но на этот раз у меня ни одна зараза не утечет из-под носа. Допивай свое сусло, Мыльница, и поехали. Сейчас я кому-то устрою супчик с потрохами…

– Нет-нет-нет, – Йося стремительно замотал головой, и Роберт понял, что тот перепуган по-настоящему: – я останусь здесь. Я… я никуда не полечу!

– А я не собираюсь тебя спрашивать, полетишь ты или нет, – удивился Ариф, – я тебя просто заберу с собой. Что тебе неясно?

Мыльный понял, что сопротивление бесполезно. Его покатые плечи совсем опали, и Роберт неожиданно ощутил острый приступ жалости к этому безобидному и неплохому, в общем-то парню, который по чистой случайности оказался замешан в этой истории. Любые боевые действия всегда приводили Йосю в трепет, и Роберт прекрасно понимал, насколько ему должно быть страшно сейчас – но он знал, что другого выхода нет. Оставлять его у Лины было нельзя еще и потому, что аврорские ублюдки, случись им быть столь кровожадными, как он утверждал, могли настигнуть его и здесь. Конечно, любых, даже самых задвинутых красавцев тут похоронят в два счета, но где гарантия, что они все-таки не успеют?..